Plus-Size: Право на счастье

Глава 37

Как можно в течении суток вознести человека в рай на небеса, а потом столкнуть в бездну ада? Спросите советы у Косты, он в этих делах гуру.

Когда он меня поцеловал, все прошлое перестало иметь значение. Он целовал так страстно, так пламенно, что все чувства обнажились и все ощущения были как открытый нерв. Он был так искренен в своей страсти, что я без раздумий отдалась на волю чувствам.

- Клубничка… сладкая… моя… хочу…

Хриплые полустоны, жаркий шепот, горячее дыхание, слившееся в одно на двоих.

Полная потеря контроля, взрыв чувств, сладкая истома, ласки, сводящие с ума.

Его руки жадно ласкают везде, куда могут дотянуться, губы прокладывают дорожку поцелуев по всему телу. Я чувствую Косту везде, словно мы и правда ненадолго слились в единое целое. Мне с ним так хорошо, что даже хочется плакать от счастья.

Я плавлюсь под взглядом черных глаз. В них столько желания, столько восхищения, что я чувствую себя самой красивой и желанной девушкой в мире. Они обжигают почище черного перца, который мне напоминают. С ним так остро, так жгуче, что горит каждая клеточка обнаженной кожи, к которой он прикасается.

Мы отдаемся страсти так, что весь мир исчезает за пределами того, что мы сейчас выстроили для нас двоих. Моя спальня стала оплотом разгорающегося чувства и надежды на что-то большее, чем просто сиюминутное желание двух тел, которые поддались инстинкту и сексуальному притяжению.

Этой ночью Коста не дал спать, наверное, всему дому. Как я и предполагала раньше, он оказался страстным и неутомимым любовником, для которого удовольствие партнерши было важнее собственного. Утомленные, мы задремали только под утро, растворяясь в сладкой неге.

Когда я проснулась, Косты рядом не было. Скомканное постельное белье свидетельствовало, что все, что происходило это ночью, не было сном.

Томная нега разливалась по телу. Было так хорошо, что не хотелось вставать. Хотелось продлить этим минуты беспечного счастья.

Пока я нежилась, заглянул Коста.

- Проснулась?

Он запрыгнул на кровать и смял меня в объятиях, зарычав от удовольствия при виде моей обнаженной груди.

- Клубничка, сладкая моя… Пойдем, позавтракаешь, и будем повторять пройденный за ночь материал снова и снова. Готова к новому экзамену?

Его руки подобрались к моим ягодицам и с удовольствием сжали.

- Черт… Если сейчас не уйду, возьму тебя прямо сейчас. А там Ирка ждет. Давай, вставай, умывайся, я пока дела доделаю. Позавтракаем и на весь день в кроватку.

Он прикусил меня за грудь, показывая силу желания, и прикрыл одеялом.

- Все, не соблазняй. А то запру и не выпущу до вечера.

Он ушел со счастливой улыбкой, а я глупо улыбалась ему в ответ, думая, что, может, это не самый плохой вариант из возможных.

Когда я умылась и пришла на кухню, Коста и Ира сидели в обнимку перед камерой телефона и снимали очередное сториз для своих блогов.

- Моя девушка сегодня сделала меня самым счастливым человеком. А всего лишь надо было начать утро с поцелуя и чашечки кофе в постель. И когда любишь, оказывается, этого бывает достаточно. С вами поделился утренними философскими мыслями Коста Гринвич. Рассказывайте, что по утрам делает счастливым вас?

Сияющий Коста отключил камеру и перевел на меня счастливый взгляд.

А я стояла, смотрела на него, и разгоравшийся огонек счастья внутри потухал, так и не превратившись в пламя.

- То есть ты продолжаешь эту игру, где твоя девушка Ира? – растерялась я.

Не то чтобы я хотела сразу после ночи на утро предъявлять свои права на Косту… Но… но… Как бы это все выглядело не очень. Для меня.

И, может, я чего-то не понимаю. Поэтому захотелось это разъяснить для себя.

Наступила очень неловкая пауза. Неловко было всем. Ира отводила взгляд, не желая влезать в наши отношения. Я ее подруга, а с Костой у них заключенный контракт, подтвержденный большой суммой. Суммой, которая нужна ее племяннице для нормальной жизни.

Коста явно не желал выяснений отношений сейчас, наутро после жаркой ночи.

- Она и есть моя девушка для всех. Что изменилось? – ровно сказал он. А потом как-то неприятно ухмыльнулся: – Или ты хочешь занять ее место?

И прозвучало в его голосе что-то такое пренебрежительное, что кольнуло похуже воткнутой иглы в сердце.

- А что, не достойна? – отразила я его усмешку. – Не тяну на девушку Косты Гринвича, да? А чтобы трахать достойна, да? Иди ты знаешь куда, Гринвич? В жопу!

Я убежала в комнату.

- Стой. Женя! Стой, кому говорю. Ветрянка!

Он примчался за мной.

- Уйди. И не подходи ко мне больше, - наматывая сопли на кулак, сказала я.

Постель еще была разобрана и хранила следы наших утех. Сладких, счастливых моментов, когда я себя чувствовала на небесах.

- Жень, ну подумай сама, - увещевал меня Коста, присев рядом. – Да, у блогера Косты Гринвича не может быть такой девушки как ты. Ты читала комментарии под теми постами, где ты появляешься в кадре? Там аудиторию разрывает так, что бои идут похлеще чем в горячей точке. Народ ссорится и забывает вообще о чем была речь в посте. Все сводится к обсуждению тебя и твоего веса. Ты затмеваешь всех, Ветрянка.

Коста попытался перевести все в лесть, а сам полез ко мне руками под футболку, чтобы пожамкаться.

Да, конечно, видела. И удивлялась, чего людям неймется насчет моего веса, чего их так бомбит. Некоторые даже навесили на меня гроздь медицинских диагнозов. Если их почитать, непонятно как я вообще живу с таким весом. Уже должна коньки отбросить.

Повышенный холестерин, боли в суставах, риск диабета и еще пол медицинского справочника атаковали меня со всех сторон. Вот-вот меня схватит инфаркт или инсульт. Дышат мне в затылок, желая прибрать меня скорее к своим рукам.

Ради справедливости были у меня и защитники. Но они не бились так рьяно как нападающие, у которых было столько агрессии, что становилось страшно – как эти люди вообще по улицам ходят. Там одни несовершенства кругом, и толстяки в том числе. Как же они страдают, бедные. А потом вымещают всю эту злость на мир в интернете. Она нападали и заклевывали любого защитника. Адекватным людям просто приходилось убегать, роняя тапки, чтобы и на них не навешали каких диагнозов.