Плохой, жестокий, самый лучший

16

Явлегину не слишком-то хотелось встречаться с Чепурновым. И согласился он вовсе не потому, что повёлся на банальную уловку. Оба прекрасно понимали, насколько нелепо звучало даже само предположение, что он может бояться Игоря. Скорее, тот сам себя подбадривал, решил Саня. А может, просто пытался заманить его на какой-то дурацкий разговор.

Сначала Явлегин хотел послать его. Потом вспомнил, что Чепурнов встречался с Ритой. И сразу всё встало на свои места. Именно о Рите так жаждал поговорить этот чёртов Игорёк. Наверняка прознал о них, вот и засуетился.

«Может, Рита сама ему о нас рассказала? Да, конечно! Откуда бы он ещё узнал? Молодец девочка! Послала этого барана подальше — туда ему и дорога. А раз так, почему бы действительно не пообщаться и всё окончательноне прояснить?»

Саня даже повеселел. Так хотелось увидеть сытую, самодовольную физиономию в печали.

Интересно даже, что он собирается сказать? Попросит оставить Риту? Или потребует? Ну-ну, пусть попробует.

Собирался он тщательно. Всё новое достал. Не из-за дурака Игоря, само собой. После разговора с этим клоуном его ждала гораздо более волнующая встреча, куда Саня рвался всей душой. До которой буквально минуты считал.

Когда он подошёл к развлекательному центру, Игорь уже топтался у входа, озираясь по сторонам. Руки ему Саня подавать не стал, кивком позвал за собой.

Поднялись в тот самый бар, где недавно сидели с Ритой. Только их столик был занят другой парочкой.

— Ну? — спросил Явлегин, когда они устроились за соседний.

Игорь мялся, видимо, не знал, с чего начать. Саня усмехнулся.

— Говори уже, Чепурнов, или ты меня помолчать позвал?

— Помнишь, — Игорь поднял на него глаза, — в прошлую субботу ты Риту с девчонками вытащил из какой-то блат-хаты?

На губах ещё играла насмешливая полуулыбка, но в сердце уже неприятно кольнуло нехорошее предчувствие. Явлегин напрягся. Откуда этот хлыщ мог об этом знать? Неужто Рита настолько разоткровенничалась?

— И что? — холодно спросил он.

— Рита очень боялась, что ты про это всем расскажешь. У неё строгие родители, и вообще она бережёт свою репутацию. Для неё было бы ударом, если бы все узнали о том случае.

— Это тут вообще к чему? — этот заход издалека начал его нервировать. Да и зачем такую чушь про Риту городить? Она прекрасно знает, что он никогда бы её так не подставил. Да и не только её, а вообще никогда не стал бы вести себя так мелко.

Зато Игорь успокоился и деловито заявил:

— Короче, главное. В общем, Рита, конечно, дура. Зря она всё это затеяла, тем более расхлёбывать теперь мне… В общем, они с Викой решили, что если она с тобой как бы замутит, то ты точно никому ничего не расскажешь. Ну вот, а теперь не знает, куда деваться. Как всё это закончить.

— Ты что несёшь, Чепурнов? — закипел Саня.

— Она мне сама всё рассказала. Как она с тобой в кино ходила и на волейбол, как вчера вечером ты прибегал под дождём, чтобы только посмотреть на неё…

Сане казалось, что на мгновение он ослеп и оглох, настолько чудовищно это звучало.

— И что ещё она тебе рассказывала? — спросил он глухо.

— Всё. Рита повинилась, попросила прощения. Сказала, что сама хотела покончить с этим безумием и поговорила бы с тобой да боится, что ты… сделаешь ей что-нибудь. В общем, мы решили, что я сам улажу это недоразумение.

Саня едва сдерживался. Он думал о ней каждую секунду. Видел её, стоило закрыть глаза. Он бы за неё и в огонь и в воду. Да он на что угодно готов ради неё! А оказывается, всё это лишь недоразумение…

Каждая клетка, каждый нерв его вопил от нестерпимой боли, но где-то очень глубоко он всё-таки надеялся, не хотел, не мог в это поверить.

— Да ну, бред какой-то!

Игорь вынул планшет, загрузил страницу в Одноклассниках. Саня хоть и не увлекался соцсетями, но сразу узнал оранжевую рамку и логотип. Игорь потыкал туда-сюда, протянул планшет ему.

— На вот, читай.

— Что это?

— Это мне Рита писала про тебя, ну и вообще про всё. Стеснялась признаться в глаза, решила так…

Явлегин узнал на аватаре Ритину фотографию. А рядом сообщение:

«В общем, я боялась, что он расскажет про нашу выходку. Опозорит на всю школу. Явлегин ведь в принципе может быть очень жестоким и мстительным. А уж мне-то он всегда с удовольствием мстил. Поэтому я голову ломала, как с ним договориться, чтобы не разболтал ничего».

Собеседником в чате значился Чепурнов.

«Попросила бы, да и всё»

«Ты что? К нему же просто так не подступишься. Так вот, Вика, это мы с ней куролесили в субботу, предложила замутить с ним. Не всерьёз, конечно. То есть понравиться ему, наладить контакт. Понимаешь? Чтобы ему самому не захотелось мне вредить. И тут он как раз на следующий день объявился — телефоны вернул, которые у нас те гопники отобрали. И я по её совету принялась его охмурять»

«И что? Получилось?»

«Не то слово!»

Саня молча дочитал, с последней фразой отпали все сомнения. Чепурнов говорил правду. Дикую, немыслимую, беспощадную правду. Это действительно писала она. И не только потому, что сообщения были отправлены от её имени — главное, только она одна всё это знала, больше никто.

Всё, что происходило между ними в эти дни, — всего лишь умело разыгранный спектакль, где ему выпала роль идиота и он с ней прекрасно справился.

Явлегину казалось, что в душу ему плеснули кислотой и теперь она с шипением разъедает все внутренности. Сколько воли, сколько сил потребовалось, чтобы не выдать раздирающие его чувства! Ни один мускул так и не дрогнул на его лице. Разве только взгляд потемнел да черты словно окаменели, но Игорь этого не заметил. Он вообще избегал смотреть Сане в глаза. Зато умудрился скроить сочувствующее выражение.

— Я понимаю, стрёмная ситуация. Но и ты пойми, она не со зла, а по глупости. Она не хотела делать тебе больно.

— С чего ты взял, что мне больно? Потискать смазливую тёлку мне было в удовольствие и не более того. Так что можешь передать своей подружке, что она свободна и вообще нафиг мне не сдалась, — сказал он равнодушно.