По следам Чёрного Ворона

Глава 5 — Карта хранит больше чем маршрут

Когда Фернандо ушёл на берег, чтобы собрать свою команду, Флор вернулась на корабль. Ветер к этому часу стал прохладнее, и вечер окончательно сгустился. Луна, едва видимая среди тонких облаков, отражалась в тёмной, спокойной воде бухты. На горизонте над пальмами поблёскивали угли последних костров и фонарей прибрежной местности. С суши доносился мерный шум цикад и редкие оклики часовых из форта, а с моря — лёгкое поскрипывание снастей и шелест парусов.

Корабль тихо покачивался у причала. Флор спустилась в капитанскую каюту, чтобы осмотреть её. Внутри пахло старым деревом, воском и табаком. Стены были обшиты панелями из потемневшего красного дерева, в углу стояла морская ширма. Каюта была просторнее, чем ожидалось, и явно принадлежала некогда уважаемому капитану. На стене висела потускневшая картина с изображением морского боя, а у двери — резной сундук, покрытый пятнами времени.

На массивном столе, прикрученном к полу, чтобы не скользил в качку, Флор обнаружила кожаную папку со старой картой и капитанским журналом.

Кое-где на карте проступали пятна морской влаги и капли чернил. Западное побережье Кубы, южные острова Багамского архипелага. Местами стояли красные и чёрные пометки. Под картой лежал потрёпанный капитанский журнал. Несколько страниц были вырваны, как будто кто-то хотел скрыть важные записи; на уцелевших остались фразы, написанные торопливым почерком: координаты, имена, названия.

Её взгляд зацепился за одну надпись:

«Только ты сможешь найти путь, твоё сердце свободно».

Флор пыталась понять значение записей, но морская лексика временами сбивала её с толку.

Было уже поздно. Она убрала карту с журналом обратно и решила отдохнуть. Ночь прошла спокойно. Где-то под утро, когда небо ещё только начинало светлеть, её разбудил крик чаек и лёгкая качка. За окном каюты день едва зарождался — вода была гладкой и спокойной. Рассвет начинал подкрашивать небосвод в бледно-розовые и лавандовые оттенки. С берега тянуло свежестью зелени, мокрой земли и пряным ароматом карибских цветов.

Флор поднялась на палубу, где уже можно было различить первые солнечные лучи, падавшие на паруса. Она вдохнула полной грудью — утро было ясным, безветренным, с предчувствием чего-то нового.

Вскоре на палубе показался Фернандо. Он шёл уверенной походкой, а за ним следовал чернокожий мужчина лет сорока с обветренным лицом, в выгоревшем жилете без рукавов, надетом на голое тело, и в потёртых коротких штанах, затянутых кожаным поясом, в который был заправлен футляр с навигационными инструментами. Его лицо казалось вылитым из бронзы — серьёзное, но проницательное, с внимательным взглядом.

За ними шли ещё несколько моряков.

— Флор, — сказал Фернандо, подходя ближе, — хочу тебя познакомить. Это Вооз. Мы встретились в Картахене, когда оба служили на торговом судне, и с тех пор многое пережили вместе.

— Приятно познакомиться, сеньорита, — кивнул Вооз с уважением. — Ваш корабль… хорош. Видно, что у него богатая история.

Флор посмотрела на Вооза с любопытством.

— Очень приятно. Вы с Фернандо давно в одной команде? Вы, кажется, многое повидали?

— Да, пришлось пройти немало, — ответил Вооз. — Я сам с Антильских островов. Был продан в рабство, работал на сахарных плантациях, пока не бежал под покровом ночи и не спрятался в трюме португальского галеона. С тех пор я свободный человек и моряк. Живу в море. Был корабельным плотником, потом — лоцманом, но больше всего люблю изучать то, что за пределами карт: ведь мир — не только то, что отмечено чернилами. Флор слегка улыбнулась и жестом пригласила его пройти в каюту.

— Тогда вы, возможно, сможете нам помочь. Я нашла кое-что, что может быть важным: карту и журнал. Но есть записи, которые я не могу расшифровать.

Они спустились в освещённую солнечными лучами каюту, где мягкий свет играл на полированных панелях и латунных деталях интерьера. Флор разложила карту на столе, и все трое — она, Фернандо и Вооз — склонились над ней.

Вооз внимательно смотрел на метки на карте, постукивая пальцем по знакомым и незнакомым символам.

— Тут не просто маршрут, — сказал он спустя несколько мгновений. — Это указание. Кто-то отметил пути к рифам, которых нет ни на одной испанской карте. А вот эти символы… — он указал на тонкие круги с тремя точками внутри, — это старые навигационные знаки. Их использовали карибские лоцманы во времена ещё до колонизаторов. Очень редкая система. Но вот это… — он указал на группу координат, — это точно не случайность. Кто-то что-то искал… или прятал.

Фернандо нахмурился.

— Значит, этот корабль мог участвовать в чём-то… необычном?

— Или в чём-то тайном, — добавил Вооз. — Здесь больше, чем просто путь.

Флор задумчиво посмотрела на карту, её пальцы коснулись ветхого края бумаги.

— Значит, нам стоит выяснить, куда ведёт этот путь, — произнесла она.

— И почему именно ты должна идти по нему, — добавил Фернандо. — Иногда это важнее, чем сам маршрут.

Вооз и Фернандо переглянулись. Фернандо откинулся на спинку стула и скрестил руки.