По прозвищу "Кречет"

Глава 4

Лана

Матвей позвонил утром. Я уже отвезла Анечку в школу и вернулась домой, когда раздался его голос — короткий, усталый, будто он не спал всю ночь.

— Привет.

Я постаралась ответить бодро, надеясь, что новости хоть немного хорошие:

— Привет! Ну как дела?

Он помолчал. Потом глубоко вздохнул:

— Лана, послушай. Мне нужно в Воронеж. Оказывается, отца перевезли туда из Ростовской больницы.

— А что ты узнал?

— В том-то и дело, что ничего толком. Друг отца отметил, что, мол, хорошо, что я приехал рано. Чем меньше глаз меня увидит, тем лучше. А потом и вовсе сказал, что ночью отца перевезли в Воронеж. Чушь какая-то. Не люблю загадки.

— Поедешь?

— Несмотря на то, что этот Чижов явно темнит, я всё равно туда уже еду. От Ростова до Воронежа всего шестьсот километров.

— Ну хорошо. Будь осторожен.

— Да, буду. Созвонимся позже.

Я вспомнила про новогодние планы и, пока он не отключился, быстро проговорила:

— Матвей, подожди! Давай Новый год встретим в Екатеринбурге? Родители обещали познакомить Анечку с Дедом Морозом и Снегурочкой.

— Я не против и сам познакомиться с ними.

По голосу я поняла — он улыбается.

Сердце немного потеплело.

Но едва связь прервалась, тепло сменилось тревогой. Я налила себе чай и, зная, что возвращение Матвея откладывается, открыла сайт авиакасс и начала искать билеты в Екатеринбург.

После обеда забрала Анечку из школы, и мы устроили на кухне настоящие кулинарные курсы. Сварили суп с фрикадельками и испекли яблочный пирог — аромат разносился по всему дому.

Матвей всегда старался оградить меня от кухонных хлопот, привозя с работы блюда от шеф-повара своего отеля. За это я была ему бесконечно благодарна. Но я хотела, чтобы Аня умела готовить. Тем более что она с удовольствием мне помогала — мешала тесто, нарезала яблоки, гордо объявляла: «Это мой пирог!»

Два раза в неделю она ходила в музыкальную школу. Ей очень нравилось играть на фортепиано — неудивительно: Матвей рассказывал, что её мама была учительницей музыки. Гены не обманешь. У Ани оказался абсолютный слух, и педагоги настоятельно рекомендовали завести дома пианино.

Вот и сегодня, после того как мы вытащили из духовки румяный, душистый пирог, отправились на занятия. Я ждала её в коридоре, прислушиваясь к звукам за дверью. И вдруг узнала мелодию: «Маленькой ёлочке холодно зимой…»

Осторожно приоткрыла дверь и сняла на телефон, как моя девочка, сосредоточенная и серьёзная, уверенно играет. Потом тихо прикрыла дверь и отправила видео Матвею.

Через несколько минут пришёл ответ: «Наша дочь — ходячий талант!»

Я улыбнулась — и тут же улыбка померкла.

Анечка никогда не называла меня «мамой».

Когда Матвей однажды мягко сказал ей: «Теперь у тебя есть не только папа, но и мама», она ответила тихо, но твёрдо:

— Мама у меня одна. И она на небесах.

Я не стала настаивать. В разговорах с Матвеем или его родителями я называла её «дочерью» — но при ней — только «Анечка» или «Ланочка», как она меня звала.

Сегодня она вышла из класса сияющая, довольная собой до кончиков пальцев. По дороге домой я подбросила ей новость:

— Знаешь что? Тридцатого декабря мы едем в Екатеринбург — праздновать Новый год!

Реакция была мгновенной: восторженный визг, обнимашки, расспросы про Деда Мороза.

Я улыбнулась. Что-что, а радоваться Анечка умела на все сто.

Вечером устроили домашнее чаепитие и пригласили Нину Петровну. Пирог, к счастью, удался — и она щедро похвалила Анечку за угощение. Потом они ушли заниматься: Нина Петровна помогала с уроками, а я наконец-то получила немного тишины.

Именно сейчас я решила заняться поиском помещения под стоматологический кабинет. До переезда в Сочи я работала в клинике стоматологом-ортопедом, и теперь хотела возобновить практику.

Матвей давно предлагал открыть целую клинику — даже показывал светлый, просторный зал в отеле, идеально подходящий под кабинеты. Но я отказалась. Мне хотелось начать с малого, с чего-то своего, независимого. Я — врач, а не бизнес-вумен. Моё призвание — лечить людей, а не строить империи.

Тем не менее, я понимала: без знаний в бизнес-процессах не обойтись. Придётся учиться. Планов было много, и впереди — долгая работа: над профессией, над собой, над будущим.

Из размышлений меня вывел голос довольной Ани:

— Ланочка, я сегодня быстро справилась с заданиями!

Я похвалила её, и мы проводили Нину Петровну до выхода. Потом улеглись спать — уставшие, но счастливые.

Матвей, наверное, уже в Воронеже. Но звонить не стала. Скорее всего, он в гостинице, спит после дороги.

По крайней мере, я очень на это надеялась.