По осколкам предательства

Глава 3

– Привет, Ксения, – папа бодрым шагом заходит в палату и сразу разворачивает бурную деятельность.

С тех пор как моё состояние стабилизировалось, он постоянно уезжает домой, а потом ненадолго возвращается. Догадываюсь, что ради меня ему приходится отрываться от работы, да и жена наверняка не в восторге от его частого отсутствия. Но он стоически принял на себя роль отца и очень неплохо с ней справляется. За это я ему благодарна. Не могу сказать, что удивлена. Но если даже самые близкие друзья меня предали, то что стоило поступить так же отцу, к которому изначально особого доверия не было?

– Доктор позвонил мне, что готов тебя выписать хоть сегодня. Мы с Галиной обсудили и решили, что тебе будет лучше поехать ко мне.

Он делает многозначительную паузу, вероятно, ожидая возмущений. Всё-таки вся моя жизнь крутится вокруг столицы. Тут все друзья, квартира. Любая на моём месте воспротивилась бы отъезду в глушь. Вот только друзья меня предали. А в квартире без мамы мне будет совсем тоскливо, хоть волком вой. Так какая разница, где страдать и пытаться избавиться от инвалидной коляски?

– Валя комнату тебе готовит в нашем доме. У нас теперь места много, с нами только Макс живёт. Реабилитолога мне уже посоветовали. Молодой, амбициозный, за границей стажировку проходил. Новые методики и всё такое. Он готов приступить к занятиям с тобой хоть завтра.

– Папа…

– Погоди, дай скажу. А чтобы ты без дела не маялась, можешь сразу выйти на работу в моей фирме. В бухгалтерии сотрудница недавно в декрет ушла, очень нужен толковый человек на её место. За передвижения по городу не волнуйся. Автомобиль с персональным водителем у тебя будет для любых поездок.

– Папа…

– Ну что “папа”? Развлекать тебя не обещаю, но будешь при деле. Учиться ты сейчас всё равно не сможешь. Два месяца пропустила. Да и реабилитация тебе нужна в первую очередь. Потом об учёбе думать будешь, вся жизнь впереди.

– Как скажешь, – решаю не спорить. Вижу, что наперёд знает всё, что я скажу, и подготовил аргументы.

– Если переживаешь из-за Вали, то потом квартиру тебе куплю, когда сама справляться начнёшь. В общем, дочь, я не знаю, что ещё тебе предложить, – говорит устало и разводит руками.

Ему нелегко. Он чувствует ответственность, ведь у меня больше никого нет. Галя, судя по всему, сказала, что ей не до меня – на ней одной теперь фабрика, которую они с мамой когда-то вдвоём подняли с нуля. Она и раньше не особо семьёй занималась, отдавая всю себя работе. Куда ей ещё меня на шею взваливать? Тем более при живом и вполне благонадёжном отце.

А мне совершенно не хочется сесть кому-то на шею. Потому папина перспектива – реабилитолог плюс работа с нянькой в лице личного водителя – меня вполне устраивает. А там как пойдёт. Если работать понравится, там и останусь, как когда-то в детстве планировала.

– Да я ничего не говорю…

Понимаю, что пока я не самостоятельная, без его помощи мне не обойтись. Как ни крути, а он мне – не чужой человек.

Ирка в последнее время не появляется. Надеялась, что явится – и я выскажу всё, что о ней думаю. Если не совсем конченая, то покается, прощения попросит. Я её, конечно, не прощу. Дружбе нашей конец – в этом сомнений нет. Но хоть не такое плохое мнение о себе оставит в моей памяти.

Я никому не говорю, что уезжаю с отцом. Да и кого это интересует? Все друзья загадочным образом испарились. Только Новиков как-то раз поинтересовался, почему меня нет в университете. Я ему в ответ написала: “Поменялись планы. Возможно, приеду позже”. Больше он меня не беспокоил. Тогда ещё я не думала, что моё лечение затянется надолго и не позволит мне в этом году приступить к учёбе.

А остальные как в рот воды набрали. Мой номер у них есть – папа восстановил старую симку. Соцсети тоже на месте. Правда, я не постила там ничего со дня отъезда. Никто ни разу не набрал меня, не написал даже маленького сообщения в поддержку, не высказал соболезнований по поводу мамы…

Думаю, все они мне звонили в то время, как я была без связи. А не дозвонившись, решили, например, что я за границей завела новую симку. Но ведь Ирка сама сказала, что проговорилась Ярославу. Наверняка и другие уже знают, что никуда я не поехала.

Однако почему-то молчат…

Папина жена встречает меня с наигранной радостью. Неискренность бросается в глаза и ужасно раздражает. Но я всячески пытаюсь поставить себя на её место. Наверняка её злит, что теперь она должна обо мне заботиться. Подозреваю, что Валентина много лет терпеть не могла мою маму, а заодно и меня – дитя измены, плод греха её благоверного.

Точно так же я, наверное, ненавижу Ирку. И хотя формально мы с Яром перестали быть парой с момента моего отъезда, фактически подруга у меня его отняла. Он, конечно, тоже хорош гусь, я с него вину не снимаю. Но Ирка какая змея! Не удивлюсь, если она ему чёрт знает что наплела, чтобы оттолкнуть от меня, и сама на шее повисла. Только сомневаюсь, что у неё с Яром что-то получится…

Папа сразу определяет мне красивый и удобный автомобиль. Водитель – мужчина средних лет. Он немногословный и очень вежливый. Папа предупредил, что в его послужном списке был старик с ограниченными возможностями, поэтому он знает много тонкостей, как сделать мою жизнь максимально комфортной.

Я не собираюсь засиживаться в инвалидном кресле, но водитель к себе располагает. Неожиданно оказывается, что он очень начитан и готов поддержать беседу почти на любую тему. Анатолий меня не раздражает, даже наоборот, скрашивает мою странную жизнь на новом месте.