Пленники острова Стримов

Глава 32. Финальный аккорд корабельных орудий

– Эй, люди! – шепотом прокричал я. В ответ тишина.

Присел, пошарил рукой по дну, подобрал камешек, запустил его в черный прямоугольник амбразуры. Не попал. Послышался звук удара, тихий, почти сливающийся с легким плеском волн. Камешек отскочил и шумно плюхнулся в воду. Опять тишина.

Консуэла шепнула несколько слов, дополнив их странным замысловатым жестом. Вряд ли я понял, что она хотела этим сказать, скорее, просто догадался. Присел, обхватил ее ноги у самых ступней, старясь не потревожить рану. Резко выпрямился. Она выскочила из воды, ее руки коснулись края бойницы и тут такое началось!

Ярко вспыхнули прожекторы, освещая дот и нас, стоящих у его стены. Я мгновенно сориентировался, выпустил девушку, она упала, я рухнул следом. В тот же миг вода над нами буквально закипела. Выбиваемые пулями частички бетона сыпались на нас каменным дождем, скорее, градом…

Прошло лишь несколько секунд и яркость света там, наверху, уменьшилась. Резко, ступенчато. Движимый не столько любопытством, сколько необходимостью дышать, я поднял голову над водой, глубоко вдохнул. Осмотрелся. Грохот выстрелов, практически неслышимый под толщей воды, оглушал. Яркие всполохи выдавали стрелков. Стреляли со всех сторон. Пули вылетали из трех бойниц нашего дота, попеременно вспыхивали два огонька в доте напротив. На пляже подмигивали не менее шести огневых точек, еще и катер подключился к круговому обстрелу. Невидимый в темноте, он покачивался на волнах. К счастью отремонтировать пушку пиратам не удалось, тем не менее, на палубе расположились как минимум двое автоматчиков.

Стало еще темнее. Выпущенная кем-то из защитников южного дота пуля попала в очередной прожектор. Оставался один, но он светил гораздо выше, чем бы того хотелось нападавшим. Яркий луч застыл на поросшей кустарником верхушке оборонительного сооружения. Похоже, поворотный механизм поврежден, а среди бандитов не находилось смельчаков, которые бы решились хоть попытаться его починить. И не зря! Не успел я все понять и осознать, как последний прожектор вспыхнул напоследок, свет, разбившись на сотни маленьких искорок, растворился в полнейшей темноте.

Как только побережье накрыла тьма, выстрелы прекратились. Одновременно, будто по команде. Консуэла схватила меня за руку, я кивнул и бросился вперед, туда, где должен был быть вход. Вышел на берег. Не раздумывая, поднял девушку на руки, побежал вперед. Дверь распахнулась, меня буквально втащили в дот.

Темно. Светомаскировка, только в глубине каземата тускло горела маленькая лампочка. Я пошел на свет, за мной спешили шаги. Михалыч, его буквально распирало от эмоций.

– Здорово мы их?! Как со стороны выглядело? То-то же! И это называется осада? Да мы их в два счета… – в тусклом свете я отчетливо видел светящиеся глаза владельца острова. Он захлебывался, его голос смеялся. – Вторую ночь буянят. Представляешь, собрали все прожекторы со стройки, тайно установили, на нас нацелили, разом включили, думали ослепить, думали приступом взять! Наивные…

Он умолк. Взял рацию, благодарно кивнул, взглянул на девушку. Слегка помрачнел, снял китель, набросил ей на плечи.

– Ранена?

– Колючка, но я не знаю, что хуже.

– Ясно. Быстренько отнеси ее в «лазарет», надо хотя бы перевязать. Ничего, не падать духом, недолго им осталось…

Я кивнул, включил фонарик, вручил его девушке, направился в тоннель. Почти сразу послышался голос шефа:

– Всем кто меня слышит! Срочно! Прошу помощи! – командирский голос Михалыча разнесся по пространству, ограниченному толстыми бетонными стенами.

Мы прошли с десяток метров, когда нас догнал обрывок разговора, речь, сопровождаемая противным треском эфира.

– Вас слышим, пожалуйста, идентифицируйте себя.

– Ух-ты, русский! Как ты сказал, иденти… чего? – в тоне шефа сквозила растерянность. Правда, это лишь мгновение, тут же по тоннелю разнеслось: – Слышишь, парень, а ну это, пока я нервничать не начал, дай мне капитана!

– Вы находитесь на частоте, предназначенной исключительно для…

– Я тебе говорю – быстро! Передай: на остров, который является собственностью его соотечественника, совершено нападение. И он, точнее, вы, просто-таки обязаны, вмешаться, помочь…

Я прижал девушку к себе, она довольно промурлыкала и что-то прошептала мне на ухо. Обидно, ну просто до слез – ничего не понимаю! Хотя, мурлыканье, он в переводе не нуждается.

– Не волнуйся, – успокаивая ее или, что более вероятно, себя, пробормотал я. – Теперь Михалыч всех достанет…

Очень не хотелось возвращаться, но меня выгнали. Лариса и Таня буквально вытолкнули меня за дверь. Я упирался, Консуэла заразительно хохотала и, прощаясь, махала рукой. Я сдался, мы вчетвером посмеялись и я вернулся в дот, помочь если что, да и просто узнать результаты переговоров…

– Да, Константин Михайлович, я прекрасно вас понимаю, – виноватым тоном вещала рация. Михалыч накрутил громкость на максимум, он расхаживал по каземату, гримасничал и кривлялся, иллюстрируя слова собеседника. – Но и вы, прошу, войдите в мое положение! Координаты, которые вы мне сообщили, это же не международные воды, это территория суверенного государства! Я же не на рыбацкой шхуне иду, у меня БПК, большой противолодочный! У меня боевой корабль. И иду я, не по звездам ориентируясь! Да я, если постараюсь, пару-тройку авианосцев потопить смогу, не говоря уже о чем-то меньшем. Поймите, как только станет известно, что я зашел в территориальные воды, да если…