По эту сторону от себя

Глава 2. Она всего лишь желала для себя лучшей жизни. Часть 1

В качестве декораций для своей первой истории этот начинающий Автор избрал сеттинг «лёгкого средневековья», в котором невооружённым глазом можно было заметить целое множество разного рода допущений. Помимо этого, в этом мире присутствовала магия, которая и легла в основу главного сюжетного конфликта.

Начало этой истории неразрывно связано с небольшой деревушкой, что располагалась за непролазными буреломами и глубокими оврагами, в самой глубине леса. Жители этой деревеньки довольно редко контактировали с «внешним» миром. Причиной этого являлось не только расположение деревни, но и полная уверенность людей в том, что всем необходимым они способны обеспечить себя сами, а то, чего у них не было, значит, не так уж и нужно им было.

В таком месте и родилась Александрин, девушка, которая обладала величайшим в мире талантом к магии.

Стоило заметить, что она являлась далеко не первой волшебницей в своём роду. Её бабушка по материнской линии также была волшебницей или, как её предпочитали величать жители деревни, «деревенской колдуньей». Именно бабушка и взяла на себя обязанность не только обучать, но и воспитывать юную волшебницу; она же стала первой, кто отметил её дарование. Впрочем, старая деревенская колдунья не была настолько глупой, чтобы напрямую признаться в этом внучке. Узнай Александрин, как много на самом деле могло оказаться ей по плечу, то согласилась бы остаться в их родной тихой деревеньке? Как не без причины считала сама колдунья, молоденькие девушки, такие же, как и её внучка, были подобны наивным мотылькам, жадно стремившихся к яркому пламени. Будучи ослеплёнными его светом, они даже и не подозревали насколько то могло оказаться для них опасным. По этой причине для их же собственного благополучия будет лучше не знать ни о том, что у них есть «крылья», ни о том, что в мире существует столь яркое «пламя».

Бабушка воспитывала юную Александрин в строгости, понемногу передавая ей все имеющиеся знания, которые девочка со всем присущим ей старанием усваивала. Могло даже показаться, что, сколько бы она ни училась, сколько бы ни корпела над заклинаниями, ей всего этого как будто было недостаточно, так велико было её желание учиться. Наблюдавшая за ней бабушка пусть и нахваливала внучку за усердие, однако не особо стремилась к тому, чтобы после одного выученного ею заклинания немедленно переходить к обучению следующему.

— Для начала необходимо добиться того, чтобы уже выученное заклинание стало частью тебя. Чтобы в случае необходимости ты, ни на миг не задумываясь, чётко произнесла заклинание «от» и «до», — любила приговаривать она. Девочка же, внимательно внемля каждому слову своей бабушки, соглашалась с ней и продолжала день за днём оттачивать уже выученные заклинания.

Так они и прожили вместе, пока одной весной бабушка Александрин тихо не скончалась в своей постели. Перед самой своей смертью женщина подозвала к себе внучку и строго-настрого наказала ей «постараться не погружаться слишком глубоко в ведьмовские чары».

— Вернись в свой отчий дом, найди себе хорошего трудолюбивого мужа и роди от него прекрасных деток, моих правнуков. Поверь, для любой матери появление на свет своего дитя — куда большее чудо, чем все те заклинания, которые ты не только уже выучила, но и когда-либо в будущем будешь учить, — после этих слов деревенская колдунья замолкла и испустила свой последний вздох. Её лицо постепенно разгладилось, а тело обмякло, окончательно утратив прежнюю силу.

Александрин немерено любила свою бабушку, по этой причине её уход стал для девушки серьёзным ударом. Не смея пойти наперекор её последней воле, после похорон она нехотя, но заставила себя начать собирать свои немногочисленные вещи, чтобы вернуться в семью к родителям. Впрочем, в отличие от бабушки сама девушка уже давно перестала считать «отчий дом» по-настоящему своим.

Люди, которые проживали там под одной крышей, пусть и считались всеми окружающими её семьёй, однако сама Александрин едва ли помнила их лица. С тех самых пор, как деревенская колдунья забрала девочку к себе на обучение, её родители лишь пару раз навестили свою старшую дочь. Девушка не удивилась бы, узнай она по возвращению «домой», что далеко не все её младшие братья и сёстры знали о существовании «их старшей сестрицы Александрин».

Зато они все наверняка были прекрасно осведомлены о том, что в их деревеньке появилась новая «молодая колдунья», которая и с больным скотом без труда поможет, и по первому зову прибежит да заговор на богатый урожай быстренько сделает. Одним словом – весьма полезная в хозяйстве вещь. Нет, даже не «вещь», а бездушный инструмент, который существует на одном уровне с граблями да тяпками. И «жених», которого так настоятельно просила отыскать её бабушка, наверняка также будет в первую очередь думать о ней именно так, а не иначе. Дети же… Родись у неё ребёнок, который тоже будет обладать способностями к магии, то ей придётся уйти с ним в уединение, чтобы обучать его точно так же, как обучала её бабушка. И… Так об этом ли она всё это время мечтала? Но если не так, то как иначе? Существовало ли это самое «иначе»?

Именно в тот момент, когда Александрин безрадостно размышляла над своим будущим, ей на глаза попался небольшой запертый на ключ сундучок, который с явным умыслом был припрятан бабушкой в самый дальний пыльный угол под кроватью. Достав деревянный сундучок, девушка стряхнула с него многолетнюю пыль и задумчиво посмотрела на него. Перед ней встала дилемма. С одной стороны, внутри этого сундучка явно хранились бабушкины секреты, которые та не без причины скрывала от остальных. С другой же, её бабушка уже была мертва. Если Александрин всё же узнает её тайны, то самой женщине от этого уже будет ни тепло, ни холодно. Да и не собиралась она разбалтывать о секретах бабушки всей деревне — кроме неё самой об этом никто и никогда не узнает. А раз так, то ничего ведь не произойдёт, если она заглянет внутрь? Всего чуть-чуть? Буквально одним глазочком?