По дороге к тебе

Глава 2

Глава 2 

Какое-то время я просто стояла, уставившись в одну точку. Потом оцепенение прошло и я, как полоумная, стала метаться в поисках следов. 
Случалось ли вам когда-нибудь искать что-то, ну, скажем, ключи, которые точно должны быть в квартире (зашли же вы как-то домой). Но ни на полке, ни на столе, ни в сумке их нет. Потом можно проверить в карманах, в зале на тумбочке – но там тоже пусто. После этого стоит посмотреть везде ещё раз (ну а вдруг вы просто не заметили их, или не заглянули под книжку на полке). После того, как второй круг поисков снова заканчивается неудачей, в голову приходят совсем невероятные предположения. Вы ищите в холодильнике, заглядываете в стиралку и микроволновку ( предположения дурацкие, но тут срабатывает так называемое «ну а вдруг»). Но предположения заканчиваются, а ключей все нет. На данной стадии можно позвонить маме, жене, брату, уточнить не брали ли они ваши ключи и, получив отрицательный ответ, громко выругаться. Но не отчаяться, ведь ключи точно дома, просто вы пока не поняли где, или плохо искали. И тут снова срабатывает приславутое «ну а вдруг» и вы идете на новый круг. Ну а вдруг вы не в ту куртку их положили или вдруг они упали ЗА полочку, или они запутались в подкладке сумки. В какой-то момент заветная вещь не найдена, а фантазия исчерпана и мозг впадает в ступор.  
В таком ступоре пребывала и я. В моем случае искать особо было негде. Вариантами были: справа от куста, слева от куста или прямо сквозь куст. Следов не было. Даже струсив рукавичкой верхний шар снега я ничего не нашла. Новых идей мозг не генерировал. Сразу стало страшно. Лес перестал казаться зимней сказкой. Со всех сторон повеяло враждебностью. В темноте воображение рисовало ужасных уродливых чудовищ. 
Говорят, если вы потерялись в лесу, то нужно остановиться и ждать, пока вас найдут, ведь если идти в неизвестном направлении - можно только больше заблудиться. Но искать меня будут не скоро. Никто ведь не знает куда я пошла. Ещё и этот новый год!!! К утру все будут спать в пьяном угаре. Всем будет явно не до меня. 
Володька конечно искать меня будет, но он не знает, что я через лес решила срезать, да и что он сможет сам один. Утром первого января он вряд ли найдет много помощников. Выходит, найдут меня не скоро. А на улице между прочем мороз… и ночь… и снега все больше… 
Я, слава богу, не в туфлях и пальто тут очутилась, но переждать ночь сидя - тоже не смогу. 
«Боже, ну я и дура!!! Как же я так вляпаться то могла?! Это ж пиздец полный!». 
Стоя на месте и занимаясь самоедством я почувствовала, как начинаю подмерзать. «Нужно двигаться, иначе я – труп. Холодный, синий, новогодний труп! Блядь» 
Я развернулась на  сто восемьдесят градусов и побрела в обратную сторону. «Буду ходить туда сюда, чтобы не углубиться дальше в лес», думала я, выискивая в темноте свои следы. 
Липкие щупальца страха пробирались под кожу и отравляли сознание. «А вдруг меня не найдут? Или найдут, но уже очень поздно? Я жить хочу. Я же молодая. У меня впереди ещё вся жизнь должна была быть». 
Сердце билось все быстрей. Руки вспотели, а в ушах стучал пульс. Хотелось сесть и спать, а еще выпить чаю и под одеяло. Но одеяла не было, сидеть было нельзя, жалеть себя сейчас тоже. Поэтому все упаднические мысли я гнала прочь. Дать им волю сейчас - было равно самоубийству. 
Я примерно подсчитала, что из домика вышла около часа ночи, может чуть позже. Минут сорок я уже одиноко топчусь в лесу. Рассвет зимой после семи, значит до утра мне ещё часов пять куковать, а там… а там дальше была неизвестность. Но для начала целью было продержаться до утра. Может я в темноте чего-то не заметила. «Вот придет утро и все наладится»,- говорила я себе, пытаясь действительно в это поверить. 
