По прогнозу лето

10. Перемен требуют наши сердца

10. Перемен требуют наши сердца

После семейной трагедии я какое-то время никуда не выходил и не виделся с друзьями. Джима все знали и любили. Узнав о его смерти, друзья звонили мне, произнося сочувственные слова. Не сказать, что мне от этого было легче, но я ценил их поддержку. Даже Костя каким-то образом узнал и позвонил поддержать меня. Он рассказал, что ему в ближайшее время должны снять гипс и родители более-менее ослабили над ним опеку, даже сказал, что постарается до нашего отъезда в лагерь встретиться с нами. При других обстоятельствах данная новость меня обрадовала бы, но не сейчас. О клипе я и думать забыл,  к счастью, друзья тоже не напоминали о нем. Не до этого было сейчас.

Больше всех вывести меня из траура пытались Мишка и Димка, они постоянно мне звонили, пытаясь так или иначе вытянуть на улицу. Я не соглашался.

Однажды вечером во время очередной совместной прогулки мама спросила у меня:

– Сынок, а почему ты с друзьями не гуляешь?

– Как-то настроения нет, не хочется, – сухо ответил я, глядя себе под ноги.

– Так нельзя, родной. Я же вижу, как часто они тебе звонят, переживают за тебя.

– Я знаю…

Она остановилась, повернула меня к себе и, глядя мне в глаза, сказала:

– Джим ушел, но нельзя замыкаться в себе, жить только этим горем, не надо позволять ему тебя поглотить. Чем дальше, тем тяжелее будет выбраться из этого состояния, уж я то знаю, – мама тяжело вздохнула, но потом улыбнулась и продолжила. – Жизнь не заканчивается. Нужно уметь справляться с такими испытаниями. Я рада была бы тебя от них защитить, но это невозможно. Тебе еще не раз предстоит пережить подобное: так устроена жизнь. Увы, к этому нельзя подготовиться или привыкнуть. Но ты у меня сильный, поэтому со всем справишься – я в это верю. А друзья – это те люди, которые тебе в этом помогут – не нужно отворачиваться от всего мира, позволяя горю овладеть тобой. Ты меня понимаешь?

– Да, мамуль, я понимаю. Но это тяжело.

– Да, тяжело. Но нужно перебороть себя и вернуться в прежнее русло.

– Хорошо, я тебя услышал.

– И что будешь делать?

– В следующий раз, когда ребята меня позовут, с ними встречусь.

– Вот, другое дело. Молодец! Я тебя люблю, сынок, и горжусь тобой.

– Я тебя тоже люблю! – Я обнял маму, и мы пошли в сторону дома.

***

Утром следующего дня меня разбудил Миша своим звонком. Словно узнал о моем разговоре с мамой и понял, что я не откажу ему. Еще толком не разлепив глаза, я поднял трубку и сонно промямлил: «Алло».

– Привет, друг. Ну что ты там? Может, выберешься сегодня из дома? – спросил Мишка.

– Привет, Миш. Сегодня, может, и выберусь.

– Воу! Ничего себе! – обрадовался он.

Мои слова были для Мишки, как зеленый свет: он что-то начал быстро тараторить в трубку, но я ничего толком не мог разобрать. Сон слишком медленно отступал, мешая восприятию потока информации, струившейся через телефон.

– Подожди. Я ничего не понял. Что ты сказал?

– Я говорю, поднимай свою ленивую пятую точку и собирайся на речку! – крикнул в трубку Миша.

– Куда-а-а? – зевая, протянул я.

– На Кудыкину гору! Просыпайся, сова! – продолжал кричать в телефон Миша.

– Миш, ну что ты кричишь? Я только глаза разомкнул. Какая речка?

– Мокрая и прохладная! Едем на Кутузовский. Шурик с Ирой уже собираются. Спорим, что девчонка соберется быстрее тебя, копуша?

– Вот как ты заговорил! – резко проснувшись, воскликнул я. – Ну давай посмотрим. Говори, где и во сколько.

Мишка знал, как меня подзадорить. Что-что, а споры – это было мое слабое место. Наверно, именно такими резкими фразами нужно выводить человека из его депрессивного состояния.

– Другое дело! – обрадовался Миша. – В одиннадцать на остановке возле рынка. Полотенце и плавки не забудь.

– Папа Миша, а ты мне рюкзачок не соберешь? – с издевкой спросил я.

– Нет уж, Ванечка, ты уже взрослый мальчик, сам свои трусики сложишь, – Мише удалось отыграться. – Не опаздывай! – снова крикнул он в трубку.

– Хорошо. Только, пожалуйста, никаких расспросов?

– Ладно, ладно. Не до этого нам будет, уж поверь. Тебе пора отвлечься.

Я был благодарен другу, что он с пониманием относится к моей ситуации.

– Договорились.

– Только поживее! – сказал Миша и бросил трубку.

Я резко поднялся с кровати. На ходу запихивая бутерброд в рот, суматошно искал свои плавки. Собраться удалось оперативно. Время еще оставалось, так что к одиннадцати я точно успевал.

Позвонил, предупредил маму, что собираюсь с друзьями на речку, она обрадовалась, что я прислушался к ее совету. Я закинул рюкзак на плечи и пошел к месту сбора. Первым, правда, мне не удалось прийти, Мишка уже стоял на остановке.

– Ну и кто теперь копуша? Где все остальные? – спросил я, протягивая Мише руку.