По правилам сердца

Глава 9

Стас

— Короче, есть проблемка, — Даня вздыхает и опускает голову.

Начинается! Не успел войти в дом, озадачивают прямо с порога.

— Что опять? — замираю с кедом в руке, оборачиваюсь к брату. — Да ты задолбал!

Реально ведь задолбал! У него, что ни день, то проблема! И решать их всегда приходится мне.

— Стасян, ну ты это… не горячись, короче… — брат вздыхает ещё горестнее.

Смотрю на кед в своей руке, который ещё не успел поставить на полку и прикидываю: запустить ли им в Даню, или нет. Очень хочется, блин! Мой младший брат мастер влипать в истории. У него вечно, то одно, то другое. Этот паршивец - борзый, из-за чего ему постоянно прилетает. Ещё и башку включать не любит, лезет на рожон. Иной раз такое вычудит, что я за голову хватаюсь.

Отца напрягать не хочу, у него и так проблем выше крыши, поэтому сам кручусь, как могу.

— Говори, — шиплю, крепче сжимая кед.

— Ты это… на полку поставь… — кивает Даня на предполагаемый метательный снаряд в моей руке.

— Говори, Даня, не беси меня! Если опять разбил что-то в школе и нужно платить, я тебя урою! — повышаю голос.

Судорожно подсчитываю, сколько денег есть в заначке. На выходных я работаю курьером, по вечерам сижу в ноутбуке, веду соцсети двух небольших компаний, а время от времени создаю сайты, если есть заказы. И при этом собрать более менее приличную сумму никак не получается, всё из-за долгов и постоянных проблем Дани.

— Ничего я не бил! Чего орать сразу! — с пол-оборота заводится брат.

Делаю глубокий вдох, пытаюсь расслабить напряжённые плечи. Наклоняюсь и медленно опускаю кед к второму, уже стоящему на полке.

«Ничего, всё нормально. Что бы он там ни натворил, всё решаемо», — твержу как мантру.

— У меня ботинки порвались. Совсем. Дай денег, я новые куплю, — Даня мнётся у входа в коридор.

Не спеша выпрямляюсь, сую ноги в тёплые тапки и шагаю в комнату. Холодно. Градусов десять, не выше. А может, и того меньше. В нашей с Данькой спальне стоит электрический обогреватель. Но мы включаем его на несколько часов, а потом вырубаем. Он энергии жрёт дофига, из-за этого не шикуем особо. А у нас и так проблем выше крыши. Долги. Отец работает, но зарплата не особо большая, всё кредиты сжирают.

Мама сильно болела. Два года по врачам, по больницам. Столько денег угрохали на лечение, на операции… Сейчас потихоньку выбираемся из этой ямы. Но это сложно, потому что постоянно вылезают какие-то косяки — то отопление отключили, то ещё какая-нибудь беда.

Это я теперь знаю, что платёжки по коммуналке нужно гасить вовремя. Раньше такими делами занималась мама, но когда оказалась в больнице, всё пошло наперекосяк. Ладно, чего уж теперь об этом думать…

— Ну что, бабки дашь? — Даня тащится за мной на кухню.

— Дам. Только с этих выходных ты тоже выйдешь на работу. Курьером, — отвечаю, подходя к раковине и включая воду.

— В смысле? У вас ведь там вроде не было вакансий, — голос брата меняется.

— Вместо меня. Григорьев меня к себе берёт в сервис, там больше платят. И заказов на сайты прибавилось, – говорю, намыливая руки.

— Эээ… у меня же футбол и всё остальное, игра в субботу… — Данька явно не рад такому раскладу, но спорить не решается.

— Успеешь. У тебя свободный график будет. Подстроишь под своё расписание. Ещё вопросы есть? — выключаю воду, оборачиваюсь и смотрю прямо на него.

— Нет, — машет головой брат и скрывается в коридоре.

Вздыхаю и заглядываю в холодильник, где уныло стоит кастрюля вчерашнего супа и несколько бутылок кефира.

Надо поесть и приниматься за работу. На душе неспокойно. На самом деле я не хочу, чтобы брат работал. Ему всего шестнадцать, у него школа, секция, друзья, всё остальное… Но блин, мне было столько же, когда я наравне с отцом взвалил на себя наши семейные проблемы. Пусть взрослеет, пора уже.

И я подзадолбался, говоря откровенно. Я ведь тоже бросил спорт, последний год в школе прогуливал безбожно, работал где придётся. А Даньке на пользу пойдёт, меньше будет времени на всякую фигню, может, угомонится. Да и вообще, пусть помогает. Нам бы проблему с отоплением решить, а кредитов уже не так много, с ними мы разберёмся уже к лету. Разумеется, если больше ничего не случится.