Я пару раз прошлась туда-обратно по своей тропинке. Снег практически перестал сыпаться, но небо все так же закрывали тучи. Луну не было видно. Если бы не снег, укрывавший все вокруг, я бы давно убилась через упавшую ветку, или небольшую кочку, или малюсенькую ветку, но не смотря на темень – в бликах снега было хорошо видно силуэты окружавшего меня леса. Наверное, лучше бы не было этого снега. Может тогда мне не пришла бы идея пойти через лес. 
Время тянулось ужасно долго. Когда каждая секунда наполнена сплошными тревогами и ужасами – время перестает идти. Мир превращается в липкий карамельный сироп и ты вязнешь в этом сиропе, словно безмозглая муха. Навязчивые мысли крутились в голове. Представлялось, как меня найдут уже весной. Как мой, уже порядком изъеденный червями труп, обнаружит лесник или проходящий мимо охотник. А может и не найдут меня вовсе, сперва снег надёжно спрячет тело от глаз, потом, размокшая по весне земля, поглотит его почти полностью, а с остальным справятся трава и кусты, превращая меня в очередной горбик посреди леса. А уж если до тела доберутся волки или медведи или кто тут ещё может водиться, то и вовсе мои кости окажутся разбросанными по всему лесу. Этот вариант почему-то казался самым ужасным. Хотелось даже после смерти оставаться целостной личностью, хотя бы и только физически. Быть оптимистом становилось сложнее с каждой прожитой секундой. 
Тишина угнетала. Не знаю, наверное, если бы сейчас заукала сова, закопошились лесные жители – я бы описалась от страха. Но тишина тоже ужасно нервировала, давала волю фантазии, а ничего хорошего она мне не рисовала. Не было ни ветра, ни снега, лишь поскрипывающий снег под ногами. Мир будто замер в ожидании. Ожидание это было сродни затишью перед бурей и не предвещало ничего хорошего. 
Говорят, что темней всего перед рассветом. Не знаю на счёт темноты, но холод был адский. Организм давно потратил запасы тепла и энергии и теперь работал на честном слове. Зубы периодически начинали отбивать чечетку. А ещё очень хотелось в туалет. Выпитое шампанское явно просилось наружу. В темноте это делать было страшно, поэтому, едва началось утро, как я отправилась в поисках нужного кустика. Справилась я быстро (мороз щипал за задницу, воображение рисовало ужасы в любой мало мальской тени). 
Утро не принесло радостных новостей. Дорога не стала понятней, никто не пришел меня искать. Я все так же одиноко бродила по лесу, в надежде не замёрзнуть тут. Надежда, безусловно, ещё теплилась внутри, но разные сомнительные червячки хорошо ее подточили за ночь и сейчас продолжали делать из нее решето. Самым большим разочарование было то, что утром не потеплело. Всю ночь я наивно верила, что как только солнце встанет, то мир сразу же потеплеет (ну, ещё и подобреет ко мне немного). Но утро давно началось,  а я все так же мёрзла. Солнце было спрятано глубоко, в белых облаках и дарило лишь холодный свет, тепла для меня оно пожалело. 
До утра я держалась исключительно на вере в то, что с рассветом все наладится. И теперь, когда тот самый рассвет наступил, но мир вокруг остался таким же враждебным – я пала духом. Хотелось свернуться калачиком у ближайшего ствола и рыдать что есть сил. Истерика накрывала. И будь на дворе лето, я бы, наверное, дала волю эмоциям и таки пожалела бы себя несчастную. Но рыдать на морозе было глупо, а сворачиваться калачиком на снегу – вообще смерти подобно. И я заставляла себя не останавливаться, двигаться дальше во что бы то ни стало. Теперь целью было дождаться вечера. Уж до вечера меня точно найдут!