По прогнозу лето

8. Я в этом фильме главный актер, я сценарист в нем, я режиссер

Возвращение домой было подобно миссии секретного агента. Все прошло как по маслу. Я успел зайти в комнату буквально за несколько минут до того, как проснулась мама. Ложась обратно постель, я услышал, как открылась дверь ее спальни. Накрывшись одеялом, я сделал вид, что досматриваю седьмой сон. Долго притворяться не пришлось. После такой длительной прогулки на свежем воздухе и бессонной ночи я быстро заснул. «Как же все-таки здорово, когда на дворе лето, каникулы, и никуда не нужно вставать рано утром», – это была последняя мысль, промелькнувшая в моей голове, прежде чем я провалился в сон.

Проснулся ближе к обеду. Мама с работы еще не вернулась, Джим дремал на кресле. Позавтракав, я вспомнил о вчерашнем с Ирой уговоре: «В пять часов, как обычно, возле подъезда». На смену обиде пришло чувство стыда. Я боялся, что Миша и Шурик будут держать на меня обиду за то, что я им наговорил. Делать нечего, нужно было идти. Во всяком случае, сегодня уже я сам этого хотел.

К пяти часам я подошел к дому Иры. Фотоаппарат  –  со мной, что означало: я снова в деле. Возле подъезда уже ждали Ира с Шуриком. Я поздоровался, Шурик протянул мне руку. Я начал говорить:

– Слушай, я хотел…

– Проехали. Что было, то было. Все в порядке, – перебил меня друг.

– Вот и отлично! – подытожила Ира, похлопав меня по плечу. – Значит, ждем Мишу и поднимаемся на нашу съемочную площадку.

Мы сели на скамейку у подъезда и заговорили о клипе. Каким-то негласным образом мы с Ирой договорились ни слова не говорить о ночном похождении. По всему нашему разговору с Шуриком было понятно, что мы оставим это между нами. Шурик, видимо, пару дней обдумывал новые идеи и стал вываливать их нам целым скопом. Я с интересом слушал его и даже не заметил, что кто-то приближается к нам. Мое внимание привлекла Ира своим возгласом:

– Вау! Я не верю своим глазам! Что за мачо? – крикнула она в сторону идущего к нам парня.

Я обернулся – лишь через мгновение я понял, что это Мишка. Его было не узнать. Человек, который все лето ходил в спортивных шортах и футболке, преобразился до неузнаваемости. Мало того, что он надел джинсы, так на нем еще была ярко-красная рубашка в клетку. Что самое удивительное – ему она чертовски шла. Он на глазах из уличного пацана превратился в техасского владельца ранчо. Судя по походке, Миша чувствовал себя не в своей тарелке, а после выкрика Иры его движения стали еще более скованными. Но все это меркло и бледнело по сравнению с тем, что у него было на лице. Несмотря на яркую сорочку, все внимание приковывал другой аксессуар Миши. Солнцезащитные очки. Они были в толстой оправе, из-за чего закрывали бо́льшую часть его лица. Но самое главное, что они были ярко-желтого цвета. От удивления у меня невольно открылся рот. Я потерял дар речи. Шурик смог выдавить из себя лишь:

– Да ну!

– Всем привет, – нехарактерно скромно произнес Миша.

– Да ты шутишь! – наконец выдавил я из себя.

– Да какие тут могут быть шутки? – спросил Миша.

– Ты тоже их видишь? – толкнул меня в бок Шурик.

– Мне кажется, я сплю. Ущипните меня, – моему удивлению не было предела.

Ира просьбу «ущипните» поняла буквально, и вскоре я почувствовал острую боль в руке.

– Ай! Но не так же больно! – дернулся я. Мишка все так же стоял перед нами, но уже сняв с себя очки.

– Мишка, где ты их нашел?! – восторгу Иры не было предела.

– Я сам этого не ожидал. Мы с мамой поехали в центр города в магазин, чтобы купить мне наконец-то клетчатую рубашку. Да-да целенаправленно поехали за рубашкой. Выбрали эту самую, она вроде как мне подошла. Подходим к кассе, и тут передо мной висят они, – Мишка театрально выставил вперед руки, держа перед собой очки. – Я не поверил своим глазам, когда их увидел. Они как будто глядели на меня и кричали: «Вот мы! Вы же именно нас так долго искали?» – пискляво озвучил очки Миша. – И тут я сразу увидел кадры клипа, они слайдами пронеслись перед глазами. Вот так они здесь и оказались, – закончил свой рассказ Миша.

Ира кинулась ему на шею, крепко обняла и завизжала. После пары тяжелых вздохов Мишки она выпустила его из своих объятий. Я стоял и улыбался во весь рот. «Вот теперь-то дело сдвинется с места! У нас есть всё необходимое! Наконец-то!».

Ира посмотрела на меня таким взглядом, который говорил лучше каких-либо слов: «Я была права!». Мне даже не хотелось с ней спорить: так оно и было.

***

Следующие несколько дней мы с утра до вечера проводили на улице, снимая столько сюжетов и кадров, что памяти на фотоаппарате уже не хватало. На крышу каждый день подниматься возможности не было, да и рисковать лишний раз не было желания. Но мы единогласно решили, что если всё действие клипа будет происходить на крыше, это тоже будет не очень. Поэтому мы снимали везде, где только не лень. Очки гармонично смотрелись на Шурике, а Мишка в своей красной рубахе был в кадре как влитой. Съемки вновь заразили меня творческим порывом. Работа шла полным ходом. Мы снова стали искать интересные места для съемки. Суть клипа заключалась в том, что важен каждый кадр. Он может занимать всего 2-3 секунды в клипе, но должен быть ярким и необычным. Порой требовалось снять около двадцати дублей, а то и больше, чтобы в итоге получилось то, что надо.

Звание самых красивых кадров естественно досталось тем, что были сняты на крыше во время заката. Все небо будто переливалось различными красками. Крупные кучевые облака, словно розовые горы, плыли по небу. Последние лучи солнца находили свое отражение в окнах многоэтажек, отчего было ощущение, что некоторые квартиры охвачены пламенем. Все это удалось запечатлеть на камеру, и я был несказанно горд этим.