Пленница магического сада

Глава 22. То, что неизбежно

Райгон Эварский

Я приближаюсь к ней, касаюсь ее щеки кончиками пальцев. Она вздрагивает, но не отводит взгляда.

В ее глазах — вызов. И этот вызов разжигает во мне не только ненависть, но и какое-то странное, темное влечение.

— Последнее, что свяжет этот сад воедино, Элиса… это ты. Твоя жизненная сила станет тем клеем, что скрепит разорванные узы, наполнит иссохшие источники. Ты станешь сердцем этого места.

Она хмурится, не понимая. Я вижу, как в ней борется отчаяние и надежда. Надежда, которую я готов растоптать.

— Ты должна отдать часть себя, Элиса. Пожертвовать тем, что делает тебя тобой. Только тогда сад обретет новую жизнь. Только тогда… ты выполнишь свое предназначение.

Мои пальцы скользят по ее шее, ощущая легкую дрожь. Я чувствую ее страх, ее смятение. И это лишь подстегивает мое желание. Я вижу в ее глазах отражение своей тьмы, и эта тьма манит меня, словно запретный плод.

Ее дыхание сбивается, становится прерывистым. Она делает шаг назад, но я не позволяю ей уйти. Мои пальцы сжимаются на ее шее чуть сильнее, не причиняя боли, но лишая ее свободы.

Драконья магия окутывает ее, заставляя подчиняться, несмотря на протест, который чувствуется в каждом ее вздохе.

— Какое предназначение? — шепчет она, и в ее голосе звучит обреченность.

Усмехаюсь, наслаждаясь ее беспомощностью. Наклоняюсь ближе, так, что наши лица почти соприкасаются.

Я знаю, что должен сделать. И я сделаю это.

Вначале хотел поиграть, как хищник с добычей. Заставить ее страдать. Заставить умолять о пощаде. А потом… заставить принять участь, по сравнению с которой смерть в драконьем пламени будет казаться слишком легким избавлением.

Но теперь… Почему-то больше не чувствую этого мстительного азарта, что заставлял меня двигаться и искать решение.

Теперь… я стараюсь видеть в ней лишь инструмент. Превосходный инструмент для достижения моей цели. Жестоко, цинично, но эффективно. Сад ждет, и я не могу позволить себе тратить время на пустые игры.

Но только что-то постоянно сбивает меня с этого настроя.

Беру себя в руки и выдыхаю:

— Если ты не знала, то я поясню. Твой отец убил ту, что была мне дороже всего.

— Убил? — эхом повторяет она, и по глазам вижу, что правда ее шокирует.

Она действительно не знала!

— Да, убил. Хладнокровно и жестоко, — продолжаю я, почему-то начиная чувствовать внутри себя ее трепет и страх. Но я не должен останавливаться! — Она молила о пощаде, она ничего ему не сделала, ничем не была перед ним виновата! Чистая, наивная. А он… — стискиваю зубы до скрипа. — Он распылил ее сущность в саду — в каждом цветке, в каждом дереве. И я вынужден был два года смотреть на то, как она медленно угасает вместе с проклятым садом. Твоя магия способна вернуть все обратно.

— Вот зачем я тебе нужна… — шепчет она, не отводя взгляда.

— Да, именно из-за твоей магии. И ради мести. Так что твое предназначение — стать частью сада, Элиса. Отдать ему свою жизнь, свою силу, свою сущность. Стать тем недостающим элементом, который позволит ему расцвести.

Ее глаза расширяются от ужаса. Она пытается вырваться, но моя хватка слишком сильна. Я чувствую, как ее сопротивление слабеет, как надежда покидает ее. И это именно то, что мне нужно.

Элиса опускает голову, будто смирилась с участью, но затем… выпрямляется и смотрит на меня. В ее глазах не страх, а вызов. Та же искра непокорности, что когда-то так восхищала меня в ее отце, в те годы, когда мы еще назывались друзьями.

Проклятье!

Неужели и она заражена этой гордостью, этой неспособностью склонить голову?

И эта смелость раздражает меня.

Напоминает о том, что я когда-то был другим. О том, что у меня были идеалы, принципы, друзья. О том, что я верил в справедливость и честь.

Теперь же все это кажется мне наивной глупостью. Лишь инструмент, которым пользовались, чтобы манипулировать мной.

— Ты еще пожалеешь, дракон, — с ненавистью произносит Элиса. — Ты не знаешь, с кем связался!

— Не стоит сопротивляться. Это бессмысленно. Чем быстрее ты примешь свою судьбу, тем легче будет тебе. И мне, — говорю я, хотя прекрасно понимаю, что лгу.

Легче мне не будет никогда. Но она не должна этого знать.

Чувствую, как она сама и ее магия сопротивляются тому, что уже начало происходить. Но я знаю, что шансов спастись у нее нет.

Поднимаю ее лицо за подбородок, всматриваюсь. Красивая, потрясающе красивая девушка. И на мгновение тонкий отголосок сожаления звучит в глубине души. Мы встретились не в то время, не при тех обстоятельствах…

Но ее взгляд разом возвращает меня в реальность.

В ее глазах плещется отчаяние, смешанное с яростью. Достойная наследница своего отца.

— Помни, Элиса, — шепчу я ей на ухо, — ты станешь частью чего-то большего. Твоя жертва не будет напрасной. Сад расцветет, и твоя сущность станет частью его великолепия. Это ли не достойная участь? Идем.