По следам зверя

Глава 7. Планы, стратегии, месть

Утром пятницы Кирилл совсем не спешил на работу. Нет, конечно, он очень хотел поскорее добраться до офиса и решить все свои вопросы перед поездкой, но ждали дела и поважнее. Командировка в Краснодар ему была нужна не только для очередной презентации «Решено». После, в том же отеле, проходила встреча с главами важных веток Семьи. Вопрос стоял о поставках зелья. Васса уже не может курировать этот процесс, ведь по сути вся его сила уходит сейчас в производство. Тем временем популяция вампиров не уменьшается, порой даже прибавляет в числе, хотя это было запрещено ещё двести лет назад. Безусловно, Кирилл понимал, откуда берутся новые. Это надо было как-то остановить, но как? Не будешь же убивать таких же тварей, как и ты.

В тайне парень мечтал встретиться и с мамой. Каждый раз, когда планировался общий сбор Семьи, Кирилл надеялся, что она придёт, хотя бы тайно. Отношения с ней были сложными, но он надеялся, что однажды получится снова стать семьёй, пусть не в рамках ведьминских правил, но в разрезе общечеловеческих понятий. Они не виделись больше сорока лет после страшной ссоры. Женщина хотела, чтобы Кирилл отказался от роли ведьмака, срезал волосы и отдал свой дар земле. Так, Васса – её дедушка – смог бы забрать силу себе, а правнуку дать свободную жизнь без воспоминаний о долге Семьи.

Аглая и сама редко появлялась и ещё реже интересовалась родственниками. Каждое появление матери Кирилла было неожиданным: она будто тенью просачивалась на мероприятия и старалась не взаимодействовать с окружающими, прожигая печальным взглядом своих сына и деда. Её мучило ужасное чувство вины, она не могла всех бросить, но мечтала о том, чтобы этот обрядовый круг наконец закончился, чтобы наконец пожить спокойно и тихо.

Кирилл сильно с ней поругался при последней встрече. То ли ему было обидно потому, что она оставила его в старом доме, практически не навещая, то ли потому, что он понимал, что своим бездействием мать переложила на него всю ответственность – честно он даже себе не признался. Но Васса в него искренне верил, учил его всяким мудростям, заботился, как о собственном сыне – что ещё нужно было мальчишке, когда мать его бросила?

Кстати, о настоящем отце юного ведьмака никто никогда не вспоминал. Кирилл не задавал лишних вопросов, но и ответов нигде не находил. Он хотел спросить сразу у матери. Он много чего хотел спросить. Но из-за своего дерзкого характера каждый разговор парень выводил в скандалы.

Теперь ведьмаку нужно было ещё раз проработать свой план. Клан вампиров, в котором состояла Эмилия, всегда шёл наперекор установленным правилам. Они никак не хотели принимать зелье и оставить человеческую кровь в прошлом. Впрочем, они не признавались, откуда берут пропитание. Всегда были ухмылки да отмазки, но и за убийствами их никто не замечал. Пропажа людей? Так все, кто пропали, потом появлялись в совершенно случайных местах абсолютно целые, без шрамов, с вытертой начисто памятью. Всё было так гладко, что Семья оставалась бессильной. Поэтому нужно было спровоцировать клан, чтобы вывести их на чистую воду.

Вампиров, которые не давали покоя мирным существам, было всего четверо: Георг, Юта, Эмилия и Карла. Но это только официально заявленная информация. В реальности их, конечно, было больше. Георг и Юта, как главы вампирского рода, тщательно прятали новобранцев от глаз Семьи. Они были приверженцами старых традиций – считали, что нет нужды сдерживаться в своей «охоте», а человеческую кровь нельзя ничем заменять – это якобы неестественно. Клан вампиров носил фамилию Вурд, и эти четыре буквы стояли костью в горле у каждого члена Семьи. Не сосчитать, сколько смертей на руках у этих кровососов за всё время их существования. Безусловно, когда Семья начала борьбу против убийств, Вурды пришли в бешенство. Другие вампиры тоже пытались бороться, но со временем согласились на условия мирного сосуществования и даже сейчас иногда помогают ведьмам в каких-то делах уже без страха, но с уважением. Для многих бессмертных зелье стало способом вернуть себе радости обычной жизни: не чувствовать больше безудержного голода, не рисковать разоблачением, не прятаться – жить в созидании и спокойствии. Кстати, многие из вампиров в прошлом переехали за город и стали выращивать разные овощи и фрукты. По их словам, ничто не сравнится с красотой природы в месте её наиболее яркого цветения.

Георг был самым старым вампиром в клане. Он существовал уже многие века, поговаривают, он даже чуму успел застать. Выглядел он, правда, не как мужчина, переживший одну из самых тяжёлых болезней человечества. Увидев его в реальности, обыватель ни за что бы не подумал, что это вампир. Он может смешаться в толпе среднестатистических мужчин возрастом лет за сорок из-за высокого роста, худощавого телосложения и бледности. Но этот взгляд, полный тоски и злобы, – тот самый, который чуешь нутром, даже если не замечаешь источник. Его жена, Юта, напротив – яркая брюнетка с улыбкой на лице, которая не спадает даже при самых тяжёлых разговорах. Она всегда будто парит в воздухе, а её звонкий смех пробирает до мурашек. Юта моложе Георга на пару столетий, а внешне – на пару десятков человеческих лет. Карла – маленькая девочка лет восьми – попала в клан позже, в тёмные времена, когда дети чаще умирали, чем рождались. Так и она в совсем юном возрасте угасала на глазах от лихорадки где-то в середине девятнадцатого века. Уже тогда активно распространялся запрет на обращение новеньких вампиров, но Георг сжалился и подарил малышке шанс выжить, пусть и ценой вечного голода и бессмертия. А вот с Эмилией было уже непросто. Её обратили в годы Первой мировой войны, хоть Семья и тщательно следила за численностью всех тварей. Естественно Васса тогда созвал совет всех существ, предъявив обвинение Вурдам в жестоком нарушении договорённостей. Их осудили единогласно, и весь клан был надолго изгнан из человеческих земель туда, где можно встретить разве что медведей и волков в снежных долинах. Впрочем, гнев Миротца не был вечным, и он предложил сделку Георгу: возвращение в обмен на поиск иных способов пропитания конкретно для его семейства. Конечно, вампиры вернулись, но обида никуда не пропала. Теперь они действовали скрытно, обращая больше людей и соответственно больше убивая. Только в этот раз они поступали хитро, нападая в основном на обездоленных и больных. Так люди чаще думали, что человек ушёл своей смертью или от какой-то заразы, поэтому трупы попросту сжигали, уничтожая улики. По сей день они именно так и действуют – нападают на тех, кого мы в жизни особо не замечаем. Никто же не пойдёт считать количество бомжей, одиноких стариков, брошенных больных. Но доказательств причастности именно клана Вурд нет.