Пленница темного

Глава 1. Ночь

— Госпожа! Госпожа, проснитесь! — кто-то отчаянно тряс меня за плечо.

Глаза словно налились свинцом, но я всё же сделала над собой усилие, сощурившись на служанку. В полумраке не разобрать — Лиззи? Или кто из новых?

— Что случилось? — голос хриплый, но в нём уже проскальзывает тревога.

В комнате непроглядная тьма, только одинокая свеча дрожит в руках девушки. Она мелко трясётся, испуганно озирается на дверь.

— Оденьтесь, госпожа. Быстрее! — шепчет с таким надрывом, что сердце пропускает удар. — Мне приказали привести вас к южной башне, чтобы никто не заметил.

Она суёт мне грубое шерстяное платье, мужские штаны, тяжёлые сапоги. Я машинально натягиваю всё это, чувствуя себя чужой. И, повинуясь инстинкту, хватаю со столика несколько драгоценных мелочей — мамин кулон, колечко. Запихиваю в корсет. На всякий случай.

В коридоре я замираю. Откуда-то издалека доносятся крики и ржание лошадей. Чем ближе к центру замка, тем громче.

Бросаюсь к окну, выходящему во внутренний двор. О боги...

Языки пламени пляшут на стенах башен, окрашивая ночь в зловещий оранжевый. Чёрный дым застилает звёзды. Воины в тёмных доспехах, словно чума, заполнили двор. Их мечи отбрасывают жуткие блики в свете пожаров.

Прямо посреди этого хаоса стоит мощная фигура. Тёмная рубашка раздувается на ветру, блики скачут на хищном лице, подчёркивая острые скулы. Сердце сжимается.

Это он. Тот, кого прозвали принцем смерти.

Мужчина поднимает взгляд на башни, скользит по ним. Я испуганно отпрыгиваю от окна — будто он может меня увидеть.

— Где моя мать? — резко поворачиваюсь к служанке, хватая за плечи. — Где брат?

Девушка молчит, только тянет меня дальше, не глядя в глаза.

— Ответь!

— Я не знаю, госпожа, — шепчет она, и по щеке ползёт слеза. — Мне велели только отвести вас к башне. Пожалуйста, идёмте.

Воспоминания о подслушанном разговоре отца накатывают волной. «Принц тёмных», «Арот готовится»... Неужели это случилось?

Мы бежим по тёмным коридорам. Отблески огня выхватывают из темноты брошенную обувь, опрокинутые подсвечники, тёмные пятна на полу. Пыль кружится в лучах света, словно души погибших.

Впереди появляется силуэт. Тёмная броня, меч на поясе. Один из них.

Лиззи дёргается назад, но я замираю. Воин выходит из бокового коридора, глаза сверкают в полумраке.

— Стой! — голос хриплый, пропитанный угрозой.

Лиззи пытается убежать. Он настигает её в два шага. Звон металла о кость, страшный влажный звук. Служанка падает, хватаясь за голову, её крик разрывает тишину таким отчаянием, что у меня подкашиваются колени.

Господи. Лиззи. За что?

Не успеваю осознать. Вижу, как он склоняется над ней, поднимает руку — и из ладони вырывается едкая чёрная дымка.

Что-то внутри меня ломается. Страх переплавляется в животный ужас, который гонит вперёд.

Бегу. Бегу так быстро, как никогда в жизни.

Сердце колотится в горле, воздух рвёт лёгкие. Где-то позади крики, топот, но я не оборачиваюсь. Нельзя останавливаться — умру.

Коридоры сливаются в тёмную полосу. Я не знаю, куда бегу, но знаю одно: нужно выжить. Ради родителей, ради брата.

Ноги подкашиваются, бок пронзает боль, но я заставляю себя двигаться. Очередной поворот — и я уже вижу в просвете окна тёмный силуэт башни на фоне багрового неба. Почти у цели.

И тут нога за что-то цепляется.

Лечу вперёд, со всего размаха падаю на холодный каменный пол. Ладони и колени пронзает боль, трещит ткань. Несколько мгновений лежу, пытаясь перевести дух, и чувствую, как под руками что-то мокрое. Тёплое, липкое. Оно растекается, заливает пальцы.

В нос ударяет тошнотворный запах — железа и крови.

Медленно, с нарастающим ужасом поворачиваю голову и смотрю вниз.

В пустые, широко раскрытые глаза Дарена.

Того самого стражника, что ещё утром дарил мне цветы из зимнего сада.