По России - за тайнами

Глава 16. Видения

Идти пришлось не так далеко, как Пьянову изначально казалось. Привыкший дома проходить советуемые шагомером десть тысяч шагов, он насчитал чуть больше половины от этого количества.

Валун, и правда, возвышался над поляной, поросшей чабрецом. Николай так обрадовался увиденному, что упустил из вида одну важную деталь – с одной стороны на нём виднелись длинные глубокие следы когтей.

Решив не тратить силы на пакет или корзину, Пьянов рвал чабрец и складывал прямо в рюкзак. Хватит с него болезненных попыток!

Собрав довольно большой пучок, начинающий онейронавт обменял его на амулет.

– Знаешь, как пользоваться? – поинтересовался торговец.

– Беру, загадываю, кого хочу увидеть, если человек спит, я его слышу, правильно?

– Не совсем. Ты его или её видишь. Как призрак. Это же души приходят. Ты про телегенез вообще никогда не слышал?

Николай покачал головой.

– Советую найти какую-нибудь просторную поляну, площадку, подальше от людей. В особенности, от… скажем так, наименее человекоподобных из них.

– В смысле? Как человек может быть не человекоподобным? – не понял Пьянов.

– Увидите. Хотя, если честно, такого лучше не видеть, если не хотите год видеть во сне сплошные кошмары. В общем, не заморачивайтесь и ищите укромное место. Если интересно, где такое можно найти, за рынком есть пустырь, где ничего не растёт, просто голый камень. Там места много, мало ли что пойдёт не так?

Николай поблагодарил и отправился искать указанное место. С каждым шагом, сказанное всё больше тревожило его. Что значит – если что-то пойдёт не так? Процесс телегенеза опасен? Но обещалось же, что амулет всё сделает быстро и легко!

Или, всё же, нет?

* * *

Очередная процедура, как их называла Ангелина, прошла особенно тяжело – чтобы не дать Тамаре превратиться в истукана, способного только ходить, говорить и справлять потребности, девушка то пришивала, то вытягивала фибру за фиброй. Не подошедшие (что это значило, мучительница не удосужилась объяснить) пришивались обратно, отчего кошмары начинали преследовать Тамару не во сне, а наяву. Ей, бывало, чудилось, что она не находится в квартире среди странного далёкого города, а идёт по берегу озера. Или, к примеру, участвует в постройке высоченной каменной башни, при этом вместе с ней таскают тяжёлые блоки жуткие существа с открытым мозгом. Прямо внутрь серого вещества у каждого была вставлена механическая конструкция, передававшая сигналы прямо на подкорку.

Но самым частым сюжетом по-прежнему оставался зал с драконами. Тот самый, который Тамара видела ещё до похищения. Два могучих существа уже не пугали – не они представляли в зале самую большую угрозу.

Эта сомнительная честь принадлежала голосам. Вернее, теперь женщина уже видела их хозяев. Она представляла их некими подобиями сверхзлодеев, в мантиях, способными метать молнии, обращаться в жутких мифических существ, в общем, делать всё то, о чём приходилось писать её мужу.

Но если видения содержали в себе хоть толику правды, то Тамару ждало удивление и разочарование. Вместо демиургов на тронах из костей, перед ней оказались просто парень и девушка, мало чем отличавшиеся от тысяч ровесников, ходящих по улицам их родной Московской области.

Они иногда пытались завести разговор с Тамарой, но всякий раз, когда тема продвигалась дальше, чем «Кто она, и зачем сюда попала», женщину приводили в чувство простым растрясыванием, кормили очередной бурдой и вели извлекать фибры. Довольно редко, но её выводили гулять по квартире, чтобы размять ноги. Помыслить о побеге, впрочем, не представлялось возможным – полупрозрачный пёс, снова одноголовый, надёжно стерёг пленницу.

Чтобы хоть ненадолго забыться, похищенная Пьянова старалась по-настоящему уснуть. Не провалиться в бред, наполненный гортанными криками прораба, заставляющего строить башню, не устроить себе свидание со странной парой (в одну из встреч Тамара всё-таки узнала, что это брат и сестра), а полноценно забыться и войти в царство Морфея. Она старалась ни о чём не думать, считала баранов, доходя до цифр, заставлявших любого пастуха нервно икать, вспоминала таблицу умножения от одного до десяти в разной последовательности. Сон всё не шёл.

Одной ночью, когда Тамаре почти удалось осуществить желаемое, рядом с ней завибрировал оставленный Штихиной телефон. Скосив на него глаза, женщина увидела только слово «Начальство», высветившееся на экране. Недовольная Ангелина ворвалась в комнату, схватила аппарат и о чём-то долго разговаривала в соседней комнате за закрытой дверью. Из обрывков доносящихся до неё громких фраз, Тамара поняла, что кем бы ни было это таинственное «начальство», оно явно недовольно тем, что девушка не выполняет свою часть плана.

«Да, она его не только не выполняет, она ещё и людей похищает и калечит, – подумала Тамара, – И занимается мерзкими опытами, пытаясь воскресить гниющий труп, для которого вся квартира превращена в морозильную камеру».

Но что это, всё-таки, за план? Может, чтобы её совсем не превратили в донора фибр, напроситься помочь? Понятно, что ничего незаконного сама Пьянова делать не станет, но так она, во-первых, узнает больше об отряде «Белуха» и обо всей организации в целом, во-вторых, сможет видеться с людьми, а значит, потенциально, сбежать, в-третьих, её не дадут калечить, и она, наконец, согреется! И побудет вдали от трупа!