По семейным обстоятельствам

8. Натка и планы на будущее

Дом был, пожалуй, странный. Обе комнаты пыльные, явно нежилые, а вот кухня сверкала чистотой. Горшки, чашки, тарелки пришлось перемывать — удовольствие при отсутствии водопровода сомнительное, а глиняная миска и ступка с пестом аж блестят, словно их мыли ещё вчера. А точно ли ведьма ушла из города, или она все ещё посещает свой дом? Отчего-то мысль о прошлой обитательнице не вызывала у Натки никаких страхов. Не то она не верила до конца в колдовство, не то смотрела слишком много фильмов про святую инквизицию. Ведьма и ведьма, фигня вопрос. Она с двухмесячными близнецами справилась, и с близнецами в пубертатном периоде справилась, что ей какая-то девица?

Что ведьма была молодой, было понятно сразу. В сундуке под кроватью нашлись неплохие женские вещи: чулочки, перчатки, меховой полушубок — лёгкий и пушистый, не то что овчинная доха, нижнее бельё с кружевами, белоснежная блузка на шнуровке и богатое красное платье из тонкой шерсти. Хорошо живут ведьмы, ничего не скажешь!

Шубку не удержалась, померила. Хороша шубка и, главное, почти впору: рукава только коротковаты. Но совесть чужое не позволила взять, пришлось убрать на место. Всё же вещь явно дорогая. Конечно, мальчишки хором уверяли мать, что дом принадлежит им, а значит, и всё, что внутри — тоже их имущество. Но, во-первых, дом купил альв, Натка в него ни гроша не вложила. Да, совместно нажитое имущество, но это нечестно. Пока они не обсуждали, как будут жить дальше, так что — шубка подождёт.

А вот уборка не подождёт, и, вооружившись тряпкой и ведром с водой, Натка перемыла дом, ещё больше радуясь, что жилище выбрала совсем небольшое. Окна вымыла тоже, полы, даже стены протёрла. Славки помогали — половички выбили, воды натаскали. Пока Ната возилась с полами, они пробежались по окрестностям, нашли рынок, купили дров, картошки и чесночной колбасы. Лучше бы, конечно, кусок мяса, но что взять с вечно голодных подростков? Что сильнее пахло, то и схватили. В любом случае сковородка в наличии имелась, печь тоже, поэтому с ужином проблем не возникло.

Отодвинув заслонку печи, Натка заглянула внутрь и усмехнулась. Чего-то подобного она ожидала с самого начала. Внутри лежал свёрток. В свёртке была книга в кожаной обложке и с совершенно чистыми листами. Скорее даже, не книга, а тетрадь. Вот оно, ведьмино наследство! Надо будет полистать на досуге, здесь точно есть какой-то секрет. Мальчишкам покажет, наверняка они разгадают. А пока Ната завернула книгу в тряпицу и спрятала на дно сундука под шубку. Печь ей была нужна совсем для другого.

А вечером, уже совсем в ночь, Ната растопила баню — уж как умела. Разожгла огонь в очаге, налила воды в котелок, потом цепляла раскалённые камни большими щипцами и кидала их в воду. И помылась, и постирала вещи — свои и детские, и мальчишек заставила вымыться, да так увозилась за день с непривычки, что не помнила, сама ли до дома дошла или дети дотащили.

Впервые за много лет Натка абсолютно выспалась. До сладкой боли в костях, до головокружительной слабости, до того, что открывшиеся глаза отказывались закрываться обратно. Ломило плечи, спину и мышцы ног — кто-то вчера перетрудился. Зато чисто, и можно спокойно обживаться, осматривать новый дом, а то она, кроме сундука и бани, ничего и не видела. Мальчишки встали раньше, кажется, растопили печь, потому что в доме тепло, почти жарко. На столе в кухонной части стоит чугунок с картошкой. Ан нет, вылизанный дочиста. Но в деревянной миске рядом несколько ломтиков картошки и сиротливый кусочек колбасы — позаботились о маме. Сразу видно — голодные были безумно, но совесть не позволила сожрать всё подчистую, как это бывало раньше, в прошлой жизни. Всё-таки они учатся, и это тоже её, Натки, заслуга. Подавись, Орлов, она хорошая мать!

А хорошей матери вполне можно весь день валяться на кушетке, только раздавая указания: Слав, почисти ещё картошки! Слав, и водички подай! Слав, ну чего ты как маленький, ведь ты же знаешь, как печка работает! Поставь туда горшок с картошкой, ничего ведь сложного? Нет, за колбасой сбегать не надо, но вон там на полке, за шторкой были какие-то баночки, загляни. Что там? Мёд? Соленья! Нет, грибы поставь на место, мало ли, а вот мёд можно на хлеб намазывать… Ладно, в булочную можете сбегать, тут она совсем рядом…

Дети — это не только хлопоты, но ещё и бесплатная рабочая сила, да…

Знакомство с соседями Ната решила отложить до лучших времен. Погулять она всё же ближе к вечеру выползла, поглазела на окрестные улицы и пустой уже рынок, напомнила себе, что за покупками лучше ходить самой, здесь не супермаркет, где можно срок годности на этикетке посмотреть. Мерзкий, мерзкий овчинный тулуп с чужого плеча! В деревне годился, а тут за него Натке было отчаянно стыдно. Все женщины, которых она встречала, были в красивых плащах или шубах. Валенки были только на мальчишках, которые бегали по улице. её охватило острое искушение потратить деньги, оставленные Валем, на новую одежду. С одной стороны, это ведь её дело — что покупать, правда? С голоду не помрёт, у неё есть книги, шесть личных золотых монет и голова на плечах, неплохая, между просим, голова. Надо подумать, как заработать денег — а остальное всё приложится.

Теперь, когда у них был свой дом — а надо сказать, у Натки никогда в жизни не было своего собственного жилья — у неё словно крылья за спиной выросли. Теперь она уже в тот, другой мир, к Егору и его претензиям не хотела ни за какие деньги. Здесь нет прокладок? Ну так она изобретёт! И памперсы, и водопровод, и мясорубку, и что там ещё можно? Двадцать блюд из свёклы? Двести из картошки? Фаршированные перцы? Чахохбили? Ах, какие головокружительные перспективы перед ней открываются! Нужен был только дом…

Ната не могла не думать о Валенуэле без огромной благодарности: герой, как есть герой! Самый лучший, самый щедрый мужчина в её жизни! Вот он вернётся — и она всё ему скажет. Мальчишки, правда, её совсем не понимали: сначала они ревновали мать к постороннему дядьке, а потом, когда Ната сказала, что брак у них фиктивный, принялись возмущаться ещё больше.