Пленный принц попаданки в погонах

Глава 1

Если бы мне кто-то вчера сказал, что я променяю вид из окна на серый забор с «колючкой» на переливы бирюзового моря, поблескивающего сквозь шёлковые шторы, я бы хрипло рассмеялась и предложила проверить состав его крови на запрещённые препараты.

Вчера… Какое странное слово. Оно уже ничего не значит. Потому что вчера я была Ариной Волковой, старшим надзирателем в СИЗО № 14, женщиной с ключами от чужих судеб, собственной квартирой в ипотеку и верой в то, что скоро стану подполковником. А сегодня я… я всё ещё Арина. Но мои ключи безнадёжно утеряны, а вместо казённого кабинета меня окружает обильное барокко, от которого рябит в глазах.

Проснулась я от того, что в щель между шторами ударил луч солнца и попал прямиком в глаза, — просто снайпер, чтоб его... Я заворчала, привычно потянулась рукой к тумбочке за часами и наткнулась на что-то холодное и резное. Моргнула. Потом ещё раз. Потом села на кровати и огляделась. И это было ошибкой.

Потолок был расписан херувимами, которые с глупыми улыбками взирали на меня с высоты. Кровать – не койка, а полноценный плавающий остров с гнутыми ножками и балдахином из струящегося персикового шёлка. Воздух пах не дезинфекцией и табаком, а цветами, солью и чем-то сладким, пряным. Это был аромат… благополучия. Чрезмерного, удушающего благополучия.

Первая мысль: «Господи, да я же на шконке отсыпаюсь после вчерашнего корпоратива». Но корпоративы у нас были с селёдкой под водку в каморке начальника, а не с шампанским в версальских интерьерах. Вторая мысль, более трезвая: «Похитили. Для каких-то специфических целей». Тело осмотрела – вроде цело, не болит, синяков нет. Одета в ночную рубашку из тончайшего батиста, который к моей привычной фланели с оленями не имел никакого отношения.

Я попробовала восстановить события вечера, которые сейчас виделись словно в тумане. Но вдруг вспомнился звук пожарной тревоги, суета, охватившая СИЗО. Охранники бежали в сторону выхода, но я знала, что в дальних камерах, тонущих в клубах удушающего дыма, ещё остались заключённые.

Наверное, нужно было тоже бежать, спасаться, но я не могла оставить людей на верную смерть, какими бы они ни были. Вспомнила, как задыхаясь, открыла дверь последней камеры, а потом... Потом наступила темнота.

Ещё раз осмотрела своё тело. Только вот оно что-то подозрительно стройное, упругое, никак не похожее на моё сорокалетнее, побитое жизнью, нервной работой, недосыпом и нежной любовью к шоколадкам.

Я поднялась с кровати, подошла к зеркалу в золочёной раме и едва не вскрикнула. В отражении на меня смотрела юная девица лет восемнадцати, с огромными синими глазами, вздёрнутым носиком и губами бантиком. Рыжевато-золотые кудри спадали на плечи. Красивая. Совершенно незнакомая. И абсолютно беспомощная на вид.

Моя рука сама потянулась к лицу. И девица в зеркале сделала то же самое. Я нахмурилась – она надула губки. Я оскалилась – она сделала милую гримаску.

— Что за ху… — начала я, и мой собственный, низкий, прокуренный и привычный голос, вырвавшийся из этих нежных уст, прозвучал настолько дико, что я замолчала. — Хурма...

Последнее слово уже проворковала мелодично и чисто.

Двери в комнату распахнулись, и на пороге возникла пухленькая женщина в переднике с испуганными глазами.

— Леди Элинор! Вы уже проснулись? Мы уже думали… — она замолчала, уставившись на меня. Видимо, на моё лицо, которое в данный момент выражало всю гамму чувств от «где я» до «какого чёрта».

Элинор. Значит, так зовут эту куклу. Я сделала глубокий вдох, заставив себя успокоиться. Тюремная закалка давала о себе знать. Паника – худший советчик. Надо собирать информацию.

— Всё в порядке, — выдавила я своим новым, мелодичным голосом, который всё ещё резал слух. — Просто… мне нездоровится.

Ох, с таким тембром только в службе секс по телефону работать или песенки попсовые щебетать. А я так долго вырабатывала командный голос. И где он теперь?

Женщина, оказавшаяся горничной по имени Милди, немедленно захлопотала, начала задёргивать шторы, готовить одежду. Из её беспокойной болтовни, как из ручья, я выуживала крупицы информации. Я – леди Элинор, дочь губернатора острова Морн. Остров… тюремный. Здесь содержится особо опасный контингент. Эльфы, гномы, орки, дроу. Отличненько. Сбежала из одной тюрьмы – попала в другую. Правда, в шикарных апартаментах и со сказочными персонажами.

Отец – Его Превосходительство лорд Годфри – срочно уехал по делам в материковую столицу. Я «всё ещё оправляюсь от лихорадки». Ага, то есть моё неадекватное поведение списывается на болезнь. Удобно.

Меня одели в невообразимое сооружение из кринолина, кружев и лент. Вместо привычных форменных брюк и сапог – шелковые чулки и туфельки на каблуке. Я чувствовала себя слоником в посудной лавке, каждым движением рискуя снести хрупкую мебель или порвать что-нибудь. За завтраком, состоящим из двадцати блюд, которые я поглощала с аппетитом арестанта, кое-как выстроила в голове картину.

Прислуга косилась на меня с недоумением, явно удивлённая моим аппетитом, ведь, судя по всему, меня уже мысленно похоронили.

Я привыкла мыслить логически, оставляя эмоции на потом. Поэтому сейчас просто гоняла полученные сведения, составляя их, словно играла в тетрис, который скрашивал мои серые будни тюремной надзирательницы.

Попаданка. Другое тело. Другой мир. Магия, расы, тюрьма. Стандартный набор, как в тех книжках, которые я иногда читала от скуки. Только вот героини там обычно визжали и падали в обморок. А вот мне не привыкать к жёстким условиям. Просто режим сменился.