По эту сторону от себя

Глава 2. В таких городках жили самые необыкновенные люди

Совершивший не меньше нескольких тысяч рейсов междугородний автобус, подпрыгивая на каждой встреченной им кочке ли колдобине, медленно въехал на округлую заасфальтированную площадку, в центре которой одиноко располагался навес из прозрачного стеклопластика для ожидавших своего рейса пассажиров. В дождливую пору навес без труда мог укрыть людей от дождя, но вот от яркого полуденного солнца спасал из рук вон плохо. Но Арсению явно придётся немного потерпеть, ведь теперь ему предстояло, стоя под ним, дожидаться главную героиню.

Спустившись по насквозь проржавевшим ступеням автобуса, юноша внимательно огляделся по сторонам, силясь разглядеть мчавшуюся на всех парах девушку. Перед тем, как автобус остановился, оператор предупредила его, что Розалинда заранее сообщила своему племяннику, чтобы тот дожидался её на местном автовокзале. И всё бы ничего, сиди себе и тихонько дожидайся появление главной героини, да вот только палящее летнее солнце явно к этому не располагало. К тому же ещё и от асфальта исходил столь сильный жар, что Арсения немедленно вспотел. Не имея ничего иного под рукой, ему пришлось вытереть мокрое от пота лицо о собственную же футболку.

— И какие у тебя теперь планы, юноша? Что собираешься делать? Пойдёшь к своей тётушке? — следом за ним из автобуса вышла и его болтливая попутчица.

Стоило ей очутиться под палящими лучами солнца, как она тут же достала из своей сумки светло-зелёный зонтик и, раскрыв его, вмиг спряталась под ним. Став свидетелем столь завидной предусмотрительности Арсений посмотрел в сторону её зонта, после чего устремил свой взгляд на объёмную спортивную сумку, в которой лежали вещи Иэна. Мог ли подросток захватить с собой зонт? Навряд ли. Сам Арсений порой забывал взять с собой зонт, даже когда прогноз погоды буквально трубил о том, что в ближайшее время ожидается дождь, что уж говорить о человеке, который, покинув отчий дом на целое лето, взял с собой едва ли два полных комплекта одежды?

— Не совсем. Тётя пообещала встретить меня на станции, но её пока… Пока ещё нет, — продолжая оглядываться по сторонам в поисках своей «тёти», был вынужден признать он.

Арсений недовольно подумал о том, что всё же главные героини — такие главные героини. В историях, написанных его младшей сестрой, к примеру, те довольно часто были «чуть-чуть» неуклюжими, считай, растяпами. Когда же он спросил у Есени, чем объясняется наличие у героинь этой черты, на него посмотрели так, словно он был клиническим идиотом. Осознав, что этот вопрос был задан им вполне серьёзно, ему объяснили, что благодаря этому героини выглядят более «живыми». Не могут же они быть идеальными во всём, правильно? А неуклюжесть выглядела вполне безобидно, особенно, если была в меру. Может, Автор, написавший историю Розалинды, считал так же?

— Хм, юноша, посмотри-ка во-о-он в ту сторону. Не может ли это быть твоя тётя? — прищурившись, женщина вытянула шею, из-за чего она стала напоминать крайне уродливого страуса, и махнула рукой.

Арсений посмотрел в указанном ею направлении. И, вынужденно тоже прищурившись, невольно мысленно восхитился тому, насколько у этой, казалось бы, пожилой женщины было острое зрение. Сам он, к примеру, поначалу смог разглядеть лишь клубы пыли, а вот их источник… Ему пришлось подождать ещё буквально пару мгновений перед тем, как тот приблизился к нему на достаточное расстояние, чтобы стать для него более-менее различимым.

Источником этих клубов пыли являлся старый, насквозь проржавевший велосипед, на который сам Арсений никогда бы не решился взгромоздиться, но вот главная героиня (а управляла им, несомненно, Розалинда) не побоялась это сделать. Почти вжавшись грудью в руль, она всем своим телом устремилась вперёд, с таким остервенением крутя педали, что ей в какой-то момент даже удалось обогнать едущую впереди машину. Впрочем, главной целью девушки являлась вовсе не победа в этой своеобразной «гонке», а как можно более скорое достижение «финиша» в лице автобусной остановки, откуда округлившимися от удивления глазами на неё и взирал дожидавшийся свою тётушку племянник.

Наконец добравшись до него, девушка резко остановилась прямо перед навесом, феерично уйдя в дрифт и оттого, по итогу, оставив на асфальте чёрную полосу от шин велосипеда вместе с, вероятно, половиной этих самых шин. Ловко спрыгнув с сидения велосипеда, она поставила того на не внушавшую доверия подножку, после чего с тяжёлым вздохом обессиленно опустилась на землю. Её двухколёсный «друг», впрочем, и сам сумел простоять немногим дольше своей хозяйки и, не взирая на выставленную подножку, с грохотом повалился на асфальт. Благо, не на Розалинду. Сама же девушка, не имея сил, чтобы отскочить в сторону, лишь вжала голову в плечи. Убедившись в том, что в этот раз всё обошлось, она бросила опасливый взгляд на своего «павшего в бою коня», после чего облегчённо смахнула со лба проступивший пот.

— …Ну хоть по пути подо мной не развалился, уже радует, — невнятно пробормотала главная героиня.

— Роззи, милая, ты ли это? — воскликнула пожилая женщина, будучи поражённой, казалось, до самой глубины своей души. — Ну что же ты на землю села, здесь же грязно! Тут же буквально в трёх шагах от тебя скамейка! Давай, я тебя до неё провожу…

Она было кинулась к Розалинде, чтобы помочь обессиленной девушке подняться, но внезапно у неё возникли с этим вполне определённые трудности — у женщины просто не оказалось для этого свободных рук. В одной руке она держала сумку с вещами, а во второй — зонтик, что спасал её от солнца. Так сразу и не сумев решить, как с ними поступить, она развернулась к Арсению и с отчётливо читающимся осуждением во взгляде посмотрела на него.