По следам огнекота

Глава 14

Два рюкзака он, конечно, не вывез бы, какой-то один пришлось бы бросить. Что-то мне подсказывало, что бросили бы мой. А я так не согласна, у меня там мои вещи и оборудование: два видкама, один подбитый рыбой, а другой целый. Знали бы вы, сколько они стоят!

– Я не вижу ничего! – возмутилась я, но проводник пропустил мой жалобный вопль мимо ушей: подхватил под локоть и потащил за собой.

Как я не свернула себе шею, загадка века до сих пор. Но зато через несколько минут удалось проморгаться. Глаза, хоть и слезились вовсю, но вперёд и под ноги смотрели исправно.

В воздухе неприятно зазвенело почти на пределе слуха: анннн, наннн.

– Ложись! – крикнул Искра, и, не дожидаясь исполнения своего приказа, подсёк меня под коленки и уронил вниз.

Сам он привстал на одно колено, и я увидела, как поднимается над нами, слегка подрагивая, нечто вроде плёнки, похожей на плёнку мыльного пузыря.

В то же мгновение наверху полыхнуло! Да с грохотом в стиле «забудь про слух»: бамммм.

– Йоп! – вырвалось у меня против воли. – Это что такое сейчас было?!

– Тихо, – коротко приказал мне Искра. – Уймись!

Я проглотила обращение на «ты». В любом другом месте и при других обстоятельствах не смолчала бы. Но не здесь. Не сейчас.

Ещё один. Я, кажется, забыла дышать. Сама не заметилась, как вцепилась в Искру. Зато рассмотрела во всех подробностях. Мне кажется, или у браконьеров таких дронов не бывает? Списанный армейский? Допустим. Как протащили на планету, не вопрос. Здешний контроль, не в пример галактическому, в чёрную дыру только выкинуть. А вот где взяли…

Дрон покружил вокруг, явно нас не замечая, потом поднялся вверх и исчез.

Проводник жестом приказал мне оставаться на месте. И сам замер без движения. Субъективно прошла целая вечность, по факту – не больше получаса. Никакие беспилотники больше не появлялись.

Искра встал, протянул мне руку.

– Что теперь? – спросила я.

– Съёмку куда успела отправить? – хмуро спросил проводник.

– В облако, – ответила я. – В личное хранилище. Но, конечно, не в глобальную сеть, а здесь, по месту. Это если физически.

– Я тебе адрес скину, туда отправь тоже. Срочно.

– Так связи нет! – возмутилась я.

– Ещё бы она была, – сквозь зубы выговорил Искра. – Значит, слушай. Прежний маршрут отменяется. На нём засада, наверняка. Мы пойдём другим путём, но ты должна запомнить карту.

Услышанное мне очень не понравилось.

– Ты что, собираешься меня здесь бросить? – недоверчиво спросила я.

– Нет. Не собираюсь. Но мы можем оказаться далеко друг от друга. Я хочу, чтобы ты запомнила карту и смогла выйти сама, если вдруг что.

– Небо разгневанное, какие у вас тут кипят страсти, – выговорила я. – Кто атаковал нас?

– Сказал же, враги.

– Очень уж серьёзно твои враги упакованы. Что они здесь такого браконьерят, что оно может окупить смерть лицензированного сотрудника сопроводительной службы?

– Всё, – коротко бросил сквозь зубы Искра. – Пошли!

Мы шли лесной тропой, явно не для всех, потому что она видна была еле-еле. Будь я одна, то ничего не заметила бы. Свернуть не туда, заблудиться, – легко. Карта…

Я старательно запоминала её, я даже её записала, под неодобрение Искры – работающий видкам, даже в зоне невидимости, проивзодит так называемое тепловое загрязнение. Да, на планете пирокинетиков маскировать излучаемое прибором избыточное тепло легче, чем на любой другой, но всё же лучше естественный тепловой фон не нарушать.

– Он так мой видкам и обнаружил, верно? – спросила я. – По теплу.

– Да.

– Серьёзные ребята эти твои браконьеры.

Говорить ему «вы» я не видела смысла. Как он ко мне, так и я к нему. И я понимала, что Искра сейчас спешит вывести меня из-под удара, но…

Не понравились мне его опасения насчёт «мы можем оказаться далеко друг от друга». То есть, он предполагал, что его убьют. Высоко у них здесь игра идёт, как я посмотрю. И связи до сих пор нет.

Лесная тропа вывела нас к каменному хаосу. Какой-то великан набросал сюда груду здоровенных валунов, за тысячи лет они слежались и поросли деревьями. Где-то бежал небольшой водопадик, я слышала его звонкую песню.

– У тебя остался ещё один видкам, не так ли? – отрывисто спросил Искра.

– Верно, – ответила я. – Один целый, один ударенный рыбой.

– Ударенный рыбой, – хмыкнул Искра. – А функцию невидимости он сохранил?

– Я бы не стала полагаться на него, – ответила я. – Всё-таки прибор повреждён. Побывал в воде…

– Разве эти штуки не устойчивы ко всем воздействиям?

– Устойчивы… относительно… Но я ведь не успела выставить ему режим «съёмки под водой»! А производитель прямо говорит в инструкции, что нарушение правил эксплуатации приводит к непредсказуемому результату…

Искра вёл меня по совершенно ноголомной дороге. Одно неверное движение, и стопа попадает в щель, откуда всего два пути: или вытащишь её вовремя, не поскользнувшись при этом, или сломаешь к галактическим чёртикам. Назад оглядываться я побаивалась, потому что карабкались мы всё время вверх.

– Может быть, ты захватила с собой четвёртый? – вдруг спросил Искра. – Тяжёлый у тебя рюкзак.