По следам Грааля

Часть четвертая. Шато де Монсегюр Глава 25. Софья

Почему бабушка поступила именно так? Неужели не нашлось иного выхода? Другого решения, которое не отщепило бы от неё годы жизни и не сделало бы Фёдора заложником. Ни Мирослав, ни я не знали, что произошло с ним на самом деле. Мои родители говорили, что он давно уехал за границу. А я не догадывалась, что стояло за этим, что скрывалось за грустными вечерами бабушки, когда она подолгу сидела перед камином, перебирая в руках браслет. Возможно, как глава ковена она поступила мудро: огородила от ордена не только семью, но и самого Фёдора. Не уверена, но мне кажется, она до последнего надеялась, что ведьмак изменит своё решение и позволит ей снять проклятие.

После долгих размышлений над этим, все мои обиды показались мне неважными. После гибели мамы и папы Мирослав всегда старался вести себя уверенно, идти вперёд, не оглядываясь. Но рассказ Фабьена словно стал камнем, на котором он споткнулся и потерял равновесие. Я ощутила острую необходимость стать ещё сильнее. Перестать неосознанно полагаться на брата и позволить ему наконец-то расслабиться.

И ещё это проклятие. Фёдор уже сполна расплатился за свои ошибки. Стоит попытаться найти способ разрушить бабушкино колдовство.

Стюардесса повторила свой вопрос с исключительной вежливостью.

— Апельсиновый сок, пожалуйста, — ответила я, улыбнувшись девушке, и перевела взгляд на соседнее сиденье.

Место справа пустовало, а вот Стэнли, похоже, вовсе не менял положения всё это время. Его глаза были намертво прикованы к экрану ноутбука. Ведьмак изучал чертежи Монсегюра: сравнивал старые записи (и, судя по всему, засекреченные) с новыми, которые туристы с радостью выставляли в свободный доступ.

— Думаю, он скоро вернётся, — ни с того ни с сего заявил Стэнли, коротко мазнув по мне взглядом.

Я фыркнула. Хотя мне и было любопытно, я не собиралась задавать вопросы. В конце концов, может быть, Фабьену просто захотелось в туалет?

Вдруг моё внимание привлёк знакомый голос. За стандартным вопросом стюардессы последовал встречный вопрос на французском.

«Ага. А вот и туалет. Ухоженный и довольно приятный. В дорогом костюме и со стильной причёской».

— Жюли — дочка одного французского политика. В прессе часто мелькает, что она жертвует церкви деньги и посещает разные службы. А по нашим данным, сам Папа и его приближённые не раз приглашали её на чай.

— Разве я спрашивала?

Стэнли отодвинул ноутбук и театрально вздохнул.

— Софушка, к чему слова? Я понимаю тебя и без них! — Ведьмак вдруг сжал мою коленку в жесте, сильно напоминающем успокаивающий, и добавил: — Здесь не о чем волноваться, наш ажан просто прощупывает почву. Есть шанс, что Жюли в курсе происходящего за дверьми ордена.

Я вновь посмотрела в сторону Фабьена. Он передавал девушке бокал с шампанским, нарочито долго касаясь её руки. Без единой тени смущения он нашёптывал ей на ухо сладкие речи. Сама того не подозревая, француженка позволяла Фабьену опутывать тело порочными нитями.Фабьен — паук, который ни за что не упустит цель, как бы та не трепыхалась. Поддаться его очарованию — всё равно что сдаться. Ты же помнишь об этом, Софья?

— Конечно, он слегка перебарщивает. Но Фабьен знает своё дело. Как-то он добывал информацию у одного шейха...

Я постаралась абстрагироваться от болтовни Стэнли. Было бы неплохо абстрагироваться и от парочки, не прекращающей ворковать и хихикать на весь самолёт. Часть меня прекрасно осознавала, что именно происходит. Жюли действительно могла быть важной фигурой в партии. И в встреча с ней далеко не случайность. Только никогда у тебя под рукой хакер, в чьих силах взломать сервер аэропорта и личную почту кого угодно. Наверняка Фабьен всё просчитал.

Все его действия были разумны и объяснимы. Но от этого мне не становилось легче. Возможно, причина в том, что я никогда раньше не испытывала подобного чувства? Помнится, мне приходилось ревновать только брата, но это другое. Я совершенно не знала, как справиться с новым ощущением.

— Ты в порядке?!

Уловив беспокойство в голосе Стэнли, я с лёгкой тревогой сфокусировалась на ведьмаке.

— В чём дело?

— Твоя рука.

Сама того не заметив, я слишком сильно сжала стакан. Несколько осколков впились в кожу. Порезы не казались опасными, но кровь шла, Стэнли нервничал, а я раздражалась всё больше. Из-за потери контроля поранила себя и испортила юбку.

В тысячный раз заверив Стэнли, что не нуждаюсь в помощи, я вытащила отколовшиеся фрагменты и направилась в туалет. Может, ещё получится отстирать пятно.

— Кровь — плохой аксессуар.

Мыло выпало из рук и с шумом приземлилось на пол. Я обреченно вздохнула. Неужели и десяти минут не может пройти без его вмешательства в мою жизнь?

— Ты прав. Руки вместо браслета или колье будут смотреться на мне лучше, — я беззаботно бросалась словами, ища глазами мыло.

В памяти как назло всплыла приторная улыбка Фабьена, адресованная француженке, и язык решил действовать без меня.

— Как специалист, считаешь, стоит приглядеться к пилоту или кому-нибудь более экстравагантному? К французскому политику, например.

Ведьмак молчал, а я не могла разглядеть выражение его лица. Я почувствовала раздражение, но уже по отношению к себе, и мне захотелось бросить что-нибудь.

Когда потерянное средство гигиены вернулось на своё место, я не удержалась и бросила взгляд в зеркало. К моему удивлению, Фабьен оказался совсем близко. Я открыла рот, чтобы спросить, но тут же захлопнула его, подавив возмущение. Пальцы ведьмака, словно холодные кольца, обвились вокруг моего запястья и шеи.

В глазах Фабьена догорали угли гнева, и, если бы он позволил им разгореться, они могли бы превратиться в адское пламя. Но пока он контролировал эмоции, прижимая меня к себе и удерживая напротив зеркала. С каким-то хищным азартом он следил за малейшими изменениями на моём лице.

В тесном помещении смешались духота и магия, и этот запах ударил в голову. Дыхание сбилось в ту же секунду, когда ведьмак провел кончиком носа от щеки к виску и с шумом вдохнул.