По праву крови...

Глава 39

Аня ушла на смену в кафе — Марина услышала, как за ней захлопнулась входная дверь. Потом наступила тишина.

Марина села за швейную машинку. Нужно было закончить хотя бы один заказ, но голова кружилась так сильно, что строчки ускользали, как волны на воде. Всё плыло — свет, воздух, даже звук.

Она откинулась на спинку стула, прикрыла глаза. В теле прокатилась слабость, как будто кто-то резко выключил внутренний ток. Сердце билось глухо, с перебоями.

Нащупав телефон, она открыла чат с Ленкой и с трудом набрала:

— Привет. Плохо себя чувствую, можешь прийти?..

Секунду смотрела на экран, потом нажала "отправить" и отложила телефон. Руки дрожали. Она обхватила себя за плечи, пытаясь дышать ровно. Сил встать от машинки уже не было — Марина просто сидела, без движения, чувствуя, как реальность ускользает: формы, запахи, время.

Вдруг — звонок в дверь. Громкий, резкий. Она вздрогнула, но не смогла даже пошевелиться.

Через несколько мгновений в комнату ворвалась Ленка. Она буквально влетела, не разуваясь, не спрашивая, уловив неладное ещё с порога.

— Маринка! Ты меня слышишь?! — голос её дрожал. Она упала рядом на колени, схватила подругу за плечи.

Марина что-то слабо выдохнула, но глаза так и не открыла. Лицо было бледным, губы — почти белыми.

Не теряя ни секунды, Ленка обхватила подругу и, с трудом, но уверенно, перетащила её на диван. Уложив, бросилась на кухню. Стакан. Вода. Руки дрожат.

— Марина! — позвала снова, вернувшись. Та лежала без движения. Может, слышала. А может — нет.

Ленка распахнула окно — нужен воздух. Затем схватила телефон, вызвала скорую. Голос срывался, но она старалась говорить чётко.

— Девочка моя… держись…

Вернувшись к Марине, похлопала её по щекам. Та всё ещё была где-то между.

Затем Ленка метнулась в спальню, рванула дверцу шкафа, схватила сумку. Бросала туда всё, что казалось нужным: документы, аптечку, зарядку, кофту.

Снова звонок в дверь — настойчивый, как удар молотка. Ленка подскочила и распахнула.

На пороге стояла бригада скорой помощи. Без слов, быстро, они вошли. Ленка повела их в комнату.

— Вот… она… — выговорила, чувствуя, как внутри всё опадает.

Врач присел у дивана, стал проверять пульс, зрачки, дыхание. Медбрат готовил шприц. Второй раскручивал капельницу. Голоса их были чёткими, но для Ленки — как сквозь воду.

— Давление критическое…
— Вводим. Готовьте носилки.

Ленка стояла в стороне, будто смотрела кино. Руки обмякли, тело застыло.

В комнату вошёл ещё один медик с каталкой. Все трое аккуратно подняли Марину, уложили. Один из них уже держал пакет с раствором, контролируя поток в капельнице.

— Мы должны её госпитализировать, — сказал врач. — Кто поедет с ней?

— Я. Конечно, я, — тут же откликнулась Ленка.

Она метнулась к комоду, схватила ключи, быстро проверила, всё ли с собой, захлопнула дверь и побежала следом.

Села в карету скорой рядом с каталкой, на которой лежала Марина — бледная, почти прозрачная, с тонкой трубкой в вене и закрытыми глазами.

Скорая взвыла сиреной и рванула вперёд.