Пленница Внеземного

Глава 9. «Белка». Ночной кошмар. Часть II

Чтобы попасть на «Белку», достаточно лишь свернуть с крайней улицы и выйти на пустырь. Здание возвышается над унылыми бесхозными пейзажами, и его прекрасно видно из окон ближайших домов. Днем ничего примечательного в нем нет — заброшка как заброшка, — но ночь всегда придает этому месту какую-то особенную атмосферу.

— Запрыгивай! — предложил Артем. К этому времени Свету и Славу уже развезли по домам. — А ты, Петь, подбросишь Машку с Надей? А то мне вообще не по пути.

Когда Ангелина забиралась на красно-черный «Минск» Артема, то почувствовала, как насыщенный запах табака ударил в ноздри. В глотке запершило, стало горько, и потребовалось усилие, чтобы сдержаться и не закашлять.

Прежде чем ребята затушили костер и уехали с «Белки», Ангелина посмотрела на время. Дисплей смартфона высветил «01:11». Не хватились ли родители?..

Вот уже, миновав крайнюю улицу, они неслись на мотоцикле со скоростью, явно превышающей девяносто километров в час. Дорожная пыль била в лицо, вынуждая Ангелину жмуриться и морщиться. Ветер растрепал и без того спутанные волосы, в ушах свистело; Артем, кажется, иногда что-то говорил ей, но Ангелина не расслышала.

В какой-то момент они одновременно обернулись к тальниковому лесу — он рос за узкой рекой, напротив дамбы, спасающей от наводнений в конце весны и летом, когда большая вода разливается. Над деревьями сверкнула белая вспышка. И еще раз. Темные тяжелые тучи, сгустившиеся на ними, приобрели в этом ледяном серебристом свете зловещие очертания.

Когда Ангелина заговорила, пытаясь перекричать рев двигателя, Артем сбавил скорость — по-другому он бы ее просто не услышал.

— Ого, первая гроза, что ли?

— Может, зарница?

— Не рановато ли?

Гром так и не ударил, и они поехали дальше. В поселке было тихо и пусто. Создавалось впечатление, будто все в один миг исчезли из своих домов, как в жутких историях про пропажу людей без вести не поодиночке, а целыми населенными пунктами.

Утвердившееся чувство смутной, ничем не мотивированной тревоги преследовало Ангелину на протяжении всего пути от «Белки» до дома, и даже когда Артем высадил ее у ограды, ощущение того, что сейчас должно произойти нечто плохое, не отпустило.

— Пока, — смущенно попрощалась Ангелина, переминаясь с ноги на ногу возле калитки.

— Пока! — махнул ей одноклассник и угнал прочь.

Полминуты Ангелина, точно завороженная, наблюдала, как свет фары его мотоцикла рассекает темноту на дороге, а потом исчезает за поворотом. Фонари на обочине освещали слабо.

Стоило Ангелине со вздохом открыть калитку, как все фонари на их улице вдруг синхронно погасли.

«Да ладно?» — тут же пронеслось в голове.

Может, действительно гроза будет? Вот и электричество начинают постепенно отключать. Это же не город, где есть заземление. Но обычно такое происходит летом, а не в мае.

Не придав этому особого значения, Ангелина даже не успела ступить шагу, потому что ее буквально приморозил к месту звук, похожий на тот, когда кто-то фотографирует со вспышкой.

Резко обернулась — никого. У соседей в ограде она тоже не заметила никакого подозрительного шевеления, только едва уловимо шуршал ветер, волнуя листву на яблоне, сирени, рябине и прочих зеленых насаждениях.

Ангелина безотчетно скинула с плеч рюкзак, достала телефон с целью включить фонарик, но…

— Уже сдох, что ли? — она несколько раз надавила на кнопку включения-выключения, но экран смартфона по-прежнему оставался черным. Хотя, насколько помнила, батарея была заряжена как минимум на двадцать пять процентов.

Выругавшись про себя, Ангелина бросила телефон обратно в рюкзак, перекинула через плечо обе лямки. Аккуратно, без стука закрыла за собой калитку, как вдруг звук возобновился.

— Эй, хватит меня фоткать! Это не смешно! — а звук все повторялся и повторялся, словно кто-то пытается привлечь ее внимание. Но самой вспышки не было. Ангелина старалась прислушиваться, но как только замирала без движения, любой шум, кроме ветра, прекращался. — Эй! — и опять!

Высунувшись из калитки, Ангелина окинула слегка опасливым взглядом пустую улицу — ни души. Однако стоило ей отвести свое внимание от дороги, как звуки вернулись.

Под ребрами заскребла острая, уже вполне оправданная тревога.

Больше не заботясь о том, что разбудит родителей, Ангелина перестала держать калитку, и та захлопнулась. Но даже не успела дойти до крыльца, как чей-то голос пригвоздил ее к тому месту, где стояла.

Ветер донес слова:

— Не подскажите дорогу? — голос, непонятно, мужской или женский, раздавался из ниоткуда и отовсюду одновременно.

Не сразу овладев собой, Ангелина посмотрела из-за плеча. Калитка была наглухо закрыта.

«Дорогу? Посреди ночи? В деревне, аки поселок городского типа, где невозможно заблудиться?» — но в горле будто что-то застряло, не давая словам вырваться наружу.

А когда к Ангелине все-таки частично вернулась речь, она задала единственный вопрос, волнующий ее сейчас, — вопрос, который обычно задают полоумные герои типичных американских ужастиков, спускаясь в темный-темный подвал: