По России - за тайнами

Глава 1. Дорога на остров Завтра

Холода нагрянули на север неожиданно. Хватило семи дней, чтобы пусть и прохладное, но всё-таки солнечное лето сменилось дождливой сырой осенью. В некоторых регионах на ветвях деревьев к ночи появилась небольшая наледь, впрочем, быстро растаявшая к утру.

Маленькая чёрная птичка почти бесшумно упорхнула с ветки, едва заслышав звук приближающихся шагов. Наблюдавший за ней больше, чем смотревший под ноги, Андрей Убойников еле слышно выругался. Несколько лет назад он был известен в охотничьих кругах, но после череды нападений на него диких зверей, повесил ружьё на гвоздь и занялся наблюдением за птицами. Победа в конкурсе Всероссийской переписи воробьёв привлекла к нему внимание некоего частного коллекционера, который заказал ему отследить, поймать и доставить живьём необычную чёрную искрящуюся птичку, обитавшую в глубине волжских лесов. Желание получить награду в виде круглой суммы наличных и места в редакции журнала «Птичник России» – одного из авторитетных орнитологических изданий страны, быстро отправило Андрея в Поволжье.

Могло показаться, что найти на первый взгляд невзрачную чёрную птицу в тёмных зарослях – задача не из простых. Фортуна, впрочем, в тот день была на стороне Андрея. Стоило только спугнуть одну из чёрных пташек, прохаживавшихся по лесной подстилке, как та улетела, блеснув сине-фиолетовой искрой.

Андрей понимал, что бегать по лесу и пытаться изловить нужную особь предоставленной ловушкой – кубиком – дело гиблое. Куда проще было бы найти, чем питается этот вид, положить угощение внутрь ловушки и ждать.

Но что можно положить?

Неуловимая птица устроилась на еловой лапе и принялась чистить перья.

Может, попробовать кедровые орехи? Или почки ели? Зерно? Всё сразу?

Парень потянулся к закреплённому на поясе целлофановому пакету с крупой. Если найденные в лесу семена не помогут, выданная приманка увеличит шансы – и чёрная птаха, попав в ловушку, поедет к заказчику…

* * *

Восемь часов в воздухе в опасно скрипящем самолёте – не то, что Николаю хотелось бы когда-нибудь повторить. Рейс Москва – Анадырь несколько раз переносился, словно само провидение оказывалось против его прилёта на Север. Одно радовало – жене Тамаре разрешили полететь вместе с ним, но при условии, что она тоже внесёт лепту в написание книги. Небольшая плата за то, чтобы не оказаться в чужом регионе совершенно одному. Супруга, впрочем, не особо разделяла энтузиазм.

– Ты хоть подумал, как и за кем ты будешь записывать эти свои байки? Ты же в последнее время работал только по шаблону – тебе дают идею, персонажей, место действия, всё, что необходимо, и ты просто складываешь это в графомань, которую продают на сайтах с литературным ширпотребом! А тут серьёзный труд – таким Владимир Даль занимался – ходил и записывал за народом язык, сказания и прочее!

– Так я поэтому и согласился! – парировал Пьянов, – Надо пробовать разные жанры, развиваться, чтобы не потонуть в бесконечных «Она увидела тёмного мага и потекла, как оставленное на солнцепёке мороженое…». Тьфу, и такое пользуется успехом!

– Зато, во-первых, ты обеспечен работой, во-вторых, это читают и разбирают! Может, постепенно, тебе бы предложили что-то другое, и без поездки непонятно куда!

В очередной раз палец Николая скользнул по интерактивному экрану, вмонтированному в спинку кресла перед ним. Изображение карты сменилось объёмной моделькой самолёта, скользящей сквозь бесконечную синеву. Надо просто отвлечься – у Николая всегда получалось так разрядить обстановку. Главное – благоверная с ним, летит навстречу неизвестности, а значит, любые тяготы преодолимы!

– Признайся, ты просто нервничаешь – так бывает! Я, сказать честно, тоже волнуюсь перед тем, как куда-то ехать или приниматься за что-то крупное! – произнёс он, приобнимая Тамару, как в старые добрые времена, – Мы справимся, вспомни, как сперва было тяжело, когда мы думали, что после Карибского вся жизнь пойдёт под откос? Выжили же! Или развал Союза – куда более страшное событие, чем просто полёт на другой конец страны!

Тамара вздохнула. Может, и правда, зря она так волнуется?

Когда–то, много лет назад, Николай по-настоящему бредил идеей объездить весь Советский Союз вдоль и поперёк, показать любимой самые необычные места вдали от излюбленных туристами троп. Где-то в глубине пропахшего лавандовым мешочком серванта до сих пор хранился толстый, изрядно пожелтевший альбом.

– Придёт время, и мы до отказа заклеим его нашими фотографиями из далёких краёв – может, даже со временем превратим дачу в музей! – любил обещать Николай. Из каждой поездки он старался привезти какую-нибудь статуэтку, безделушку, колокольчик или магнит. В принципе, с Чукотки или этого странного острова Завтра, что бы там ни находилось, можно было привезти какую-нибудь редкую вещь для коллекции.

Вскоре принесли обед и напитки. Расправившись с неким подобием плова с курицей и закусив его хрустящей булкой, Пьянов развалился в кресле и решил вздремнуть. Сон, однако, никак не шёл, а когда, наконец, удалось отключиться от реальности, ему приснился кошмар, слишком натуралистичный, чтобы его можно было просто списать на усталость.

Во сне Николай парил в небе, раскинув руки, как большая неуклюжая птица. Далеко внизу тянулись белые драные нити облаков, за которыми еле виднелась зелёная, покрытая лесами, земля. Николай нырнул в попавшуюся на пути сизую тучу, сделал кувырок. Как обычно бывает, во сне он не задавался вопросами, как именно он летает и когда успел научиться. Ветер трепал волосы, в лицо летели капли воды, а по телу распространялось странное ощущение, будто его царапают сотни, тысячи маленьких колких лапок. Пьянов присмотрелся к собственной руке и чуть не полетел вниз штопором.