По-настоящему

Глава 9.

Даша

— Поверить не могу! Просто очуметь! Я в шоке…

­— Перестань! ­— шикаю на подругу. ­— Хватит меня накручивать, иначе я сейчас развернусь и уйду.

­— Как сбежавшая невеста! ­— хихикает в ответ она. ­— Кхх-кхх… ­

­— Перестань кашлять! ­— бросаю на Зару гневный взгляд. ­— Я и так держусь на последнем волоске, ­— оповещаю ее.

­— Это не контролируемо, и я еще не до конца поправилась! ­— сообщает Ахметова и снова выжимает из себя натужный кхек, после чего деловито продолжает, ­— помнишь, как фильме делала Джулия Робертс? Глубокий вдоо-ох… ­— смешно надувает щеки, ­— медленный вы-ы-ы-дох, ­— выпускает воздух. ­— Повторяй за мной!

Начинаю дышать с ней в такт. Ладони влажные и холодные. Трясу ими в воздухе, пытаясь сбросить напряжение, которое со вчерашнего дня не торопится меня отпускать. С того момента, как на мой телефон упало сообщение от Бондаренко с адресом Загса, датой и временем регистрации. Не знаю, как ему удалось это провернуть, об этом мой «жених» мне не докладывал.

­— Легче? ­— участливо интересуется подруга.

­— Нет. Ну и где они? ­— шаркаю глазами по лицам, которых у входа в Центральный городской ЗАГС в пятницу утром как семечек в подсолнухе.

Где-то я слышала, что в мае ЗАГСы пустуют. Вроде как существует поверие, что жениться в мае­ ­значит всю жизнь маяться. Видимо, десяток пар не заморачивается с этим. Я-то уж точно. Мне не страшно. Несколько месяцев определенно протяну.

Мой взгляд застывает на девушке. Невесте. Невероятной красоты. Она такая… как тонкое белоснежное кружево! Воздушная и нежная, искрящая и счастливая в этом…невесомом свадебном платье.

Поджимаю пальчики на ногах. Я надела белый сарафан. Чуть выше колена, на широких лямках и очень простое. Очень. Я собиралась надеть футболку и джинсы, но… не смогла. И не потому, что я что-то там себе навыдумывала и предалась каким-то фантазиям. Просто я иду в Загс. Место особого таинства. Место, где официально регистрируют любовь. Подло это место не уважать.

Тоскливо скольжу глазами по белым стенам двухэтажного здания. Когда-нибудь я обязательно зайду в него в таком же роскошном пышном платье, как у той невесты. Да! В пышном! Как принцесса! И выйду замуж! Выйду замуж и уже никогда оттуда не вернусь!

­— А если они не придут, и все это окажется их тупым разводом? ­— в который раз спрашивает Ахметова. С тех пор, как я рассказала подруге об авантюре, в которую собираюсь окунуться, она задала мне этот вопрос миллион раз. Себе же я задавала его не меньше, но…:

­— Я пригрозила Бондаренко, что, если наша сделка окажется приколом или розыгрышем, он будет иметь дело с моим братом-полицейским.

­— А ты уточнила, что твой брат ­— гаишник? ­— хохочет Ахметова. На ней тоже сарафан. Нежно-голубой, катастрофически подходящий ее жгучим темным волосам и смуглой коже. Мы обе выглядим как школьницы, которые пришли поглазеть на счастливых молодоженов.

­— Инспектор ГИБДД, ­— поправляю подругу на манер Артема, когда я нарочно обзываю его гаишником. Он жутко бесится, но кого это волнует? ­— Нет, но Бондаренко об этом знать не обязательно. Пусть думает, что мой брат какой­-нибудь крутой коп.

­— Считаешь, что Бондаренко можно напугать крутым копом? ­— Ахметова скептически выгибает бровь.

Ничего я не думаю! Я не знаю! Но я же должна была себя хоть как-то обезопасить! Сомнительно, но хоть что-то…

­— Ой, Дашка-а… ­— Зара поджимает губы и берет меня под локоть, прижимаясь своим боком к моему. ­— Что будет, когда Артем узнает? Мне за тебя страшно.

­— Мне тоже, ­— тяжело вздыхаю. ­— Но…это единственный шанс от него сбежать. И ко всему прочему, ты же хочешь, чтобы мы попали на вечеринку к Рафу? ­— ободряюще подмигиваю Ахметовой, а у самой поджилки трясутся.

Если честно, еще вчера утром, когда я смотрела на входящее сообщение от Бондаренко, я была убеждена, что все это бред, и отбросила идею с фиктивным браком куда-подальше. Даже ради квартиры. Ведь можно было поискать еще, но потом мы снова поругались с Артемом. Поругались так, что я готова была выйти замуж хоть за самого дьявола и сбежать из дома прямо в тапочках. Так что вариант с замужеством, да еще и с жильем, может, в моем положении и не самый худший, тем более во время сделки на «Кафедре» мы обговорили условия: пару месяцев лжи и расходимся. Никто посторонний о нашем сговоре знать не должен. Я не порчу Бондаренко репутацию отвязного бабника, он не позорит меня своим разгильдяйством. Апеллируем браком только в случае крайней и жизненно важной необходимости, по согласованию и заблаговременно. При остальных обстоятельствах ведем себя как раньше ­— то есть не знаем друг друга.

­— Да уж… ­— хмыкает Ахметова, ­— высоковата цена для того, чтобы пойти на вечеринку.

Зара терпеть не может ни Соколовского, ни его друга. Когда она узнала, с кем я связалась, долго меня отчитывала, но я и сама все понимаю. Однако, перспектива быть свободной слишком сладка на вкус, чтобы можно было ею разбрасываться.

­— Ладно, ­— Ахметова делает быстрый выдох. ­— Выше нос, невеста! ­— хихикает. ­— Поверить не могу, моя лучшая подруга выходит замуж! Жаль, что за такого придурка.

­— Просто не напоминай мне об этом, ­— прошу, покручивая на запястье голубой браслет. — Считай, что все игра. Не по-настоящему.