Марина вернулась домой ближе к девяти. Квартира встретила её привычной тишиной, но сегодня она не казалась пустой. Скорее — нужной.
Она переоделась в домашнее, заварила крепкий чёрный чай, насыпала немного варенья в блюдце и села к рабочему столу. Ткань лежала аккуратно сложенной, выкройка уже была готова — всё ждалось, пока у неё появятся силы.
Сегодня — появились.
Марина осторожно приколола первую деталь. Машинка ожила тихим гулом. Стежок за стежком, как будто с каждой строчкой она прокладывала путь в ясное, простое будущее, где всё будет понятно и по-настоящему своё.
Иногда она отвлекалась — смотрела в окно, следила за птицами на проводах. Потом снова бралась за ткань.
Мысли возвращались к Ане. Представлялось, как дочь сидит у костра, смеётся, машет руками, спорит с друзьями, заваривает чай на горелке. Живая. Настоящая. Сильная.
И всё-таки где-то под этим светлым образом жила тонкая нить тревоги.
Никаких причин. Просто — чувствовала. Но не поддавалась. Сейчас — нет.
К полудню платье было почти готово. Марина выключила машинку и пошла умываться. В зеркале — немного уставшее лицо, но с живыми глазами.
Я справляюсь, подумала она. Я иду вперёд.
Аня проснулась среди ночи.
Палатка была тёплой, Лёша дышал рядом ровно, спокойно. Снаружи — ни шороха. Даже костёр, кажется, давно догорел.
Аня приподнялась на локтях, огляделась. Тьма. Только свет фонарика на молнии палатки.
Сердце билось неровно — не бешено, но с заметным толчком.
Приснилось что-то странное. Не страшное — просто… глухое.
Как будто она куда-то звала — а её никто не слышал. Или не хотел слышать.
Она тихонько выскользнула наружу, надела куртку и села на бревно у угасшего костра. В небе — звёзды, близкие и холодные. Тишина была звенящей.
И снова — то же самое чувство. Словно что-то нависло, но не приблизилось. Не беда. Не угроза. А просто — тень. Напоминание.
Ты ведь ничего не знаешь наперёд, — подумала она.
Даже если кажется, что всё хорошо.
Она закрыла глаза, попыталась дышать ровно.
Воздух пах дымом, землёй и свободой. Но внутри всё равно оставалась маленькая точка беспокойства, словно чужой камешек в ботинке: не мешает идти, но забыть о нём — невозможно.
Минут через десять она вернулась в палатку. Лёша не проснулся.
Аня легла рядом, положила руку ему на грудь, как будто убеждаясь, что он рядом, живой, настоящий.
Засыпай. Всё хорошо. Завтра будет светло.
Но заснула она не сразу.
#67812 в Любовные романы
#3653 в Остросюжетный любовный роман
#21923 в Современный любовный роман
детскийдом, воспоминания, юность и любовь
16+
Отредактировано: 07.10.2025