Пленница Призрачного Владыки

Глава 1

Ветер свистел в ушах, безжалостно разрывая легкие. Я падала в непроглядную черноту, и перед глазами раз за разом вспыхивало одно и то же воспоминание.

Лицо Вэйланя, моего сводного брата. Человека, которому я доверяла больше, чем самой себе.

Его холодные, лишенные всякого сочувствия глаза, когда он стоял на краю Ущелья Скорби. Его пальцы, с силой толкающие меня в грудь. И тихий шепот, перекрывший шум ветра:

«Прости, Мэйлин, но печать главы клана принадлежит мне, а мертвые не претендуют на наследство».

Я закричала, но звук утонул в ревущей пустоте. Разум отказывался верить в происходящее. Ущелье Скорби не было просто глубоким оврагом — это был древний разлом, проклятое место, где, по легендам, истончалась грань между миром живых и царством мертвых. Туда сбрасывали самых страшных преступников, чтобы их души никогда не нашли покоя. И теперь туда летела я.

Ожидание удара о камни сводило с ума, но его всё не было. Тьма вокруг начала густеть, приобретая странный багровый оттенок. Воздух стал плотным, холодным и пропитанным приторно-сладким запахом, от которого к горлу подступила тошнота.

Внезапно мое падение замедлилось, словно я прорвала невидимую, плотную мембрану, и в следующее мгновение я рухнула на что-то мягкое, но холодное.

Судорожно вздохнув, я перевернулась на спину и открыла глаза.

К счастью, я не умерла, но то, что я увидела, заставило мою кровь заледенеть.

Я лежала посреди бескрайнего леса, устланного ковром из кроваво-красных цветов. Ликорисы, цветы смерти, провожающие души в загробный мир. Их были миллионы — тонкие, изящные, с длинными изогнутыми лепестками, напоминающими паучьи лапки. Они светились в полумраке жутким, пульсирующим светом, а над ними клубился пепельно-серый туман.

Неба не было, только давящий, тяжелый свод из переплетенных черных корней, с которых капала густая темная влага.

— Где я?.. — хрипло сорвалось с моих губ.

Я попыталась подняться, но острая боль прошила лодыжку. Роскошное шелковое платье, в котором я еще утром гуляла по садам своего клана, теперь было изодрано в клочья, обнажая белую, покрытую царапинами кожу.

Шурх. Шурх-шурх.

Звук донесся из тумана, заставив меня замереть. Это не был шелест ветра — здесь не было ветра. Это был звук сотен скользящих шагов.

Тени между тонкими стеблями ликорисов начали сгущаться. Сначала это были просто бесформенные сгустки мрака, но затем они стали вытягиваться, обретая уродливые, искаженные очертания. Пустые глазницы, зияющие пасти, длинные когтистые лапы, сотканные из самого мрака.

Низшие духи, голодные, алчущие сущности, питающиеся чужой болью и остатками жизни.

Они почуяли меня… запах живой, горячей крови в мире, где царил лишь холод распада.

Я попятилась, цепляясь окровавленными пальцами за влажную землю, ломая хрупкие стебли ядовитых цветов. Сердце колотилось так отчаянно, что готово было проломить ребра.

— Прочь! — крикнула я, пытаясь собрать остатки своей духовной энергии, но здесь, в этом проклятом месте, моя ци не откликалась. Я была пуста и абсолютно беззащитна.

Один из духов, напоминающий изуродованного волка с человеческим лицом, бросился вперед. Его когти лязгнули в миллиметре от моего лица, когда я чудом успела откатиться в сторону. Острые когти разорвали ткань на моем плече, оставив глубокие, саднящие борозды.

Я вскрикнула от боли. Запах моей свежей крови свел тварей с ума. В тумане раздался визг, и десятки теней бросились ко мне, готовые разорвать на куски.

Я зажмурилась, инстинктивно закрывая голову руками. Это конец.

Но в следующее мгновение мир замер.

Воздух внезапно стал настолько плотным, что им стало невозможно дышать. Температура рухнула вниз, обжигая кожу ледяным холодом. Визг духов оборвался, сменившись жалобным, скулящим хрипом.

Я приоткрыла глаза и замерла, парализованная зрелищем первобытного ужаса.

Духи не просто остановились, они рассыпались в прах, один за другим, словно их раздавило невидимым прессом. Твари, секунду назад жаждавшие моей плоти, теперь жались к земле, уничтожаемые одной лишь аурой того, кто появился из тумана.

Я услышала медленные, размеренные шаги.

Ликорисы расступались перед ним, будто склонялись в благоговейном поклоне.

Он вышел из пепельной мглы, и у меня перехватило дыхание. Мужчина, чья красота была столь же совершенной, сколь и пугающей. Высокий, с хищной, расслабленной грацией зверя, не знающего равных. Его длинные волосы струились по плечам, переплетаясь с золотой вышивкой на тяжелых, бархатных одеждах цвета запекшейся крови.

Но больше всего пугало лицо. Бледная, почти алебастровая кожа, идеальные, точеные черты лица и глаза... Темные, бездонные провалы, в которых клубилась сама вечность, в них не было ни капли человечности, ни тени милосердия.

Это был не спаситель, а Хозяин этого кошмара. Владыка Призрачного Города, Шэнь Е.

Я перестала дышать, не в силах отвести взгляд от его лица. Каждая клеточка моего тела кричала об опасности, инстинкты вопили, призывая бежать, но я не могла даже пошевелиться под тяжестью его ауры.

Он остановился в двух шагах от меня. Высокий и подавляющий. Смерил меня долгим, нечитаемым взглядом, словно оценивая редкую, диковинную вещь, случайно оказавшуюся в его владениях.

— Живая душа, — его голос оказался глубоким, бархатистым, с легкой хрипотцой, от которой по моей спине пробежала дрожь, не имеющая ничего общего с холодом. — И такая громкая.

Он медленно опустился передо мной на одно колено. Запах благовоний, старой крови и каких-то горьких пряностей окутал меня, заглушая сладкий смрад ликорисов.

Я хотела отшатнуться, когда он протянул руку, но тело меня не слушалось. Его длинные, прохладные пальцы коснулись моего подбородка, заставляя поднять голову. Прикосновение было жестким и собственническим, от его ледяной кожи по моему лицу разлился обжигающий электрический импульс, заставивший сердце судорожно сжаться.