Плутовка против некроманта. ( Не) желанная для ректора

Глава восемнадцатая — Вынужденная поездка

«Не каждая семья может зваться семьей»

— Почему Вы заставляете меня ехать туда?!

— Все без исключения, студенты академии едут домой на празднование начала Нового года.

Я стояла напротив ректора, уперев руки в бока. Сбоку на столе высилась стопка книг, которую очень хотелось пнуть. А все потому, что нельзя пнуть того, кто возвышался прямо передо мной, сложив руки на широкой груди.

— Я не ездила и ничего страшного не происходило.

Вот уже минут десять, мы, а точнее, я безрезультатно спорила с некромантом, который отказывался принимать отрицательный ответ.

Что за упертый баран? Видите ли, все без исключения должны праздновать начало Нового года исключительно с самыми дорогими людьми. Ректор наивно предполагал, что это члены семьи. Объяснять ему, что кот с мышью мне ближе, чем родной отец, я не хотела. Но и ехать в дом, из которого сбежала, тоже не желала.

— Ты много чего делала до появления меня в этом учреждении. Больше не делаешь.

Хотелось сказать, что я много чего и НЕ делала. Например, не была уборщицей у прошлых ректоров, не перемещалась через зеркала, не поджигала себя и свою одежду.

— Моя семья слишком занята работой и не может позволить себе отдых в виде празднования Нового года и оплаты моего путешествия.

Может, хоть это проймет непробиваемого упрямца.

— Не переживай, малышка, я все оплачу. Еще и денег дам, накроешь хороший стол, порадуешь родных.

— Да не нужны мне Ваши деньги!

За последние три дня мне деньги предлагали три человека.

Агат, который спросил, почему я хожу в одном старом платье, а затем спросил, не нуждаюсь ли я в помощи. От помощи я отказалась, но объяснить скудный гардероб не смогла. Не рассказывать же, что подпалила второе (между прочим, предпоследнее) платье, когда просто прилегла отдохнуть и задремала. Барсик сказал, что об этом надо рассказать ректору, но я договорилась о молчании. Не знаю, надолго ли его хватит.

Вторым человеком был Рэм. Он предложил мне совместную поездку, которую он оплатит полностью, в семейный зимний дом. Сам факт наличия отдельного дома для отдыха в холодные месяца стал чем-то удивительно глупым. От поездки, как и от всего прочего, пришлось отказаться. Мне не место среди богатых.

И вот теперь ректор. Они думают, мне нужны подачки? Если бы злобный некромант не настаивал на поездке, я могла бы устроиться на праздник в одну из таверн города. Перед Новым годом дополнительная сила в виде студентки академии не будет лишней.

— Эль! — мужчина потер переносицу двумя пальцами, затем переместил руку и потер виски. — Давай так: ты едешь домой на праздник, а я допускаю тебя до занятий по боевой магии, но в моем присутствии.

— Правда?!

Мой гнев схлынул, стоило ректору предложить самое желаемое. Я подлетела, вцепилась в его ладонь двумя руками и с надеждой посмотрела в серые глаза. Брови некроманта изогнулись, а на губах появилась улыбка. Никак не привыкну к тому, что он умеет улыбаться.

— Только в моем присутствии…

— Да-да. Когда можно начать?

— И ты возьмешь с собой кота.

— А меня спр-р-росить?

Мы синхронно посмотрели на того, кто растянулся на хозяйской кровати, и также синхронно вернулись к созерцанию друг друга. Барсика брать нельзя. Ни в коем случае. Не считая того, что не способен держать язык за зубами, так его еще тетка прибьет. Она ненавидит котов.

— Я возьму Дымка. У отца аллергия на кошачьих, — бессовестно солгала я. Некромант все равно никогда не узнает правды. А мышонка я в карман спрячу, и все проблемы будут решены.

— Аллергия, говоришь? – он смотрел на мои руки, что вцепились мертвой хваткой в огромную мужскую ладонь. Не отпущу, пока не подтвердит, что дает согласие на возобновление тренировок.

– Аллергия. Это когда кашляешь и чихаешь, и нос краснеет.

– Я знаю, что такое аллергия.

– Тогда зачем спрашиваете?

– Это ты еще не слышал, какого цвета мор-р-ре…

Вот точно нельзя брать кота. Он и там что-нибудь ляпнет, и как вернемся, раскроет некроманту все мои секреты.

– И какого же цвета море?

Я посмотрела в серые глаза. Как удивительно они способны превращаться из безжизненно-ледяных, в обволакивающе-теплые. Картинки, которые я видела в книгах, всегда были серыми.

– Цвета Ваших глаз.

Ни одной эмоции не отразилось на каменном лице, несмотря на то, что я была не права.

– Ты не видела моря?!

Не ожидала понимания со стороны ректора. А кот долго смеялся, прежде чем благосклонно сообщил мне ошибочность суждений.

– Видела бухту.

– Ну тогда да, оно цвета моих глаз. – А на губах улыбка, в глазах теплота, а ладонь сжимает пальцы. – Домой едешь с мышью. После празднования Нового года возобновишь тренировки. Поначалу со мной и Алексом. Дальше будем смотреть. На сегодня можешь быть свободна. Иди собирай вещи. К отцу поедешь в моем экипаже.