По России - за тайнами

Глава 4. Лесной покров

Оставить Тамару на попечении энтомолога оказалось примерно так же реально, как и остановить голыми руками стекающий с горы водопад. Николай захватил спички, спальный мешок, брикет химического розжига (его пришлось перерезать на несколько маленьких кусков, чтобы не превратить лес в головешки) и консервы со стёршейся этикеткой, на которой ещё можно было рассмотреть животное, похожее на свинью.

– Химический огонь горит не так, как простой – вода его не потушит, только камни или земля. Но у него есть неоспоримый плюс – никакой ветер ему не страшен, а животные чувствуют странный запах и держатся поодаль. Если не найдёте бабочку, или захочется спать, можете развести огонь, обложить камнями – крупных там много, подо мхом, прикатить можно. Сперва, правда, раскачать, чтобы из земли вышли!

* * *

– Тебя совершенно не настораживает этот странный дед? – спросила Тамара, нарушив получасовое молчание. От энтомолога она выходила, погружённая в мысли – даже подворачивавшиеся под ноги камни не могли вернуть её в реальность.

– Настораживает? Нет, а что, должен? Ведёт он себя вроде, прилично, на маньяка какого-нибудь не тянет, даже если предположить, что нам подлили что-то в чай – мы бы давно уже уснули или ощутили действие отравы. К тому же он сам пил из того же самовара, что и мы…

– Ты что, совсем перечитал низкопробных книжек? Мозг включи! Вспомни, что он сказал, когда мы попросили рассказать побольше про пауков и как они кусаются!

– Что он не может этого раскрыть? – припомнил Пьянов.

– Да! А почему? Что он сделал?

– Бумагу о неразглашении, вроде, подписал? Осторожно, кротовая нора!

– Вижу, не отвлекайся от главного! А где обычно заставляют такое подписывать? Вот тебе много раз такое предлагали?

Николай покачал головой:

– Ни разу, это, скорее всего, где-то в специальных структурах?

– Вот, уже теплее! Он, вот поклясться готова, работает либо на государство, либо на кого-то, кто связан со спецслужбами, другого не дано! И при этом связан с «Чёрным крылом», у которого так же на крючке, как и мы! Значит, так, разбираемся с паучьей эпопеей, рассчитываемся с заказчиками из «Крыла» и уезжаем домой! – Тамара клокотала от гнева, как готовый извергнуться вулкан.

– Нельзя! У меня книга! Сначала её надо дописать, потом можно и домой! Тем более, мы всё равно на другом конце страны!

– А кто тебе её навязал? Как его там… Матвей? Белобрысый этот, с собакой?

– Митрофан, как главный герой из «Недоросля».

– Вот, он! Позвонишь ему и скажешь, что семья и нормальная жизнь тебе дороже, чем сборник всяческих небылиц!

– Ему лично не позвоню, ибо телефона не знаю, могу только в само издательство, – Николай пригнулся, чтобы еловая лапа не царапнула его по голове, – Сколько нам ещё идти? Разве не пора свернуть?

– Свернуть? – Тамара остановилась, – Вроде надо дойти до какого-то поля, там за ним дальше лесополоса. Ты видишь вокруг поле?

Не нужно было быть великим следопытом, чтобы понять, что чета Пьяновых явно зашла куда-то не туда. Вместо поля впереди ждала тихая лесная опушка, и нет, в данном случае «тихая» не означало «спокойная и уютная». Создавалось ощущение, что время вокруг замерло. Невозможно было даже различить стрёкот насекомых и щебетание ночных птиц, хотя Николай был уверен, что слышал их по пути.

– Тебе не кажется, что вокруг как-то слишком тихо? – поинтересовался Николай.

– Не кажется. Мы посреди нигде, в прямом смысле этого слова! И бабочку я никакую не вижу! – зло прошипела Тамара. Недавно её угораздило наступить на скользкий мох и упасть, больно ударившись, поэтому настроения искать странное насекомое не было абсолютно.

– Мы просто ещё до неё не дошли, осталось немного! – приободрил жену Пьянов.

А пути, казалось, не было видно конца…

* * *

День выдался особенно насыщенным. Добравшийся до Новоархангельска Митрофан ещё какое-то время ждал, что Николай пришлёт ему наброски главы о птице, летавшей над островами, но ночь уже вступала в свои права, а нанятый писатель так и не вышел с ним на связь. Побродив по берегу Юкона на сон грядущий – это помогало ему расслабиться и крепче спать – Митрофан уже засобирался к дому, как вдруг семенивший рядом Гиперион встал в стойку и глухо зарычал.

– Что такое? Увидел кого?

Проследив за направлением взгляда пса, Митрофан поднял глаза к небу, где пронеслось что-то крупное и тёмное. Чуть поодаль на землю что-то упало с тихим плеском.

– Это, скорее всего, сова на охоту вылетела, ночь же. Пойдём домой, спать пора, тем более, завтра на работу.

Маламут несколько раз громко пролаял и побежал куда-то в сторону.

– Гиперион, ты куда? Мы уже обошли всё, что только можно! Ко мне! Домой!

Увы, пёс не слышал – он нёсся куда-то во тьму, лаем зовя за собой хозяина, которому приходилось перейти на бег, чтобы не отстать.

Пропустить место, учуянное Гиперионом, оказалось невозможно – даже в ночи оно источало какой-то нездешний свет и запах цветов, явно не произраставших в северной природе.