Плюшевая история

Прощу тебя

- Иванов, ну вы опять не прочитали текст... - Варвара Игоревна приспустила очки на нос

- Каюсь, Варвара Игоревна. - улыбнулся Саша, не забыв привычно засунуть руки в карманы.

- Плохо каетесь.

- Я могу хорошо… - улыбка парня стала похожей на улыбку чеширского кота.

- Не сомневаюсь... Но мне бы хотелось услышать оправдания.

- У меня было свидание.

- Да?

- С самой лучшей девушкой в мире.

- Прям-таки с самой лучшей? - на лице Вари снова показалась улыбка.

- Да.

- Ну ладно, Иванов. Прощу вас на этот раз.

В этот момент аудитория погрузилась в тишину.

- Варвара Игоревна, а мне вы можете простить что-нибудь?

Лене Мышкиной, старосте группы, очень уж хотелось хотя бы отчасти разобраться с этим древнерусским адом. К Варваре Игоревне девушка относилась хорошо. Да и Варя её не занижала никак. Просто Лена была тем самым гуманитарием, который и не гуманитарий совсем. Ей бы задачки решать у Виктора Петровича на практических, а не читать про Игоря с Олегом.

Виктору Петровичу было 26 годиков. И если бы Лена знала, что через какой-то семестр он станет для неё просто Витей, она бы охренела. В целом, и сам Виктор Петрович пришел бы в ужас, если бы мы ему сказали, что через каких-то два года он станет отцом сразу двух ангелочков, которых подарит ему его Мышка.

- Могу, Лена. – улыбнулась Варя, поймав блестящий взгляд Саши на себе. Это, кстати, не укрылось и от Лены.

- Правда? – не поверила своему счастью Мышкина.

- Правда. Могу простить вам прогул в среду. Вы же у Виктора Петровича были, верно? Только меня забыли предупредить.

Лена закусила губу. К Виктору Петровичу она в тот вечер не дошла, потому что гуляла с Жориком. Кто такой Жорик, спросите вы. А Ленка и сама не знала. И не друг, и не враг, а так. Что-то типа парня. Но очень хренового.

- Да… - неуверенно протянула Лена и сглотнула.

- Вот и хорошо.

Всё это время Саша наблюдал за Варей. Ему определенно точно нравилось, как она поправляет волосы, едва заметно краснеет и улыбается. Больше всего ему нравилось, когда она улыбалась ему. А вчера он вообще почувствовал себя тем самым чуваком, что сорвал джекпот в Лас-Вегасе.

Все мы, конечно поняли, что на свидании он вчера был именно с Варварой Игоревной.

Он пригласил её в ресторан. Правда, там произошел какой-то сбой в базе. Бронь не прошла. Так злой Саша и почему-то развеселившаяся Варя оказались на улице. А дальше… А дальше были вкуснющая шаурма у Вазгена, которого Саша знал, прогулка под звездами, которые знала Варя, и колесо обозрения, которое Саша и Варя вообще случайно нашли. Оно было в маленьком парке на окраине городе. И работало!

Всё время гордого шествия колеса по небу Саша и Варя не отлипали друг от друга. Он нежно целовал её, очень пытаясь сдерживаться, чтобы не попасть в отделение за «хулиганство в общественном месте». В прочем, Варя даже была не против такого «хулиганства». Правда! В кабинках были маленькие кондиционеры, дующие теплым воздухом. Собственные мысли развеселили Варю ещё больше.

- Иванов, вы чего стоите. Идите на месте. Да и чего вы вышли вообще? Никак школу отпустить не можете? А пора бы уже! – Варвара Игоревна поправила волосы. И, на радость Саши, не совсем хорошо поправила.

Рука, как потом говорил Саша, сама дёрнулась и коснулась мягкой светлой пряди. Голубые глаза его и её встретились. Но если в её читался испуг, то в его – радость обладания. Мир замер буквально на пару секунд. Потом Саша резко пришел в себе, заправил на ухо преподавательнице непослушную прядь, убрал руку и быстро вернулся на место.

Вовка Гляделкин – лучший друг Саши Иванова – уже тогда понял, что его кореш влип серьёзно и надолго. Вовка просто идеально оправдывал свою фамилию и умел видеть то, чего другие не замечают.

- Это чо щас было? – спросил Сашу Вовка. Но друг толком не среагировал на вопрос. Проследив за взглядом Иванова, Гляделкин понял, что он всё-таки прав и улыбнулся своим мыслям. – Ну как она в постели? Горячая штучка? – Вовка толкнул друга.

Это привело Сашу в чувства.

- Что ты сказал? – прохрипел Саша.

- Ну вы уже это… Устраивали взрослые игры? – и он жестами показал, какие именно игры имеет в виду.

- О чем ты вообще? – Саша сделал вид, что ничего не понимает.

Всё у них было. Сразу после колеса обозрения. У него дома…