По-настоящему

Глава 21.

Даша

— Здесь Бондаренко и Соколовский, — дергаю Зару за руку, обращая на себя внимание.

— Что? Где? — подруга оборачивается и, нахмурив лоб, вглядывается в толпу. — Вот же зараза, — ее глаза расширяются, и я понимаю ­— она их увидела. — Что они здесь делают?

Отличный вопрос, только не по адресу.

Я чувствую, как во мне что-то с треском разбивается. Кажется, это мой план «расслабиться», и мне хочется захныкать от того, что я не смогу этого сделать, зная, что поблизости бродит мой раздражитель.

Какого черта Бондаренко тут ошивается? Я и представить себе не могла, что парочка-твикс вращается в подобных компаниях, но с другой стороны, что я вообще о них знаю?

— Без понятия. Они ушли? — спрашиваю подругу.

— Пошли в сторону кухни, ­— отзывается Зара.

Я осторожно поворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в спины парней. Одетую в белую футболку спину Дениса и обтянутую загаром ­— Германа. Он по пояс голый! Низкие голубые джинсы болтаются чуть ли ни на бедрах, а верхнюю часть одежды он где­-то потерял, демонстрируя тугие мышцы спины, ровный позвоночник и тонкую талию.

Бондаренко шагает вразвалку, целенаправленно и уверенно двигается по холлу, подкидывая мне мысль, что здесь ему все знакомо, здесь он не впервые. По пути выдергивает из коробки со льдом стеклянную бутылку и, подцепив крышку большим пальцем и смахнув ту на пол, делает глоток, слегка запрокинув голову.

Я смотрю ему в спину как зачарованная. Вкупе с джинсами и его разнузданным бунтарским видом, его движения кажутся мне настолько мужскими и естественными, что резко отворачиваюсь, чтобы Зара не заметила, как долго я на него пялюсь.

— Мы не уйдем, — настаивает Ахметова, перекрикивая музыку, которую кто-то сделал еще громче. — Мы добирались сюда почти два часа не для того, чтобы через пять минут уйти из-за того, что здесь твой муж.

— Господи, не говори так, — обхватываю себя руками. Кожа вдруг покрывается мурашечной сыпью, и я не уверена, что это ­— эффект циркулирующего холодного воздуха из кондиционера. Это реакция на слово, которое оседает комом в горле.

— Я шучу, Даш, — подруга обнимает меня за плечи и убедительно смотрит мне в глаза, — забудь о его существовании. У тебя своя кухня, у него своя. Просто попытайся провести этот вечер незабываемо. Ты такая красивая, — Зара подцепляет мой локон, который сдуру накрутила, оттягивает его и отпускает, а потом поворачивается вместе со мной, заставляя поймать на себе взгляд парня, — и тот красавчик считает также!

Незнакомец целенаправленно смотрит на меня, и я краснею от кончиков ушей до пят. От такого открытого внимания ощущаю дискомфорт, который воспринимаю слишком обостренно.

Парень не отводит от меня взгляда, и он…очень симпатичный. Симпатичный и взрослый. Гораздо старше меня. На нем оливковая тенниска и бежевые брюки, и по сравнению с остальными парнями он слишком одет.

— Развлекайся, крошка, — хихикнув, шепчет на ухо подруга. — Ну давай, намекни ему, что ты не против.

— Не против? — я поворачиваюсь к Ахметовой и вопросительно впиваюсь в нее глазами. — Не против чего?

— Ну познакомиться и всё такое, — деловито поучает Зара с видом заправского знатока, и я начинаю смеяться. Хохочу немного нервно и даже вполне себе глупо, но я ничего не могу с собой поделать, ведь моя подруга ­— далеко не тот человек, кто бы мог преподать урок соблазнения и как завязать знакомство.

— Ой, все! Я для тебя стараюсь, — отмахивается от меня Зара и закатывает глаза, пока я давлюсь смехом. — Тихо, выпрямись! Он идет! Тот красавчик идет к нам! Сожми булки!

— Зачем? — пугаюсь я и на автомате поджимаю ягодицы.

— Девчонки, привет! — гремит мужской голос, перебивая музыкальные басы, и мне приходится вскинуть лицо, чтобы дотянуться глазами до мужского лица. Пока этот парень сидел, он не выглядел таким шкафом! А сейчас…да он самый настоящий Голиаф! — Скучаете? — спрашивает с очевидным акцентом, глядя исключительно на меня.

— Да не то чтобы… — мямлю я и, не договорив, давлюсь слюной, когда чувствую пинок в бок от Зары.

— Скучаем! Есть предложения? — подруга игриво прикусывает губу.

Да Боже, что с ней такое? Разве она не видит, что он… огромный и взрослый?! Я его боюсь! Он же… не знаю… я ему в подмышку дышу.

— Вас угостить? — Голиаф кивает в сторону самопроизвольного бара. — Кстати, я Джо, ­— басит он и протягивает мне ладонь, которая размером с Мадагаскар.

Боже… Джо… с ума сойти!

— Рады познакомиться, ­— лепечет Ахметова. ­— А я Зара. А она ­— Даша! И мы чертовски хотим угоститься! — снова пихает меня в ребра, пока я пытаюсь найти свою ладошку, утонувшую в лапе здоровяка Джо.

Ну Зара, ну погоди! Посылаю подруге убийственный, многообещающий взгляд, когда усаживаемся на широкий диван, а в наших руках появляются холодные яркие коктейли.

***

— …но как? — хохочу я, откинув голову на спинку дивана. — Ты меня обманываешь! Ты всех их знаешь!

­— Я же тебе уже говорил, что знаком только с хозяином этой пати, ­— мягко улыбается Джо. Он же Женя, который буквально на днях вернулся из Америки, где и получил американское прозвище Джо. ­— Честное слово, я никого не знаю.