Пленница Внеземного

Глава 5. «Белка». Ночной кошмар. Часть I

— Девчонки, вы какое вино будете: красное или белое?

— Ого, еще и выбор есть?

— Обижаешь.

— Тогда мне красное.

— Отличный выбор! Я тоже «Теткин погребок» красный предпочитаю.

Одного названия «Теткин погребок» хватило, чтобы во рту стало кисло. Девушки скривились, в то время как Артем, ученик выпускного класса, разливал вино по пластиковым стаканам.

— Ладно, пока всем красное налью, чтобы сразу обе коробки не открывать. Потом скажете, какое лучше.

— А что, кроме этой бодяги, больше ничего не было? — сдувая отросшую, выбившуюся из хвоста пепельную челку, Света с опасливым видом взяла предложенный ей стаканчик. — Вам не приходило в голову, что «Теткин погребок» — это от слова «погребальный»? Знаете что, лучше-ка я начну с пива. А там посмотрим.

— Ой, мне хватит, — Ангелина показала жестом «стоп», когда ярко-вишневая, не внушающая доверия жидкость чуть ли не начала выливаться через край.

«Вот я точно ЕГЭ завалю!», «На кого поступать-то все-таки решили?», «А ты в какой вуз будешь оригиналы подавать?» — весь вечер, переходящий в ночь, велись разговоры в таком духе. Конечно, каждый переживал из-за предстоящих экзаменов, а те, кто делали вид, что им до фонаря, нервничали больше всех.

Ангелина отпила немного вина из своего стаканчика. Ее тут же тряхануло — гортань обожгло, как будто от водки.

— Фу, ну и кислятина, — она поморщилась, еле сдержавшись, чтобы не выплюнуть напиток на землю.

От нового неуверенного глотка ее снова передернуло, и Ангелина едва не снесла импровизированную лавочку, на которой сидела. На самом-то деле, эти самодельные лавочки являли собой довольно убогое зрелище: трухлявые пеньки и доски, даже не прибитые к ним гвоздями.

«Белка» — официальное, если так можно выразиться, место подростковых попоек в Правообском, да и не только подростковых. Иногда здесь собирается и другой контингент, с которым лучше не пересекаться, но такое бывает крайне редко. Местные алкаши все-таки предпочитают пить у кого-то дома.

Кому «Белка» принадлежит — интересный вопрос. Теперь уже, пожалуй что, общественности. Это бетонное недостроенное здание явно никому не нужно и пустует, причем давно.

Часто кто-то из смельчаков даже умудряется забраться на второй этаж. И это учитывая, что ни одной лестницы построено не было. Хватались за незастекленные окна, за разные выступающие элементы конструкции, за железяки непонятного предназначения — за что угодно, и карабкались. Но Ангелина никогда этого не делала, потому что, во-первых, жутко боялась высоты, а, во-вторых, с ее ростом метр пятьдесят два ухитриться залезть наверх было задачей очень нелегкой и, что более важно, опасной для жизни.

В старших классах она стала комплексовать из-за роста еще сильнее, чем в средней школе. Даже, игнорируя подколы, начала носить высокие каблуки, и это несмотря на полуразбитые дороги в их горе-поселке городского типа.

К счастью, сегодня не тот день, когда она решила надеть что-то на высоком каблуке.

— Может, налить тебе пива? — спросил у слегка смутившейся Ангелины Артем, когда заметил, что та больше не рискнула сделать еще хоть глоток сомнительного напитка.

И вроде бы она с самого начала не хотела ничего горячительного, решив посидеть так, исключительно за компанию. Но…

— Давай. Только немного, — с этими словами Ангелина вылила почти что нетронутое вино в траву.

Артем выругался, когда пена из ослабленной пробки забрызгала во все стороны, даже на Славу со Светой, которые сидели по бокам от Ангелины, попало. Но Ангелина, естественно, пострадала больше всех.

— Эй!

— Сорян.

— Ничего, — она сильнее, чем следовало, сомкнула пальцы на пластиковом стакане и едва ли не смяла его, когда одноклассник чуть наклонился к ней.

До окончания школы уже остается меньше месяца, а она так и не отважилась, да и ни за что не отважится сказать Артему, что он ей… нравится? Совсем немного. Как друг.

— Наклони чутка. Ты что, не знаешь, что все газированное надо наливать под углом? Это же физика, детка!

— Да, кстати, ты же в феврале, когда мы заявления писали, в последний момент решила, что будешь физику сдавать. Хотя вроде собиралась общество, — встрял Петя. — С чего это вдруг?

Ангелина пожала плечами, продолжая сминать пальцами свой стакан с пивом — несильно, чтобы содержимое не пролилось.

— Не знаю. Куда сейчас с обществом, да еще и на бюджет?

— А почему именно физика? Почему… ну я там не знаю… не биология или история? Ты ж вроде этот… гуманитарий.

— А биология-то здесь причем?

— Ой, не придирайся к словам, ты же поняла, о чем я.

Вскоре Петя, натянув поверх футболки толстовку, которая была явно великовата для его тощего телосложения, переключился на Артема и Славу, растолковывая им что-то про мотоциклы. Ангелина же, вполуха слушая девчонок и периодически что-то отвечая, смотрела в одну точку и подкидывала в костер дрова, коими служили гнилые сломанные рейки, из которых во все стороны торчали ржавые гвозди, — тут, в окрестностях, их валялось полным-полно, никому не принадлежащих. Раньше, когда-то очень давно, в Правообском процветала лесопромышленность, но с развалом СССР завод закрылся. И если оборудование и дорогое сырье растаскали сразу же, то всякие отходы наподобие этих реек оказались ничейными.