Плутовка против некроманта. ( Не) желанная для ректора

Глава седьмая - Ночной разговор.

Я была готова взвыть. Надо же было Агату и Рэму так не вовремя встретиться нам на пути. Мой план был так хорош.

Впрочем, друзья у меня сообразительные, и с ними я разберусь позже. Могу устроить истерику при них и заручиться их же поддержкой позже.

Я уже набрала в грудь воздуха, когда ректор потянул моё запястье на себя и всучил его (в смысле меня) Рэму в руки.

— На будущее: раз взялись таскать с собой девушку, возьмите на себя ответственность за её безопасность.

Это что сейчас было? Он меня сбагрил как какую-то вещь, да ещё и помешал мне обвинить его в домогательствах?

— Господин, мы…

— Прикрытие паршивое, маскировка совсем никуда, да ещё и своих бросили. Плохо. Из рук вон плохо.

Из голоса ректора снова исчезли все эмоции. То есть как оскорблять меня — так он может найти в глубине своего чёрного сердца презрение и насмешку, а как Агата и Рэма ругать — просто холодная констатация факта?! Во мне разрасталась ненависть к этому мужчине.

— Она единственный обладатель магии огня в академии, — решил оправдаться Агат.

— Я увидел в ней девушку в вызывающем наряде в заведении, где таких, как она, используют по назначению. Поверь, когда её окружит толпа мужчин, из этой маленькой чёрной головки исчезнут все выученные наспех приёмы. А во всём остальном она слаба, как показывают оценки.

На улице, освещённой лишь одинокой звездой, что порой исчезала за тяжёлыми тучами, разглядеть моё лицо, уподобившееся красному яблоку, было невозможно. Руки сжались в кулаки. Рэм вовремя спохватился и, выйдя вперёд, отпустил мою руку и перехватил меня за плечо. В подобном состоянии я жаждала одного — сжечь что-нибудь. А если быть точнее, в сложившихся обстоятельствах, кого-нибудь.

— Вы правы, господин! — Как же меня раздражает то, что эти двое лебезят перед ректором. Я его придушить готова, а они соглашаются с каждым словом. — Моя ошибка.

— И давно шастаете по ночам? — решил сменить тему некромант, который развернулся к нам спиной и зашагал в сторону академии.

Агат взял меня под руку и потащил следом. Рэм молниеносно оказался возле некроманта и почему-то разоткровенничался.

— Больше года.

— О пропаже скольких магов вам известно?

— Ещё недавно мы знали о троих и подозревали о четвёртом, но… — он замялся, не решаясь сказать, что я им всё разболтала.

— Но ваша подруга обладает не только большими ушами, но и длинным языком, — догадался мужчина.

На кончике пальца вспыхнуло красное пламя и сразу же погасло. Я потратила много лет на то, чтобы контролировать себя. Часы, проведённые в лесу, несмотря на снег, дождь или палящее солнце. Я продолжала учиться день за днём, чтобы обрести свободу. Путь домой мне закрыт. Да и возвращаться не к кому. Пьяный отец и тётка, что желает сплавить меня замуж за старика.

Я буду в королевской армии! В конце концов, я единственный маг огня в академии, а они, как известно, на вес золота.

Осталось придумать, как избавиться от глазастого и ушастого ректора. Да по сравнению с ним я слепа и глуха.

Но стоит отметить, что в одном он прав: своим друзьям я рассказываю обо всём, что происходит. С молчаливостью некроманта мне не тягаться.

— Это правда, что магов крадут, а затем продают?

Агат не настолько сдержан, как Рэм. Рыженький у нас стратег. Он бы нашёл более безопасный способ задать вопрос. Представитель же большой семьи (а если я правильно помню, у него три брата и две сестры) не привык ждать в стороне и тянуть кота за хвост.

Мы замерли посреди дороги, как по команде. Один только ректор продолжал медленно идти в сторону показавшейся из-за угла академии. Не думаю, что кто-то из нас ждал, что он ответит. Тем сильнее было удивление, когда тихий голос сказал:

— Похоже, что правда.

***

Стук каблуков, эхом разлетавшийся по пустым коридорам академии, бил по ушам. Это не считая того, что туфли, которые так тщательно выбирались из коллекции Стэллы, оказались немного малы. Знала бы она, по каким улочкам я хожу в её «пропавших», некогда белоснежных туфлях.

Несмотря на то что ректор, решивший меня проводить до комнаты (может, думает, что я снова куда-то сбегу), шёл медленно, я сильно отставала. Один шаг некроманта был равен моим трём. Ему приходилось периодически останавливаться и ждать, пока я сокращу разделяющее нас расстояние. При этом мужчина даже не оборачивался — просто ждал, когда стук каблуков остановится возле него, и продолжал путь.

Эх, жаль, нет свидетелей — можно было бы такую сцену разыграть. Ну ничего, я ещё придумаю, как утопить его в слухах. Будет знать, как меня к продажным женщинам приписывать. Уже завтра вся академия будет обсуждать то, что его бледный вид — результат беспорядочных половых связей с портовыми женщинами. Впалые щёки, худощавое телосложение, безжизненные глаза — всё в мою пользу. Он как живой мертвец.

— Ой, — планируя месть, я снова споткнулась и чуть не упала. Чудом осталась стоять на ногах. К счастью, в этот раз ректор находился далеко, и не его широкая спина стала моим спасением, а обычная кирпичная стена.

С этой обувью до комнаты я живой не дойду. Приняв решение, что лучше замёрзнуть, чем сломать ноги, я скинула туфли и пошла босиком. Каменный пол академии встретил холодом морозного зимнего утра.