По горячим следам

Глава 2. Не может быть

— Что это? — задаюсь вопросом, хотя прекрасно знаю, что находится в моих руках. — Откуда она у меня?

Прокручиваю в голове утро, но не могу вспомнить, чтобы я с кем-нибудь сталкивалась или чтобы кто-нибудь прикасался ко мне.

Квартира, такси, школа… У школы я вышла из машины, чтобы попрощаться с дочерью. Мимо ходили люди, но не помню, чтобы кто-нибудь из них подходил ко мне.

Дальше снова такси и двадцать метров до участка. Не думаю, что это могло произойти, пока я шла на работу. Значит, это всего лишь шутка одного из коллег.

Но кто бы мог так глупо надо мной пошутить?

В кабинет полковника я вошла первой и первой же села на стул. Вряд ли кто-то мог сунуть записку мне в задний карман, пока я сидела. Значит кто-то сделал это, когда я стояла у двери и пыталась объяснить Сергею Владимировичу причину своего поведения.

— Ну уж нет! Такое я им не прощу! — рычу я прежде, чем войти в кабинет.

И только войдя, вспоминаю, что так и не позвонила Нике.

Проклятье!

— Присаживайтесь, Светлана Николаевна, — жестом полковник приглашает меня войти. — Мы как раз обсуждаем, что делать дальше.

— Да… конечно… — тоже задумываюсь, что же мне теперь делать.

Снова просто взять и выйти я не могу. Но ведь я могу написать Нике. Или незаметно позвонить.

Прохожу к своему месту, посматривая на сидящих у двери коллег. Они сидят, будто ни о чем не знают. Но… кажется, что Дима едва улыбается. А ведь он у нас главный шутник отдела.

Ну, только дождись конца совещания, я тебе устрою!

Сажусь на место и первым делом пишу Нике, чтобы она срочно позвонила мне. А затем сама набираю ее номер.

Держу телефон под столом и прислушиваюсь к гудкам. Параллельно пытаюсь вникать в слова Сергея Владимировича. Но ничего из этого не выходит. Все мои мысли сейчас обращены к дочери.

— Что же ты не берешь? — нервничаю я, когда вместо Ники мне отвечает робот.

Не припомню, чтобы Ника когда-либо прогуливала школу. Хотя… Я сама в ее возрасте иногда этим грешила. Вполне могу допустить, что она где-то гуляет с подругами и не слышит, что я звоню.

Но эта чертова записка!

Кошусь на Диму, а он в ответ улыбается мне. Будто понимает, что я узнала про его шутку. Но разве так можно шутить?

— Решено! — звучно объявляет Сергей Владимирович. — Соглашаемся на выкуп и пытаемся отследить все операции до конечного адресата.

— А что, если не выйдет? — звучит вполне логичный вопрос.

— Мы не должны допустить это самое «если»! — рычит полковник. — А теперь все работать!

Поднимаюсь и собираюсь уже направиться к Диме, чтобы объяснить ему, куда он себе может засунуть такие шутки, но в этот момент телефон в моих руках вибрирует. Коротко, но гулко.

В надежде, что это Ника написала мне сообщение с объяснением ее прогула и просьбой не ругать ее, открываю мессенджер и… вижу там совсем не то, что хотела бы увидеть.

«Я уже достаточно поучаствовал в ее жизни и имею право заниматься своими делами. От этого зависит мой бизнес!» — приходит от Максима сообщение, ввергающее меня в еще большую ярость.

А отдуваться за все сейчас придется нашему неудачливому шутнику!

Оставив сообщение бывшего без внимания, направляюсь следом за Димой, который уже успел выйти из кабинета. Но далеко уйти он не успел.

— Что это такое? — догоняю его и демонстративно предъявляю бумажку с номером счета.

— Что? — теряется Дима и пытается рассмотреть, что я ему показываю. Будто не понимает, о чем идет речь.

— Только не говори, что ничего об этом не знаешь, — рычу я, пытаясь сдерживать рвущуюся из меня злость. — У меня и без твоих шуточек день погано начался…

— Света, я… Я не знаю, о чем ты. Честное слово, — по голосу Димы можно подумать, что он говорит правду. Но если не он, кто же тогда мог надо мной пошутить?

— Эту записку я нашла в заднем кармане джинсов! — все же продолжаю настаивать на своем. — Подсунуть ее могли, только когда я стояла у двери. И мне очень важно узнать правду. Срочно! — протягиваю ему листок. — Ты понимаешь, что мне сейчас не до шуток?

Дима берет записку и внимательно ее изучает. А потом поднимает на меня обеспокоенный взгляд.

— Это же… — начинает он, но не заканчивает фразу.

— Да, это тот самый номер! — выхватываю записку из его рук. — Теперь ты понимаешь, почему эта шутка так меня разозлила?

— Света, никто не стал бы над тобой так шутить, — тихо произносит он. — Но если записка была у тебя в кармане…

— Нет, нет, нет! Только не говори об этом! — не верю ему. Не хочу верить, что это все правда.

— Света, ты уверена, что все нормально? — спрашивает он слишком обеспокоенно для того, чтобы врать.

— Я… Я не знаю, — наконец принимаю действительность. — Прости, но мне нужно бежать!

Понимаю, что, если все это не тупая шутка моих коллег, то есть лишь один способ узнать правду.