По следам сказок. Несколько сказочных историй

Сказ про злодея по имени Ужас и правнуков богатыре 1.2

Так вот, именно это ярко сверкающее на солнце, невольно притягивающее взгляд, изделие древнего мастера послужило причиной того, что старая легенда из страшилки, рассказываемой непослушным детям на ночь очень умными родителями, наверное, чтобы им крепче спалось и ничего не снилось, стала вдруг злободневной и очень несмешной действительностью.

А виноват был, как это у нас принято, нет смысла нарушать традиции, один дурак. Уж не припомню, как его там звали. То ли Семён, то ли Парамон — не суть важно.

Пусть будет традиционно — Иван.

Скучно, зато привычно и не запутаемся. Ни в жизнь не забудем. Разбуди среди ночи любого и спроси, как дурака звали. Ответят не задумываясь: Иван-дурак. Тут, главное, с царевичем не перепутать, а то ещё обидится, не дай-то Бог.

Внешность его всем тоже примерно известная и, опять же, совершенно неважна. Если кому интересно, откройте любую народную сказку. Там ясно чёрным по белому написано в подробностях.

Ну, что там у него? Волос белый, глаза голубые, силушкой не обижен, зато ума недодано при рождении. А вот чего этого умника, а точнее, совсем даже наоборот, к легендарному кургану понесло, вот это уже интересно.

А надумал парнишка жениться. Ну, дело молодое, с каждым случиться может. Вот только замахнулся он ни на кого-нибудь, а на царскую дочку.

Или он сказок не читал?

Скорее перечитал их, а может и переслушал с избытком. Вряд ли сильно учёный был, чтобы самому читать.

В общем, решил.

А чем он хуже сказочных героев?

Сам красавец-молодец, поэтому лишь дочка царская ему в жёны и подойдёт, а все остальные — не его фасон.

Да и случай выпал отличиться. Царь, наслушавшись западных купцов, решил новомодное представление устроить — турнир. Грубо говоря, драчка, если по-нашему.

Иван и рад бы поучаствовать, да меча нет. Тут он и припомнил историю о том, что в степи мечик бесхозный валяется. Дурак, а смекалистый, потому как голь на выдумки шустра.

В общем, недолго думая, да и думать-то особо было парню не чем, отправился Ванюшка в степь.

Долго ли шёл?

Сказать не могу — расстояние не измеряла. Но пришёл всё-таки.

Эх, лучше бы не дошёл!

Напился бы где-нибудь по пути, что ли. Так ведь и не трезвенник-то особый был, а устоял, потому что упрям без меры.

Дошёл, значит, и с трудом, правда, на могилу взобрался. Могила, вообще-то, высокая была и крутая. Известно, что умный в гору не пойдёт. Так и Ванька-то дурак дураком. Ему что в лоб, что по лбу, всё едино. Не для него ведь меч тот был поставлен — не ему, стало быть, и доставать его.

Только когда дураков подобные мелочи останавливали?

Взобрался на могилу Иван без страха, ведь дуракам страх неведом, и вцепился рукой за рукоятку меча. Хотел он его одним махом из земли вырвать.

Да не тут-то было!

Застыл, как изваяние, словно к месту пригвоздили, да статуей обратили. Смекнул он, наконец, что мечик и в самом-то деле непростой, да поздно уже было.

Потекла его богатырская силушка через меч, да в сырую землю. А за ней и вся его алая кровушка. Текла она, текла, пока вся до капельки не вытекла.

И рад был Иван сразу-то бежать, да душа в пятки ушла и ноги к земле пришпилила. А после и дух его, ну всё что осталось, туда же через меч, да в могилу тонкой струйкой стёк.

Опал Иван-дурак на землю тряпочкой, потому что ничего уже в нём не осталось, словно лист осенний слетел с дерева. Уж слишком много, видать, в нём пороков было: глупость, жадность, да высокомерие. Вот и принёс в жертву этим порокам он свою жизнь молодую. Наверное, она и не нужна была ему вовсе, раз не берёг, да по мелочам разменивался.