По эту сторону от себя

Глава 16. Мне очень жаль

— …Парис? Это ты, Парис? — приподнявшись со своего места, осторожно отозвался Раинер.

— Конечно, это я. А кто ещё это может быть? — прислонившись плечом к дверному косяку, произнёс мужчина. В его голосе отчётливо прозвучали недовольные нотки. — Всё, отставим в сторону твои глупые вопросы и обсудим по-настоящему важную тему. Ты мне объяснишь, что, собственно говоря, происходит? Что за шумиху вы втроём подняли в королевском саду? Его величество потребовал от меня ответа, а я только и смог, что стоять перед ним да ртом воздух глотать, словно идиот какой-то. Ты сам-то считаешь это нормальным? — принялся отчитывать тот младшего брата. — Я же тебя утром по-человечески попросил вести себя на балу нормально, а ты что устроил? Всё, с меня хватит. Поднимайся. Мы идём к Его величеству. Я не собираюсь разгребать всё это в одиночку.

Герцог оттолкнулся от дверного косяка и двинулся по направлению к Раинеру, вероятно, намереваясь схватить того за шиворот и как котёнка потащить «на ковёр» к Его величеству. К беде ли радости, но ему так и не удалось претворить задуманное в жизнь, потому как уже в следующее мгновение его голова одним резким выпадом была отделена от шеи лопатой, ослепительно ярко сверкнувшей в сиянии луны.

— Лю…сьен? — только и смог, что невнятно пробормотать Раинер. – З-зачем ты… Ч-что в-вы…

Широко распахнув от удивления глаза, младший брат герцога растерянно наблюдал за тем, как тот замахнулся и, с силой ударив всем полотном лопаты, раздавил голову Париса. Вслед за свистом от размаха послышался хруст, и на глазах у Раинера отсечённая голова неожиданно видоизменилась: прежде принадлежавшие герцогу Фрери черты лица размякли, словно воск, после чего «поплыли», постепенно меняя своё первоначальное положение.

— Это с самого начала был не Его светлость, — отведя взгляд, спокойным голосом произнёс Арсений, не собираясь наблюдать за телом чудовища дольше необходимого.

Теперь это странное создание было мертво, так что оно более не способно потенциально нанести вред главной героине. Благополучие же главной героини являлось залогом его возвращения домой. Если быть точнее, то только его половиной. Вторую половину составлял Парис, герцог Фрери, которого он и вознамерился в самое ближайшее время найти. Основная парадигма этой истории звучала, как «главные герои вместе разгадывают тайну прошлого, после чего благодаря силе своей любви снимают с людей проклятие». Для того, чтобы мир действовал в соответствии с ней, Арсению, если так подумать, всего лишь нужно было отыскать герцога, по-быстрому разгадать «тайну прошлого» и снять проклятие. Хотят этого все остальные персонажи этой истории или нет, но они будут в этом всём участвовать.

— …Нужно немедленно найти Его светлость, — после довольно-таки длительной паузы произнёс Арсений, ещё крепче вцепившись в лопату.

Он решил, что достигнет поставленной перед ним «Программой» цели во что бы то ни стало, а если кто-нибудь из всех этих чудовищ посмеет встать у него на пути… В конце концов все эти монстры — всего-навсего подвергшиеся действию проклятия люди, лишь малая часть из которых приноровилась использовать свои «изменения», тем более в бою. До тех пор, пока те не собьются в кучу, они не будут представлять для него серьёзной опасности.

— Нет, тебе не нужно его искать. Мы пойдём домой, и точка. Твоего мнения никто не спрашивал, — с напором в голосе ответила ему Иветта. Арсений, развернувшись, бросил в её сторону быстрый взгляд. Девушка тут же невольно отшатнулась, однако, мгновенно собравшись с силами, вскинула голову и, сжав руки в кулаки, упрямо посмотрела на него. — И по какой причине ты, братец, в мою сторону взгляды такие злющие бросаешь? Я обидела иль ещё как провинилась перед тобой? Не утруждай себя, я сама отвечу на свои же вопросы. Правильный ответ: нет. Так что давай обойдёмся без всех этих переглядываний. Лучше нормально объясни мне, с чего это я сейчас, когда все стражники рыскают по дворцу в поисках нас, должна пойти искать его брата? — кивнула она в сторону Раинера. — Тем более сейчас он… Находится не совсем на одной с нами стороне. Даже больше, теперь он представляет для нас с тобой реальную опасность. Понимаешь, о чём я хочу тебе сказать? Давай так, постараемся обойтись без твоего невнятного «нужно отыскать» и будем действовать в соответствии с моим планом. Поверь мне, так для всех будет только лучше.

Во время всей её речи интонация Иветты то и дело металась из крайности в крайность: девушка то начинала упрашивать его, словно капризного ребёнка, не желавшего съесть на завтрак тарелку каши, то пыталась приказать ему, будто тот являлся её непосредственным подчинённым. Впрочем, ни один из этих подходов так и не оказался по-настоящему действенным. Стоявший в дверном проёме юноша продолжал смотреть на неё совершенно пустым взглядом, принадлежавшим человеку, который не услышал и слова из всего того, что она сказала. При взгляде на него Иветта внезапно ощутила полнейшее бессилие.

Теперь она была уверена в том, что это был очередной провал. И дальше продолжать откладывать неизбежное не имело совершенно никакого смысла, и раз никто не собирался взять за это ответственность на себя, то это сделает она.

— Запрашиваю запуск протокола «Плохой конец», — вздохнув, пробормотала девушка.

Стоило этим словам прозвучать, как Иветта поднялась на ноги и, взяв первые попавшиеся под руку садовые ножницы, судорожно вцепилась в них побелевшими от напряжения пальцами. Теперь в её движениях не наблюдалось и следа былой уверенности: её руки заметно дрожали, когда она в отчаянном движении направила своё ржавое оружие на юношу. Лицо Арсения дёрнулось, скривилось в странной гримасе, и лишь после этого на нём отразилось недоумение.