По прогнозу лето

30. Только не грусти, вспоминая о нас

Утро наступило скорее, чем я думал. Выспаться, конечно, не получилось. В отличие от предыдущих дней, мы не стали заправлять кровати, а наоборот, расправляли и снимали постельное белье.

Пришло время собирать вещи. Содержимое тумбочек вытряхивалось на кровать и распихивалось по сумкам и чемоданам, которые мы после подъема получили в камере хранения. В основном все это происходило молча, лишь время от времени кто-нибудь бросал какую-нибудь фразу. Все находились в своих мыслях. Но так продолжалось недолго, пока девчонки не ворвались к нам в комнату и не начали упрашивать написать им пожелания в блокнотах. Как мы ни отпирались, нам все-таки приходилось брать блокноты и писать добрые слова. Я был благодарен девчонкам за то, что своим появлением они разрядили обстановку.

Мы все были заняты написанием пожеланий, не замечая, что время утекает, как вода сквозь пальцы. Лера подошла ко мне последней.

– Иван, не сочтете за труд порадовать меня парой строк? – наигранно поинтересовалась Лера.

– Для Вас все что угодно! – ответил я, немного поклонившись и взяв из ее рук блокнот.

Я решил, что именно эту запись я должен написать наедине с самим собой, поэтому по-тихому выбрался на балкон, ушел в сторону, чтобы меня не было видно из окон. Сел, сконцентрировался и начал писать. Для первого предложения потребовалось время и концентрация, но после – рука сама бежала по листу блокнота, мысли отправились в полет. Я писал все, что было у меня на душе, что не успел сказать лично. Это была моя своеобразная исповедь. Никогда в жизни я не чувствовал, что мысли летят вперед так, что ручка за ними просто не успевает. Я с головой погрузился в написание письма, не слыша ничего вокруг. Когда мое послание было закончено, я, довольный, взглянул на несколько исписанных листков. Все, что накапливалось внутри на протяжении трёх недель, выплеснулось потоком на бумагу за какие-то несколько минут. Я наконец-то смог открыть двери своему внутреннему существу, которое с нетерпением ждало момента выбраться на свободу.

Довольный проделанной работой, я закрыл блокнот, поднялся и пошел обратно на палубу. Выйдя на этаж, я никого не увидел. Заглянул в комнату – там было пусто. «Куда все подевались?» Я заглянул в остальные комнаты, они тоже пустовали. Вдруг послышались громкие шаги, я взглянул в сторону лестницы, оттуда показался запыхавшийся Мишка.

– Где тебя носит? – задыхаясь, крикнул он.

– Где меня носит? Это вы куда все подевались? – спросил я возмущенно.

– Быстро за мной. Бегом! Все внизу. Уже первые автобусы приехали.

– Что? Какие автобусы? Почему так рано?

– Вот так! Меньше слов– больше дела. Если не хочешь прощаться со своей пассией через окно автобуса, то поторапливайся.

Я рванул за Мишкой. «Как так быстро могли приехать автобусы?» – я не верил, что могу опоздать. Мне пришлось обогнать Мишку, который порядком сбил дыхание, видимо, когда бежал за мной. Перепрыгивая через три ступеньки, один раз чуть не полетел вперед носом. Я на всех порах мчался вниз. Выбежал из корпуса. Ветер резко ударил мне в лицо. Утренние волны были неспроста, деревья гнулись под вихрем. Шторм, не иначе. Я стал оглядываться по сторонам, ища взглядом автобусы и наш отряд. В итоге я заметил удаляющуюся вдаль группу людей, направляющихся к приемному корпусу, и помчался в ту сторону. Догнал компанию, это был второй отряд во главе с Катей. Обогнав их, я выбежал на прямую дорогу к приемному корпусу. За деревьями уже виднелись автобусы. Обернувшись, я заметил догоняющего меня Мишу.

Наконец я оказался на площадке перед зданием приемного корпуса и увидел наш отряд, стоявший в кругу. Оля заметила меня и махнула головой, расцепляя круг. Запыхавшись, я встал в круг, рядом со мной – окончательно сбивший дыхание Мишка. Я взглядом нашел Леру, которая оказалась прямо напротив меня и увидел стоявшие рядом с ней вещи. Внутри все оборвалось. Я молча показал ей на блокнот, который до сих пор держал в руке. Она улыбнулась и кивнула мне.

– Наконец-то весь наш отряд в сборе, – начала Оля. – В последний раз мы с вами стоим в кругу в таком составе. Уже через несколько минут первые ребята покинут нашу дружную семью. Расставание – это всегда самый тяжелый момент, сложно прощаться с людьми, с которыми пережил столько всего, которые стали очень близки. Осталось совсем чуть-чуть... Но повременим с прощанием и слезами. Пускай в этом круге напоследок прозвучат те самые песни, которые мы с таким удовольствием пели на протяжении всей смены. Итак, с какой песни начнем?

– Яхта, парус! – выкрикнула Марина.

– Так и думала, – ответила, улыбаясь, Оля.

После «Яхты, паруса» мы спели «Батарейку» и «Белую гвардию». У девчонок на глазах появились слезы. После небольшой паузы Оля начала петь «Ленинградскую», а мы ее подхватили:

Все расстояния когда-нибудь в круг замыкаются,

Все из разлук обязательно встречей кончаются.

И через год, и через пять

Мы с вами встретимся опять:

Ничто не сможет нашей встрече помешать…[2]

После того как мы ее допели, водитель автобуса посигналил, давая понять, что пора садиться в автобус. Сопровождающие уже зазывали своих подопечных в автобус.

– Вот и настало время для прощаний. Расцепим наш отрядный круг в полном составе. Вытянем вперед руки и произнесем следующие слова: «Пишите письма мелким почерком, звоните, когда захочется». Итак…