По темным заводям.

Глава 19

Глава 19

Земляное жилище оказалось пустым. Ардан огляделся: за пологом, прикрывающим вход, три стены, образованные в результате добычи какой-то руды, или просто камней для сакрального кургана, были покрыты толстым слоем сажи; на потолке из березовых жердей свили гнездо лесные птахи; очаг, в центре, еще теплился, пуская тонкие струйки дыма.

– Я с добром! – крикнул богатырь, выйдя наружу.

– Нет повода усомниться. Доброго здравия, сынок!

Высокая и все еще изящная женщина, стояла напротив, со смесью мгновенной радости и затянувшейся печали на светлом лице.

– Духи мне нашептали, что ты по делу меня ищешь. Просто так и не наведался бы никогда.

– Не прогневайся. Давно я в своих краях стал чужим и шастать по ним таясь, как незваный гость не к лицу. Я сейчас к тебе с болью и вопросами.

– Заходи в мое скромное жилище да поведай мне, чего я еще сама не знаю.

Гость протиснулся в глубь низко клоня голову и присел, на указанную низкую лежанку, покрытую толстой медвежьей шкурой. Другой мебели в помещении не было.

– За брата не кручинься – его призраки из рода по моей просьбе берегут, – опередила мать, тяжелые признания.

– Так ты знаешь?

– Разумеется. Сокровенные знания, необычные способности приоткрываются не сразу, постепенно, но я не тороплюсь и вкушаю их с интересом, постигаю с покорностью.

– Отрадно осознавать, что не даром ты хоромы теремные покинула. А с отцом, точнее с его духом, ты соприкасалась?

Женщина чуть улыбнулась уголками губ:

– Нет, родной. Его дух покой обрел в небесных чертогах, а ежели и спускается к сакральному кургану, так мне о том не ведома покамест.

Ардану теплое обращение матери как мед по сердцу пролились. В памяти промелькнули счастливые дни, когда они были все вместе, как младший царевич Дарма впервые взял в руки деревянный меч и сердился, пытаясь срубить ветку поваленного дерева, а родители ласково подбадривали его. Впервые его постигла тоска по временам, которые не вернуть.

– Тогда ответь мне, как поступить с требованиями злодея Куль-Отыра? Отдать ему людскую девицу в обмен на брата? Боюсь, погубит он душу невинную против его злодейских намерений бессильную. А я навлеку гнев соседей, похитив невесту Звенислава.

– Ты как всегда по чести жаждешь поступать, а против лиходеев хитростью надо, да обманом. С решением не торопись, обдумай, взвесь все и к сердцу своему прислушайся. Но дальше края зимы не затягивай. Там другие беды могут нагрянуть.

– Какие такие еще беды?

– Нет смысла говорить о том, чего может не случиться.

– Хоть намекни.

– Незачем.

– Матушка!

– Не настаивай. Пойдем, я лучше тебе покажу кое-кого.

Прошли между заросшими курганами, принадлежащими незнамо кому, вышли из небольшого лесочка и возле озера с цветущей водой и густым ковром, затянутого мелкими водорослями, остановились.

– Кого ты хотела мне показать? – удивился богатырь, не заметивший хоть что-то необычное.

– Имей терпение. Видишь те пятнышки зарослей, что посередине озера? Вскоре, как и каждый вечер на закате, неведомые глубины начнут выпускать пузыри, а плавающие островки прибьются ближе к берегу.

Ардан присел на сочную траву, стянул с ног мягкие чирки и стал поджидать, всматриваясь в даль. Мать сидела рядом. Они оба молчали, но это была объединяющая и исцеляющая внутренние раны тишина. Взрослый мужчина, глубоко хранивший потаенные детские обиды на всеобъемлющую любовь родителей к младшему брату, был очень удивлен спокойствию родительницы, знавшей о пленении Дармы. Он был уверен, что мать будет настаивать поступиться совестью и обменять молодого царя на беспутую человечку – ан ошибся.

Белесая пелена тумана поползла по округе, наваливая дремоту. Тихий волшебный звук, исходящий из сердцевины заколдованного озера, наполнял окружающее пространство и заглушал редкие всплески выхода болотного газа. Маленькие островки поплыли по озеру в сторону берегов, приближаясь они становились заметнее и крупнее. Самый центральный прибило аккурат возле ожидавших. Служительница духам усопших приблизилась к зарослям папоротника, раздвинула его стебли и шепотом призвала сонного сына подивиться на чудо.

Богатырь, немало повидавший всевозможных существ, коими населена матушка-земля, не смог скрыть своего изумления. До этого дня он был уверен, что воспеваемая в старинных сказаниях Птица Сирин не существует на самом деле. Оказалось, он был не прав. В гнезде из свежих тонких ветвей сидел необычный лазоревый птенец с головкой юной девочки и печально улыбался навестившим ее. Вокруг неокрепшего создания были разбросаны небесного цвета шелковистые перья взрослой птицы, судя по которым величина матери достигала не более обычного ястреба.

– Вижу, Ардан, что не чаял ты меня увидеть, – пропела дивная птица. – Матушка твоя предвидела твой приход и рассказала о тебе – не удивляйся.

– Не ведаю даже дивиться стоит или ужасаться. Ведь если верить, тому что говорят – ты предвестник страшной беды.

– Не мы беды насылаем. Ваши алчность, властолюбие и бессердечность приводят к несчастиям, бросают на завоевания, заставляют предавать. Трусость и слабость добавляют силы любой мерзости. На нас охотятся и губят, считая, что так спасутся от неминуемого и сотворенного не по нашей вине. Птицы Сирин наоборот зарождаются в предупреждение и в помощь, даруют спасение, тем кто непременно заслуживает своими праведными деяниями.