Пленница Темного Князя

Глава 2

Максимилиан

Два дня спустя массивная дубовая дверь, окованная сталью, с глухим скрежетом открывается перед нами. Стражник отступает в сторону, пропуская нас с братом в сумрак каменного мешка.

Эмиль подходит к спящей девушке. Присев на корточки, лёгким, почти невесомым движением касается её щеки. Мирэлла дёргается, но не просыпается, лишь глубже уходит в объятия навязанного ей сна.

– Хорошенькая, – замечает младший брат.

Снисходительно закатываю глаза. Тоже мне – ценитель женской красоты.

– Таким нежным созданиям положено сидеть в опочивальнях, вышивать крестиком или томно вздыхать у окна, а не шастать с мечом по чужим королевствам. Куда, интересно, смотрит её папаша? – хмурюсь, размышляя о том, что повлечёт за собой безрассудный поступок дочери генерала. Дипломатический скандал, новые поводы для войны... Впрочем, что-то подсказывает мне, что результат её глупости я увижу гораздо раньше любых официальных нот.

– Её папаша, если ты забыл, пытается отразить наступление твоего войска, – усмехается брат, не отрывая взгляда от спящей. – Когда ему, скажи на милость, за дочкой смотреть?

В этот момент Мирэлла шумно вздыхает и переворачивается на спину. Тяжёлые пряди русых волос обрамляют хрупкое, бледноватое личико. Густые ресницы бросают тень на слегка розоватые щёки. Пухлые губы цвета спелой вишни чуть приоткрыты, словно она о чём-то хочет сказать. Простая светлая рубашка и практичные штаны лишь подчёркивают, а не скрывают её точёную фигурку. Сапоги из мягкой кожи облегают стройные ноги.

Вполне во вкусе Эмиля. Именно такие нежные, невинные натуры приводят брата в восторг. Я же предпочитаю женщин иного склада – с яркой внешностью и, что немаловажно, с опытом. Тех, кто понимает правила игры и не требует сентиментальностей.

– Эмиль, может, перейдём к делу? – бросаю недовольный взгляд на брата. – Я тебя сюда позвал не красотой любоваться. Что можешь сказать о ней? Какой магией она обладает?

Я и сам умею читать людей. Могу проникнуть в сознание легко и глубоко, как нож в масло. Но с этой девчонкой случился сбой.

Её аура – ослепительно белая, сияющая – похожа на плотный барьер, о который мои навыки разбились, не оставляя даже трещины. И это притом, что на её запястье красуется браслет, подавляющий магию.

Впервые за долгие годы я столкнулся с чем-то подобным. И мне это категорически не нравится.

– Не смотря на хрупкую внешность – сильная духом личность, – начинает Эмиль, рассматривая кисть пленницы. – Тонкая ухоженная ручка истинной леди, но! – брат делает эффектную паузу. – Ей несравненно больше нравится ощущать в ладони рукоять меча, а не веер. Хотя, – он отпускает её руку, – я бы не сказал, что она владеет им в совершенстве. Достаточно неплохо для своего возраста и положения, но не более.

– И? – нетерпеливо бросаю, чувствуя, как раздражение начинает подтачивать моё самообладание.

– Вот это и удивительно. Неужели старина Лоран не мог слепить из девчонки первоклассного боевого мага, раз уж у неё есть к этому задатки? А так... боевыми заклинаниями Мирэлла не владеет, а вот бытовая магия у неё на очень высоком уровне. Проще говоря, из неё почему-то сделали не боевого мага, а дворцового. Кстати, как она смогла обхитрить твою непобедимую охрану?

– Напустила туман вперемешку с сонным заклинанием. Элементарно, но действенно.

– Не силой, так хитростью. Умно, – не без доли искреннего восхищения замечает Эмиль.

Я же в её уме очень сомневаюсь. Она даже не боевой маг. На что вообще рассчитывала, когда проникала в мой замок? Обычная зарвавшаяся девчонка, возомнившая себя спасительницей мира.

– Ну, и что, по-твоему, мне с ней делать? – с раздражением опираюсь плечом о холодную каменную стену. – И перестань на неё глазеть! Ты выглядишь как влюблённый паж, а не как советник короля!

– Я не паж, а ценитель прекрасного, – с той же неизменной улыбкой поправляет меня брат.

– Ты до сих пор не ответил на мой вопрос! – моё терпение подходит к концу. Эта комната, эта девчонка, эта бесполезная болтовня – всё начинает раздражать.

– Не думаешь, что она может быть полезной? – задумчиво говорит Эмиль, снова бросая взгляд на спящую. – Она дворцовый маг, приближённая к королю Имиру. Она наверняка обладает информацией о местонахождении того артефакта, что тебе нужен.

– А если наша гостья ничего не знает?

– Тогда может разузнать. Стать твоими глазами и ушами при дворе Имира. Пообещай сохранить ей жизнь, вернуть отцу... Не мне тебя учить, как подкупать людей.

– Жизнь в обмен на информацию, – задумчиво произношу, мысленно уже выстраивая цепь будущих событий. Идея имеет право на жизнь.

– Да, – кивает Эмиль, и его лицо снова становится серьёзным. – Тебя не смущает, что девушка не подаёт никаких признаков жизни? И дыхание у неё слишком прерывистое и учащённое. Ты не перестарался с усмирением?

– Если тебя это так волнует, – цинично усмехаюсь, – то заклинание, которое я наложил, требует от носителя огромных затрат энергии, поэтому наша гостья практически постоянно спит крепким и беспробудным сном. Без моей воли она не проснётся.

Эмиль недовольно качает головой и, бросив на меня взгляд, полный немого упрёка, выходит из камеры. Знаю, что ему претят такие методы, но я всегда поступаю так, как считаю нужным. Мои решения не подлежат обсуждению.

Когда звук его шагов затихает в коридоре, приближаюсь к лежанке и присев рядом, всматриваюсь в лицо пленницы.

Оно то спокойное и умиротворённое, то вдруг искажается тенью тревоги. Вот и сейчас Мирэлла, вздрогнув, сжимается в комок, будто пытаясь защититься от невидимой угрозы. Даже под заклинанием продолжает бороться.

Подчиняясь необъяснимому порыву, провожу кончиками пальцев по щеке девушки, ощущаю бархатистую кожу без малейшего изъяна.

– Ч-ш-ш… – снимаю заклинание, и Мирэлла тут же затихает. На её губах появляется едва заметная улыбка.

Это… красиво. Глупо, нелепо, но факт – улыбка идёт ей куда больше, чем мрачное или воинственное выражение.