По щучьему велению! Без моего хотения - 2

Глава 1.2

«Чёрт! – Тут же мысленно выругалась я. – Клятва! – Я бессознательно коснулась ладони правой руки. Тупое, ноющее жжение от пореза чувствовалось даже сквозь толстую перчатку. – Н-да, это несколько усложняет задачу, – не готовая так легко сдаться, продолжила размышлять я, – но, возможно, Гордислав Радомыслович согласится передать ему благодарственное письмо за спасение моей жизни?..»

Почему не сразу, а именно сейчас, можно будет объяснить тем, что я не сразу в себя пришла, а потом как-то забылось, но чуть не лишившись жизни снова, всё вспомнилось и я поняла, как сильно я благодарна Его Высочеству! Бред, конечно. Но, как говорится: попытка – не пытка. А потому решено, согласую свой рассказ о событиях этой ночи с Гаврилой и его гридниками, и поговорю.

– Спасибо, доченька.

Вырвал меня из размышлений голос купца. Он открыл глаза и посмотрел на меня – с теплотой и нежностью.

Как и всегда, когда он или мать Емельяны на меня так смотрели, у меня защемило сердце.

– Дело не только в деньгах, – продолжил он тихо, – но и в самоуважении. В том, что я чувствую здесь, приложил он руку к груди. – Карету тряхнуло на очередном ухабе зимней дороги, и он поморщился. – Знать, что тебя облапошили, для купца это… – он сжал кулаки так, что побелели костяшки. – Унизительно до тошноты! Я почитай сорок лет в торговле. Сорок лет! Всякое видел и с разным отребьем дело имел – и с разбойниками, и мошенниками, и хитрецами всех мастей. Меня пытались обмануть и татарские купцы, и немецкие торговые дома, и даже византийские аристократы. И никому не удавалось! А тут... И я ведь не почувствовал ничего… Понимаешь, Емелюшка? Мне ж им и предъявить-то было б нечего! Вот, что обидно! Только мстить и оставалось бы…

Я непонимающе нахмурилась.

– Как это нечего? Мы же всё видели! И я, и Гаврила, и остальные…

Купец криво усмехнулся.

– Что ВСЁ вы видели? Меня пьяного? Или как мне в чарку зелье подмешивали? – Он потёр переносицу и снова поморщился. – Сглупил я, Емелюшка! – практически одними губами проговорил он. Он явно не хотел, чтобы это его признание услышала также и Дарина. – Чуял ведь подвох, а потому не нужно мне было с ними наедине оставаться, но… – он тяжело вздохнул, – обидеть побоялся… старый дурак! Коли б не ты… – он в очередной раз тяжко вздохнул.

Он снова вздохнул и покачал головой, глядя куда-то сквозь меня, словно заново переживая вчерашний позор.

Вспомнив о Емельяне, я смущенно улыбнулась.

– Ну не только я…

Гордислав Радомыслович поднял на меня озадаченный взгляд, брови его сошлись к переносице. Несколько секунд он недоумённо молчал, барабаня пальцами по колену, потом лицо его прояснилось.

– А-ааа ты о Гавриле и его гавриках! – спустя несколько секунд раздумий «догадался» он.

Я кивнула. Ну а что ещё оставалось делать? Кроме разве что того, чтобы добавить:

– Без них я вв… – я запнулась, поймав себя в которой уже раз на выкании, – тебя вряд ли отбила бы у Косопузовых.