Пленница Внеземного

Часть II. Ответы. Глава 16. Наша (не)похожесть

— …Как хорошо, что здесь есть, с кем поговорить, — окончательно расслабляясь, Ангелина прикрыла глаза. Валя в это время массировала ее плечи. — У меня жутко болит спина. Я не могу стоять дольше пяти минут.

— Меня больше другое волнует, — разминая затекшую шею, Валя сменила позу. — Долго еще нам здесь торчать?

Однако ИскИн не удосужился ответить, хотя обычно не упускал ни одного удобного случая, чтобы встрять со своей «справочной информацией» в их разговоры.

— Интересно, сколько мне сейчас лет? Уже по-любому есть восемнадцать.

— Еще повезло, что нам разрешают видеться. А так бы вообще можно было кукухой поехать, — в который раз Валя попыталась распустить волосы Ангелины, собранные, как и у нее самой, каким-то совершенно непонятным образом, без использования резинок, заколок и чего бы то ни было. Это не давало покоя. — Эй, ИскИн! Почему нам разрешают общаться, видеться и все в таком духе? Я думала, мы здесь типа… пленницы.

— Должен признать, это не обычная практика, — сразу же отозвался искусственный интеллект. — Обычно в целях безопасности лабораторных образцов держат в изоляции друг от друга. Но в данном случае персонал «Белой Дыры» решил сделать исключение.

— Исключение? Зачем? — Ангелина по привычке уставилась в потолок.

— За вами наблюдают с целью изучения психологии живых существ. К тому же вы относитесь к цивилизации типа солум[1], а данный тип разумных цивилизаций крайне малоизучен, особенно поведенческая составляющая.

— Что? Какого типа?

— Солум — разумные цивилизации, которые еще не вступили в Контакт.

— То есть за нами наблюдают? Вот прямо сейчас?

— Эгедийцы и раньше наблюдали за людьми, посещая вашу планету в далеком прошлом.

Переглянувшись с посмотревшей на нее из-за плеча Ангелиной, Валя присвистнула. До сего момента ИскИн ничего подобного точно не упоминал. Но в последнее время по каким-то причинам он стал гораздо охотнее делиться информацией об их мире, да и вообще.

— Как трогательно, что они за нами присматривали. Но не углядели, походу, — фыркнув, Валя излишне резко поднялась на ноги. Было весьма тяжело таскать такой внушительный живот, но долго сидеть на одном месте — еще хуже.

Впрочем, занятий тут можно найти немного. Все время проходило либо за разговорами, либо за созерцанием видов по ту сторону стен. А посмотреть есть на что.

— Мало того, что нас затащили в эту… в эту жопу Вселенной без нашего согласия, так еще и изучают! Тоже без нашего согласия! Мы вам что, лабораторные мыши, что ли?

— Я настоятельно рекомендую сохранять спокойствие, или мне придется погрузить вас в гиперсон.

— А не пойти ли тебе на фиг?

Снова от души выругавшись, Валя начала прохаживаться туда-сюда, как это делала всегда, когда злилась.

В метре с небольшим над полом вдруг вспыхнул некий голографический объект — такое иногда случалось, так что «пленницы» уже давно привыкли к подобным «фокусам» и не пугались. Валя погрузила в него руку, и трехмерное бестелесное изображение по обыкновению разлетелось на пиксели. Понять причину такого феномена не получалось, а объяснения ИскИна оставляли больше вопросов, чем давали ответов. На тепло реагирует, что ли?

Внимательно наблюдая за подругой, которая продолжала размашистыми шагами мерить неоднозначную площадь этого странного помещения без дверей (и хоть до стен дойти можно, понять наверняка, насколько мала или велика эта «комната», мозг был не в состоянии), Ангелина снова вперилась взглядом в тот самый «аквариум» с причудливыми формами жизни и не менее причудливыми черными растениями.

— Знаешь, че я подумала, — Валя присела рядом. — У нас даже молоко не появляется, — потрогала свою грудь. — И болей нет.

— Вас избавили от данного физиологического проявления намеренно, чтобы вы не испытывали дополнительный дискомфорт, — пояснил ИскИн.

— О, как мило.

А Ангелина подумала о том, что во избежание неудобств их избавили не только от этого «физиологического проявления», но и от многих других необходимостей. К примеру, здесь им не нужно следить за личной гигиеной. Совсем. Их тела, как и полость рта, всегда остаются чистыми. Голод, жажда, опорожнение мочевого пузыря и кишечника — всего этого тоже нет (потребность в таких вещах остается чисто психологическая).

Но ключевую роль в адаптации играет, конечно, ИскИн. Он является для них своего рода психологом, который всегда выслушает. Ангелина воспринимает его как живого собеседника, да и Валя — тоже, пусть и не признается в этом.

Улегшись, Ангелина с молчаливого согласия подруги положила голову ей на колени. Ухо плотно прижалось к массивному животу, и теперь появилась возможность чувствовать учащенное, казавшееся неравномерным сердцебиение плода.

— Думаешь, все эти разговоры про НЛО — правда? — спросила Ангелина, не отрывая взора от Валиного лица. Но та на нее не смотрела, уставившись куда-то перед собой.

Наконец, Валя отреагировала:

— Не знаю, — она никак не могла отвести взгляд от мелькающих вблизи планеты огней, двигающихся ярких точек и мимолетных вспышек, которых хватало от силы на секунду. Однако ни один из объектов никогда не пролетал близко с этим местом — «Белой Дырой».