По эту сторону от себя

Глава 10. Он так и не научился управлять финансами

В учёбе, как и в других областях, Арсений пусть и был довольно-таки неплох, но, по большей части, вовсе не потому, что у него был к чему-то «великий талант», данный ему «кем-то свыше». Наверно, даже наоборот. Если бы кто-нибудь подошёл к нему и интереса ради спросил, есть ли у него в принципе талант, то он, в свою очередь, ни на секунду не задумываясь, ответил бы отрицательно. Впрочем, всегда существовала вероятность того, что в этом вопросе он был слишком категоричен по отношению к самому себе. Возможно, он просто ещё не успел этот самый талант у себя обнаружить. В любом случае сам Арсений искренне считал, что всякий его успех был следствием воспитанного в нём старшей сестрой упорства.

Ия всегда была, есть и будет для него примером для подражания: в столь юном возрасте взяв на себя ответственность за младших брата и сестру, она не только смогла «одеть и обуть» их, но и воспитала из них достойных членов общества. Конечно, далеко не всё и не всегда шло так, как та на то надеялась. От многого в своей жизни ей пришлось, по итогу, отказаться, а извечная усталость стала для неё верной спутницей, от которой не так уж и легко было отвязаться, настолько прилипчивой та оказалась.

Уже будучи в более сознательном возрасте, Арсений не раз ловил себя на мысли, что сам он, вероятно, не смог бы столь же достойно справиться с тем, что была вынуждена пережить в свои восемнадцать лет Ия. Его старшая сестра — по-настоящему сильный человек, и Арсений, взрослея с таким выдающимся примером перед глазами, мечтал о том, чтобы стать таким же. Получилось ли у него это? Стать твёрдым и уверенным человеком, который в случае необходимости не побоится взять на себя ответственность? Кто знает.

Арсений с юных лет мечтал о том, чтобы стать доктором. Ия искренне волновалась из-за того, что эта мечта могла оказаться вовсе не его, что он невольно перенял мечты самой Ии, но это было вовсе не так.

Поначалу, это была всего лишь его детская мечта, но с возрастом мечта обратилась вполне себе достижимой целью, сразу ставшей для него во главу угла. Так, как только у него появлялось свободное от школы время, он доставал сборник с вариантами, что всегда был у него под рукой, и, обложив себя со всех сторон различными справочниками, а на экране монитора открыв пустую вкладку браузера, начинал планомерно отвечать на вопросы, тщательно выискивая у себя пробелы в знаниях. Как только оные обнаруживались, в бой смело вступали его многочисленные справочники, которые он раскрывал на нужной странице и начинал заново перечитывать подзабытый материал. Затем прочитанное закреплялось прорешиванием двух-трёх тестов, найденных им в интернете.

Арсений с поразительным упорством прокладывал себе тропинку в будущее. Да, его упорство было столь велико, что, как не раз замечали окружающие, оно иногда начинало граничить с ослиным упрямством. Стоило такому произойти, как вперёд обязательно выдвигалась «непобедимая армада», Есения, которая, привычным движением согнув брата в «бараний рог», отгоняла его от учебников, по сто раз повторяя одни и те же слова, мол, «тому тоже иногда нужно выходить из дома и трогать траву во дворе».

Возможно, именно потому, что теперь рядом с ним не было его сестры-двойняшки, не нашлось никого, кто остановил его на пути становления волшебником.

Собственно говоря, с самого начала его так называемого «обучения» никто и не подумал о том, чтобы стоять у него над душой, внимательно следя за тем, как тот заучивает теоретические основы управления магией. Если быть до конца честным, его обучение в принципе проходило в довольно-таки свободной форме.

Целерин, появившись перед ним на следующий день, с донельзя важным видом передал ему увесистую стопку книг. Пристально посмотрев на юношу своими маленькими тёмными глазками, волшебник наказал юноше «внимательнейшим образом ознакомиться с их содержимым», после чего, скрипя и правда одеревеневшими суставами, скрылся в глубине дома, оставив за собой шлейф из сладкого аромата флоксов. После этого Арсений своего учителя увидел всего несколько раз и то урывками.

Его старший соученик, она же главная героиня этой истории Иветта, большую часть времени проводил, низко склонив голову над древними пыльными трактатами, старательно постигая уже не начальные, а средние ступени магического мастерства. По крайней мере, Арсений предпочитал думать, что именно этим она и занималась, хотя порой у него появлялись основания усомниться в этом. Так, однажды он, сладко потянувшись, бросил короткий взгляд в сторону главной героини и увидел, что та вовсе не училась, а крепко спала с открытыми глазами. Впрочем, это произошло всего лишь раз, так что он не придал этому особого значения. Кто, переучившись, от усталости не засыпал прямо за письменным столом? Даже с Арсением такое однажды произошло, правда, это закончилось его попаданием в эту историю, но не будем об этом.

Не прошло и нескольких недель, как у него появился ещё один «соученик», который внезапно выразил своё желание вместе с ним ступить на путь постижения магической науки.

Однажды, посмотрев на Раинера, Арсений невольно поймал себя на мысли, что тот родился в «своё» время и в «своём» месте. Юноша целиком и полностью соответствовал тому антуражу, что его окружал. Но почему должно было быть иначе? Младший брат герцога Фрери был человеком своей эпохи, так что все его увлечения по своей сути являлись вполне себе объяснимыми. По этой причине Арсений ещё меньше начал понимать, почему он подумал о том в подобном ключе. Вероятно, и ему самому порой нужно отдыхать от книг.

В любом случае в один день Раинер просто взял и самовольно присоединился к старательно постигавшему науку чародейства Люсьену. Вызвано это было, правда, вовсе не желанием стать если не могущественным волшебником, то хотя бы просто волшебником. Всё дело было в том, что младший брат герцога Фрери, с нетерпением ожидавший начала тренировок, так и не смог заставить себя усидеть на месте. Взяв за привычку каждый день наведываться в гости к Целерину, он не единожды становился свидетелем одной и той же весьма удручающей картины: две макушки, обладатели которых молча восседали в месте, гордо именуемом волшебником «библиотека», а на деле являвшемся небольшой комнатушкой, заставленной высокими, покрытыми пылью стопками книг. Оба ученика Целерина старательно корпели над трудами очередного волшебника, жившего два, а то и все три века назад. И такая картина встречала его не день и не два дня, а в течение нескольких недель, что заметно поубавило запал буквально горевшего тренировками юноши. Наконец, окончательно потеряв всякую надежду, Раинер, как-то по-особенному тяжело вздохнув, отыскал в доме более-менее устойчивый стул и, поставив его возле хмуро заучивавшего заклинания Арсения, принялся лениво переворачивать страницы наобум взятой книги.