По праву крови...

Глава 24

Они сидели в уютном, немного потрёпанном кафе у парка — в том самом, где Ленка когда-то назначала свидания в студенчестве. Место было проверенное временем: недорогие пирожные, скрипящие стулья и тёплый, мягкий свет.
Марина сидела, обхватив руками чашку с облепиховым чаем, не притрагиваясь к нему. Ленка смотрела на неё внимательно, чуть наклонившись вперёд.

— Ты сама не своя, — тихо сказала она. — Ну что там? Рассказывай.

Марина сжала губы и выдохнула, будто собираясь с духом. Потом тихо произнесла:

— Плохие анализы. Очень. Мне надо лечь в больницу. Проверки, биопсия… Врачи говорят, тянуть нельзя.

— Чёрт... — выдохнула Ленка. — Марин...

— Подожди, — Марина подняла ладонь. — Это не главное. Главное — Аня. Она ничего не знает. И не должна знать. Пока. Она вся на взводе, только-только начала приходить в себя. Ты же видишь.

Ленка кивнула. В её глазах — тревога, но и решимость.

— Что ты хочешь?

— Мне нужно, чтобы ты подыграла. Я скажу Ане, что мы с тобой уезжаем на пару дней на дачу. Просто проветриться, отдохнуть. А сама — в больницу, на обследование. Без паники. Без неё. Если спросит — подтверди, ладно?

Ленка молчала секунду, потом медленно потянулась к её руке.

— Конечно. Без вопросов. Всё сделаю. Но ты мне потом скажешь правду. Всё. Как только сама будешь готова.

— Обещаю, — прошептала Марина, и в голосе дрогнуло что-то глубоко спрятанное. — Просто... я так боюсь, Лен. Не за себя. За неё. Я хочу, чтобы у неё хоть немного осталось нормального.

— У неё есть ты. И я рядом. Мы справимся.

Марина кивнула. Поднесла чашку к губам — чай остыл, но она сделала глоток. И впервые за весь день почувствовала, что не совсем одна.

---

На кухне пахло картошкой с укропом и свежими помидорами. За окном начинало темнеть — в стекле отражалась лампа под потолком, и кухня казалась немного отдельным миром.

— Садись, — Марина поставила на стол миску с салатом. — Горячее уже на плите, сейчас разложу.

Аня молча опустилась на табурет, подогнула под себя ногу, уставилась в тарелку.

Марина обернулась, взглянула на неё и тихо спросила:

— Переживаешь?

Аня подняла глаза. Вздохнула:

— Немного... Завтра ужин у Лёши. Родители, всё это... Звучит, как шаг во взрослую жизнь. А я боюсь споткнуться в самом начале.

— Ты уже взрослая, — спокойно ответила Марина, садясь напротив. — А спотыкаться — это нормально. Главное — не делать вид, что не больно. Лучше честно признать, встать и идти дальше.

Они ели молча, но тишина не была тяжёлой. Просто — вечер, просто мать и дочь.

Потом Марина облокотилась на стол и как бы между делом сказала:

— Мы с Ленкой на пару дней на дачу съездим. Завтра с утра, как раз после твоего ухода. Нужно дом проветрить, отвлечься немного. Вернёмся в воскресенье.

Аня кивнула, медленно пережёвывая.

— Хорошо. Я справлюсь.

— Даже не сомневаюсь, — улыбнулась Марина. — Только не бойся быть собой. Это всегда работает лучше, чем любые маски.

Аня опустила взгляд, но уголки губ дрогнули. Где-то внутри теплом отозвались мамины слова. И всё стало чуть менее страшным.