По тонкому льду

Глава 33

Вова Троян

Её лицо залито слезами, а на губах играет улыбка. Как такое возможно? Я минут пять наблюдал, пока Женя металась из стороны в сторону, разглядывая мой книжный шкаф. А теперь подходит ближе, изучает меня, касаясь лица, проводит пальцами туда-сюда, словно впервые видит. Чёрт возьми! Я уже и так на грани!

Обнимает меня, прижимаясь лбом к моей груди. Чувствую на футболке влагу от слёз. Что-то говорит, но я словно оглох. Она узнала! Честно говоря, я сомневался. Иногда мне казалось, что Женька давно поняла, кто я такой, и как в школе играет со мной в свои жестокие игры. Но теперь я вижу, что ошибался, потому что она выглядит слишком шокированной. Даже немного не в себе. Не верит своим глазам.

Отходит немного в сторону, снова вглядывается в моё лицо, как будто пытается найти в там старого Вову, но никак не может.

Я же стою неподвижно, крепко держась руками за край стола, так что аж костяшки пальцев побелели. Могу ли я дотронуться до неё без вреда для своего сердца? Не будет ли также больно, как пять лет назад, когда она ушла, не оставив и следа? Ведь тогда я ещё долго не мог выгнать её из своей головы и сердца.

Пока я прибываю в своих мыслях Женя приближается ко мне, обхватив обеими руками моё лицо, неуверенно касаясь своими губами моих. Это лишь лёгкие и нежные прикосновения, едва ощутимые, от которых меня сразу уносит. Что-то неразборчиво шепчет в губы. Но я не могу разобрать ни единого слова. Моё сердце наполняется счастьем и радостью, а ещё страхом. Я боюсь снова потерять её.

— Что ты делаешь, Женя?

— Извини! Просто я не могу контролировать себя, я так скучала, — говорит она с придыханием и продолжает слегка касаться моих губ.

Здесь, я уже не сдерживая эмоций, притягиваю ближе к себе и впиваюсь в её чувственные губы, слишком откровенно, глубоко. Вкладываю в свой поцелуй всю ту боль, которую чувствовал, когда она ушла. И счастье, которое чувствую сейчас. Я опускаюсь ниже, прохожусь от шеи к груди, жадно целуя каждый миллиметр её ароматной кожи. Чувствую, как руки скользят по моей спине. Прикрываю глаза, наслаждаясь моментом. Но она внезапно отпихивает меня. Отхожу в сторону, всё ещё пожирая её глазами. Жадно хватаю воздух ртом, но никак не могу надышаться.

— Почему ты не сказал? Всё это время ты водил меня за нос. С каких пор ты понял кто я? — раздражённо спрашивает Женя и тоже часто дышит.

— Сразу!

— Сразу? — округляет глаза и издаёт нервный смешок. Бьёт меня в живот со всей силы. Неожиданно! А затем лупит куда попало: в грудь, по плечам, сжимает свои нежные руки в кулачки и колотит меня, словно боксёрскую грушу. Смеюсь. Ну, действительно, это очень забавно наблюдать за её гневом.

— Посмотри-ка, он ещё смеётся! Кто ты такой? И куда ты дел моего Вову? Что ты с ним сделал, признавайся, — кричит она.

— Это я, Женька!

— Не ври! Этот накаченный громила с лохматыми патлами и бородой, не мой Вова, — шипит она, словно змея.

— Он самый! Ты просто настолько слепая, что не смогла узнать своего друга! — дразню её.

— Вот это мой Вова, — показывает на фотку пальцем. — А это не мой!

Глазища у неё сейчас злющие и какие-то дикие, но от этого мне становится ещё смешнее. Непроизвольно уворачиваюсь от её метких ударов и начинаю убегать, но эта мелкая чертовка не отступает. Преследует меня по всему кабинету, продолжая лупасить. Боюсь, мы сейчас всё здесь разнесём, если не остановимся.

— Всё, хватит, Женя, — уже хохочу во весь голос, хватаясь за живот.

Подхватываю её за ягодицы и усаживаю на стол. Замираем всего на секунду в зрительном контакте, тяжело дыша. Сквозь тонкую ткань её футболки, вижу как вздымается грудь, мысли и эмоции сбились в кучу. Хочу её всю! Здесь! Сейчас!

Тянет меня за майку к себе. Опять целует, но на этот раз по-настоящему, страстно мнёт мои губы, покусывает их. Одним рывком скидываю футболку и швыряю на пол, подвигая Женьку ближе. Проникаю под тоненькую маечку осторожно избавляюсь от неё, ощущая под пальцами горячую кожу. Мы смотрим друг другу в глаза, и в этот момент мир вокруг исчезает. И мы тонем друг в друге.

***

Глядя на спящую Смирнову, я всё никак не могу поверить, что она рядом. Столько лет я об этом мечтал и ещё столько же времени пытался выкинуть эти мечты из головы.

— Ты уже проснулся? — открывает глаза и тянется ко мне, чтобы поцеловать.

— Боюсь спать, вдруг закрою глаза, а ты снова испаришься, — отвечаю.

— И не надейся, Троян! — восклицает она и одновременно касается губами моей шеи, груди…

— Я хочу кое-что спросить!

— Спрашивай, — произносит Женя, продолжая ласкать моё тело.

— Все эти пять лет мне не давала покоя одна вещь! Жень, те слова, что ты сказала мне на выпускном, были правдой? — решаюсь всё-таки спросить.

Женя замирает и с серьёзным лицом смотрит на меня, бегая глазами по моему лицу.

— Конечно, Вова, — отстраняется и садится на край кровати, оголяя свою изящную спину. Мой взгляд падает на её татуировку.

— А что означает твоя тату на запястье? — интересуюсь я.

— Ничего! Это был протест! Первое, что я сделала, когда сбежала от Стаса — эта татуировка. Как бы напомнила себе, что я свободна и могу делать всё что угодно!