Плохая примета. Шесть бед

Глава 16

Четверг

Две недели уже длилось моё обучение у Алевтины Марковны. Каждое утро теперь начиналось с ожидания чего-то потрясающего. Я просто подсела на новые знания.

Некоторые уроки сопровождались практикой. И у меня получалось! Я за день научилась зажигать свечу и всего три часа мне потребовалось на то, чтобы поднять в воздух сухой кленовый листик. Алевтина Марковна одобрительно посматривала на меня и утверждала, что я обладаю потрясающими способностями к редко встречающейся среди ведьм стихийной магии.

Постороннее перестало меня волновать. Нужно платить за квартиру? Заберите все мои деньги, только оставьте в покое. Не хватает денег на нормальную еду? Ничего, посижу на гречке и макаронах.

Единственное существо, на которое приходилось отвлекаться – кот. Нормальную кличку я ему так и не придумала, называла чаще всего Чупой, сокращённо от чупакабры, а иногда просто котом. Скотинка оказалась привередливой. Ему приходилось каждый день варить рыбу, ничего другого он не ел. И чистить в лотке. Кто бы мог, подумать, ведь на благородного он при нашей встрече не походил совершенно. Да и сейчас, выглядеть он стал лучше, шерсть залоснилась, но ни мяукать, ни набирать вес не желал. Не помог даже поход к ветеринару, который сначала удивлённо таращился на это чудо, затем обругал меня за ужасное обращение с животным, а потом обматерил самого кота, который расцарапал ему руки после предложения заодно кастрировать. Неприятный человек оказался.

В один из вечеров я с упоением тренировалась рисовать пентаграммы на всех подручных клочках бумаги. Необходимо было добиться чётких ровных линий без применения подручных средств. Мои пентаграммы пока получались скособоченными, состоящими из ломанных и волнистых линий. Алевтина Марковна авторитетно утверждала, что оттачивать этот навык можно всю жизнь, без него общение с потусторонним миром духом невозможно. И как в фильмах у всяких дилетантов, впервые взявших в руки мел, появляются ровные аккуратные круги и звёзды, занимающие всю комнату? Я пока тренировалась рисовать карандашом на бумаге и никак не могла добиться нужного результата.

Мои старания прервал звонок в домофон. Я подумала, что кто-то просто ошибся адресом. Звонок повторился, на этот раз я решила, что меня нет дома. Отвлекаться даже на пять минут не хотелось. Ничего хорошего от незваных посетителей я не ожидала, поэтому и смысла открывать дверь не видела.

Некто неугомонный не поверил в моё отсутствие и через десять минут я наслаждалась трелями дверного звонка. Пришлось оторваться от своих бумажек и открыть дверь.

На лестничной площадке неуверенно переминалась с ноги на ногу Ирина. В белом пальто и замшевых бежевых сапожках она казалась инородным телом на фоне обшарпанных стен. И вид такой испуганно-решительный.

- Привет, - сказала Ирина застенчиво. – Прости, пожалуйста, за вторжение, но я всё знаю про тебя.

Озадаченная я посторонилась и впустила гостью в квартиру.

- И что же ты знаешь?

- Ты ведьма.

- С чего ты взяла?

- Я вспомнила, что ты спрашивала у меня, когда подвозила до метро.

- И что же?

- Не нужно меня обманывать, я знаю, что вы существуете. После смерти мамы папа приглашал такую как ты вызывать её дух.

- И как, получилось? – скептически усмехнулась я.

- Получилось, почти, - прошептала Ирина и посмотрела на меня в упор широко раскрытыми глазами. -  Я помню то ощущение колдовства. Во время проведения обряда я сидела в своей комнате с няней и чувствовала, как мурашки по коже бегали и в ушах заложило. Дух тогда не отозвался. Папа решил, что его обманули. Но я думаю, что просто чего-то не хватило.

Стало жутковато. Только фанатично настроенной девицы мне не хватало.

- Так я забыла, зачем ты пришла? - спросила я.

Ирина прошла в комнату и заметалась там из угла в угол. Увидела на столе книги и бумаги, исчерченные пентаграммами, посмотрела на меня удовлетворённо и словно решилась на что-то.

- Мне нужна твоя помощь.

- В чём?

- Тут такое сложное дело, даже не знаю, с чего начать.

Я вспомнила, как расспрашивали меня Алевтина Марковна с Еленой Аркадьевной и отправилась делать чай. Ирина, вздыхая и заламывая руки, двинулась за мной на кухню. На подоконнике сидел, задумчиво наблюдая за улицей, кот, который лишь смерил нас ленивым взглядом и вернулся к созерцанию.

Никаких сервизов и хрустальных вазочек у меня не водилось, да и к чаю были только сушки, но «чем богаты, тем и рады».  Стоило Ирине сделать глоток горячего чая из большой кружки с подсолнухами, как тело её заметно расслабилось и из глаз ушла тревожность.

- Давай ты просто начнёшь рассказывать, - сказала я со всем возможным теплом в голосе.

- На нашей семье висит проклятье, - Ирина смотрит на меня с твёрдой убеждённостью. Мда… А казалась такой здравомыслящей.

- Ирина, ты же умная, образованная…

- Да, да, я знаю, папа говорит то же самое. Но я знаю. Мне было десять лет, когда мама разбилась на машине. Она очень хорошо водила, как мужчина. Даже папа это признавал. А потом днём на хорошей дороге машину вдруг занесло, она слетела в кювет и перевернулась несколько раз. Мама умерла на месте.