Пленница темной книги. Вопреки судьбе

Глава 1. Взаперти

В северном городке под названием Заготт водилось много приличных заведений, где можно остановиться на постой, но, как назло, большинство таверн отказывались принимать на порог эльфов. Вот почему уже третий день подряд ведьма ютилась с Азраэлем в гостях у одного не в меру вредного старика.

Звали его Харнюг. И мужчина заставлял парочку каждый день докладывать, в раздельных ли постелях они легли.

- Да сколько можно? – однажды у Арзаэля сорвало терпение. – Дай я вырву ему уши. Видно же, они отжили свое!

Нейин миролюбиво успокоила буйный нрав своего товарища. Не время было распускать руки. Ситуация, в которую угодили ведьма и старый друг ее бабушки была прескверной.

Еще недавно девушка была преисполнена оптимизма, решив, что, одолев границу северного города, они смогут без труда отправиться в страну полулюдов. А потом и дальше. Дойдут до короля Серпена, и она слезно попросит владыку эльфов вылечить ее от злобной книги Мей.

Но в день предполагаемого отбытия трубы огласили начало боевых действий за стенами. Все северо-восточные врата Заготта были отныне заперты, в виду усложнившейся политической обстановки. Уйти можно было только на юг. И то одной регистрации для выхода отныне стало недостаточно.

Люди, конечно, жаловались, но все понимали. Если простым языком, война постучалась в дом северян. И суровые воины пропускали лишь обозы торговцев, которые ехали в Заготт. Чем больше продовольствия, тем лучше.

На этом несчастья, коснувшиеся путников, не закончились, ведь спутник Нейин и эльфа тяжело заболел. Нейин Фирлеп чувствовала свою бесконечную вину за то, что случилось с Онрером.

Ведь маг выхаживал ее целую ночь со сломанной конечностью. И как рассказал эльф, именно Нейин в приступе одержимости и сломала ладонь чародею.

Город был осажден объединенными войсками ящеролюдов и оборотней. Иногда Нейин действительно слышала чьи-то крики. Чаще всего так плакали вдовы и матери изувеченных и мертвых воинов. По городу то и дело шныряли проверяющие в поисках парней, откосивших от битв за родину.

Нейин видела одну почти не бородатую женщину, предположительно какого-то парнишку побрила мать, спрятала под бабскими тряпками, а ведь еще недавно эти земли посмеивались над всеми мужчинами, что не носили усов.

Конечно, к городским укреплениям ведьма подходить на близкое расстояние опасалась. Однако то, что реальной схватки девица не видела, вовсе не означало, что вой оборотней из-за стен не вызывал внутри бурю страха. Арзаэль отныне не отходил от нее ни шаг. По крайней мере, старался заполонить каждую ее минуту своим наличием.

Нравы здесь были суровые, цены справедливые, еще бы гордые и сильные люди севера были чуть подобрее. К эльфам.

Иногда в толпе можно было разглядеть мага. Реже гнома. И совсем экзотикой здесь считались полулюди, в виду конфликта. И все же порой северяне брали в плен беженцев.

Изредка можно было заметить чешую в толпе и хвост, волочащийся по земле. Оборотни того реже попадали в плен, предпочитая умереть в бою с человеком, нежели попросить у него крова и сдаться.

***

- Арзаэль. Смотри, сатирша, - шепнула девушка тихонько, прилипнув к локтю своего спутника, словно козлоногая встречная могла плохо отнестись к своему упоминанию и хорошенько дать рогами девушке в лоб.

Эльф брезгливо сузил глаза. Не потому, что испытывал раздражение к гибридным расам. На двери заведения, куда заскочила парнокопытная пленница северян, все еще висели портреты.

Его лицо было изображено весьма правдоподобно. С предложением двадцати сотен монет серебром за убитого и тридцати золотом за живого. Вот тебе на. Раньше просто схватить пытались.

Возможно, граф Турнаг решил подстраховаться на случай, если книга Мей, которую носила Нейин подобно проклятью, перекочует в эльфа.

«Не дурак», - подумал про себя Арзаэль. К сожалению, лишь в фантазиях графа Турнага он был близок к успеху. Девушка свято блюла целибат и от внимания его отказывалась. Да и вечное бегство все сильнее отсрочивало разговор по душам. И повторное предложение от эльфа.

«А может быть, так и сказать ей в лоб? Стань моей – отдай книгу и вовек не пожалеешь. Я буду твоим вечным должником?» Эльф поморщился, считая, что правда пока никого не спасла, увы.

А потому было решено и дальше понемногу проникать в сердце Нейин, пока чувства в ней не превысят все запреты и внутреннее стеснение. Осажденные в Заготте, в каком-то смысле они поставили свое путешествие на стоп.

В хате Харнюга делили одну комнату. Каждый спал на своей постели, но эльф пускал заманчивые взгляды в сторону своей спутницы, то и дело пытаясь ее смутить.

Когда-нибудь его очарование сломит ведьму. Тогда девица сама не выдержит напора страсти и сдастся. А потом… Потом он придумает, как поступить после.

Мужчина покачал головой недовольно. Рядом с его портретом висел еще один, сделанный вкривь и вкось. Нейин нарисовали какие-то весьма озабоченные художники.

Сделали ей такой огромный бюст, будто книгу она прячет физически в грудях, и это тот еще многотомник. Под предложением о поимке была указана только сумма в формате «доставить живой».

За мертвую ведьму никто не платил и монеты. А вот в случае удачи счастливцу обещалось десять тысяч золотых монет и дом в столице.