По понятиям

По понятиям

1.

Настойчивый звонок в дверь оторвал Светланку от любимого рисования.

– Кто там? – спросила она.

– Вам телеграмма! – ответил ровный спокойный голос.

Конечно, мама говорила, что нельзя открывать посторонним, но ей было десять лет, она совершенно самостоятельно ходила в магазин за покупками, одна сидела дома с маленьким братишкой и сама могла решить, что можно, а чего нельзя делать. Девочка повернула ручку замка и...

 

Грабители вошли в прихожую. Один из них, ни слова не говоря, оторвал Светланку от пола, втолкнул её в ванную комнату и приказал, чтобы сидела здесь тихо. Иначе – секир башка! Дверь захлопнулась, а через минуту рядом оказался испуганный, сбитый с толку маленький Лёша. Мальчонка, почуяв недоброе, сморщился и заревел, заголосил, но тут снова появился бандит. В руках его блеснул нож – красивый, блестящий с желобком для пуска крови... и глаза, немигающие глаза хищника! Этого оказалось достаточно. Насмерть перепуганная девочка дрожащей рукой зажимала рот орущему малышу, а её расширенные от ужаса голубые глаза упёрлись в дикий взгляд грабителя.

 

Лёша замолчал внезапно, будто его выключили, и только хлопал большими ресницами, прижимаясь к сестре. Бандит чуть улыбнулся – самодовольно, с наглецой. Потом закрыл дверь, и дети остались одни. Ни за какие коврижки Светланка не согласилась бы переступить порог ванной комнаты. Так их и нашла соседка, заметившая приоткрытую входную дверь. Ребята молча сидели на полу, прижавшись друг к другу. В этом подавленном состоянии животного страха они находились несколько часов подряд, не решаясь пошевелиться, не отрывая испуганных глаз от едва заметного в темноте дверного проёма.

 

С тех пор девочка не могла спать спокойно. К ней приходил тот самый бандит – во сне и наяву. Даже через несколько недель, когда они ехали с матерью в автобусе, она, не смея взглянуть на стоявшего рядом мужчину, шептала испуганно:

– Мама, вон тот дядька нам с Лёшей нож показывал!

Но что могла сделать мать, не понаслышке знавшая о бандитских разборках в небольшом волжском городке? Женщина только крепче прижимала к себе дрожавшего от страха ребёнка, а когда незнакомец вышел на следующей остановке, вздохнула, наконец, с облегчением.

 

Павел был вне себя от ярости, узнав, что их ограбили, да ещё и насмерть перепугали детей. Они с Людмилой собирались покупать машину. Первый собственный автомобиль! Долго супруги шли к этой цели. Мужчина работал на единственном не обанкротившемся предприятии в их небольшом городке, раскинувшемся на живописном волжском берегу неподалёку от Казани. Кроме того, он постоянно искал дополнительные заработки. Хорошо платили внезапно разбогатевшие дельцы, которые имели "прихват" во властных структурах либо были связаны с криминалом. Их коттеджи росли, будто грибы после дождя. А умелые руки Павла и его друзей пользовались большим спросом у этих новых хозяев жизни. Часто приходилось оборудовать дома откровенных бандитов, но тут был риск – могли послать подальше и не заплатить. Впоследствии многие из этих маленьких дворцов, построенных на нечистые, а порой и вовсе кровавые деньги, так и стояли нежилые, будто памятники тому разудалому времени. Их хозяева, «джентльмены удачи», либо «мотали» срок в местах не столь отдалённых либо погибли в многочисленных бандитских разборках.

 

Но вот, наконец, на сберкнижке Павла накопилась вожделенная сумма с необходимым количеством нулей. Накануне он обналичил деньги в банке и отнёс их домой. Знала об этом только жена.

«Получается, что либо навёл кто-то из кассиров либо просто его выследили бандиты. Хорошо ещё, что не тронули по дороге! Денег, конечно, жалко – столько трудов, столько потерянного времени, затрачены неимоверные усилия! Но главное дети… дети – это святое! Как много они пережили! Ведь он сам своими руками подверг их опасности! А могли бы и убить! Что же делать теперь? Как отомстить за надругательство, где искать этих подонков?» – все эти мысли промелькнули в голове у Павла.

И было о чём подумать. Жили они в небольшом волжском городке. Два градообразующих предприятия дышали на ладан. Рабочие получали мизерные пособия, пытаясь найти новые источники дохода. Хорошо зашибали деньгу так называемые челноки. Бывшие инженеры, учителя, безработные – будто по команде ринулись за рубеж, за открывшиеся вдруг внешние границы. На последние деньги покупали там одежду, обувь, китайский, вьетнамский и прочий ширпотреб, а затем продавали привезённые вещи в родных городах и весях. Прилавки разросшихся рынков ломились от изобилия товара, доступного даже безденежным пенсионерам, которым до этого и в голову не могло прийти, что всё это великолепие может стоить так дёшево.

 

Криминал сколачивал банды из отсидевшей, и не только, молодёжи. Братки – члены преступных бригад – вели здоровый образ жизни – не пили, занимались спортом, бодибилдингом, готовились к большим делам. Хотя, многие втихаря баловались наркотиками. Во главе каждой ОПГ (организованной преступной группировки), как и во главе района, который она контролировала, стоял главарь – авторитет, автор, смотрящий – так его называли. Любой доход в зоне действия смотрящего подлежал налогообложению. И члены бригады делали всё возможное, чтобы это правило соблюдалось неукоснительно. Налог, в просторечии дань, платили даже руководители дышащих на ладан госпредприятий. К директору приходили домой или прямо в кабинет, брали за горло и предлагали охранные услуги – «крышу», которая могла защитить разве что от бандитов из соседнего города.

За свои интересы, за свой доход братки стояли насмерть, и в этом смысле «крыша» была надёжной. Сколько их – откровенных разбойников и головорезов – полегло в криминальных войнах за право обирать простых тружеников! Какие огромные и дорогие надгробные плиты по сей день стоят на наших кладбищах! Что за проникновенные и трогательные на них надписи!



Валерий Рыбалкин

Отредактировано: 23.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться