По темным заводям.

Часть 2 Глава 14

Глава 14

Забывая делать регулярные вдохи, Корилипп с усилием протискивал свое давно отжившее по всем законам Мироздания тело в узкий тайный лаз над главным залом обиталища Куль-Отыра. Вокруг царила тишина, поэтому его продвижение по частично обрушившемуся извилистому коридору должно быть в полной мере осторожным и незаметным. В конце пути его ждало разочарование в виде замурованной снаружи двери, о чем свидетельствовали острые концы забитых с наружи железных скоб и отсутствие веревочной лестницы. По которой он сползал последний раз. Выходит, лаз не такой уж тайный оказался. Свергнутый правитель приник к отверстию замочной скважины. Начищенный до блеска трон черного злодея пустовал. Копошащиеся в углу слуги, были заняты пересчетом награбленного в окрестностях добра. Запуская короткие щупальца в глубокие сундуки и рассматривая сверкающие в тусклом свете соляных светильников безделушки, они привычно не обращали внимание на прикованных к соляному столбу воле трона пленников.

Черноволосая головка прекрасной Дильназ покоилась на плече вконец исхудавшего, обессиленного богатыря Дармы. Смотреть на эту пару несчастных без глубокого сожаления было невозможно. Столько мучений, непосильных страданий они перенесли, а впереди ждет только смерть от грозных вод, направленных армией Ардана из чистых, незамутненных рек. Плененный молодой царь вздохнул, в ответ веки девушки слегка вздрогнули и замерли в спасительной отрешенности от происходящего. Корилипп держал свой план по спасению именитых пленников в тайне от всех, и досадуя на сокрушительный провал своих планов, возможно в первые в жизни, потерял самообладание. Он горел желанием потратить последние крохи своей жизни на сокрушение возведенной приспешниками Куль-Отыра преграды. За себя великий слизень не тревожился. Останавливало одно, если он выдаст свое присутствие – враг поймет, что планируемая атака начнется в ближайшее время. А этого невозможно допустить.

Внизу раздался грохот распахиваемых дверей и в зал ворвался кровожадный тиран. Широко расставляя ноги, он стремительно направился в сторону трона, волоча за собой тяжелые полы черной шкуры, сползающей от быстрого передвижения. На ходу пнув сапогом Дарму и тем самым приведя его в сознание, злодей зашипел: «Твой трусливый братец прячется за разношерстной горсткой последних боеспособных воинов со всей округи, называющих себя армией. Скоро он узнает, что такое настоящая армия. Мои славные воители из темной сущности уже давно жаждут чем поживится. Ардана я на твоих глазах спою самым достойным из них. Опосля покончим со всеми, посмевшими посягнуть на мою власть и мои замыслы. Я уничтожу жалких людишек первыми, а за ними последуют полозы и другие племена, из тех, что не соизволят добром примкнуть ко мне».

– Ты ослеп в своей злобе, – шепотом, с трудом двигая потрескавшимися, кровоточащими губами произнес Дарма. – Если ты уничтожишь все разумное живое на земле, то останешься со своими жалкими бестелесными тварями, которые следом сами до тебя доберутся. Надрывно откашлявшись, умирающий богатырь продолжил, – Как наблюдается, никто добровольно к тебе не примкнул, кроме этих зловонных, веками, ползающих под землей.

Разъяренный смелой речью пленника Куль-отыр пнул его в ослабленную грудь, тем самым заставив замолчать. Дарма дернулся, из его рта пошла окровавленная пена и он потерял сознание.

Дильназ, с ужасом и отчаянием наблюдавшая за произошедшим, выпрямилась на коленях и попыталась плюнуть в лицо презренному негодяю, но ее плевок лишь повис на краю плотной шкуры, укрывавшей врага с ног до головы. Куль-отыр схватил девушку за спутанные волосы, отер ее светлым лицом свое одеяние и с силой отшвырнул несчастную назад. Пленнице удалось в последний миг изогнуться и не удариться головой о твердый подлокотник трона. Она диким загнанным зверем смотрела на негодяя, готовая к решительной последней схватке до последнего вздоха, если понадобиться.

«Храбрая девочка», – с сожалением подумал Корилипп, ставший свидетелем разыгравшейся сцены. «Твоя короткая загубленная жизнь будет стоить дороже бесполезного существования всех предателей из моих подданных».

После того, как Куль-отыр отправился восвояси, гремя тяжелыми дверями покоев, бывший правитель медленно потащил свое тело в тайное убежище. Ему предстояло, возможно в последний раз, провести ритуал очищения мира от разрушающего зла скверны.

Снадобье никак не вступало в действие, ясность сознания не отступала, обождав недолго Корилипп принял дополнительную порцию, и только тогда сумел прогрузиться в пограничье. Разрушительный поток черной мерзости хлынул через него, направляемый в заключение в далекие, бескрайние ледяные края. С горечью древний слизень отмечал разлив злых намерений, зависти, жестокости, возрастающих с каждым очередным ритуалом. Духи, тени которых он различал по ту сторону бытия пребывали в унынии, их потусторонний мир рушился одновременно с миром живых.

Внезапно человеческая речь разрушила окружающее безмолвие.

– Говорил худо это! – раздражительно верещал коренастый человечек, размахивая меховыми рукавицами перед лицом молодого богатыря, хмуро взирающего на пробивающиеся из-под поверхности многочисленные ледяные щупальца.

– Залатать бы надобно.

– Чем залатаешь, дурья твоя башка? – возражал седовласый воин.

Заметив взор непонятного жуткого существа, взирающего на них сквозь кристальную поверхность, все трое разом отпрянули. Усомниться, в том, что его видят люди Корилипп не мог. Слишком очевидна их реакция.

– Это ты нам тут землю губишь? – осмелев проговорил Ясень, вращая мечом возле широкого ледяного языка.