По Ту Сторону Двери

Глава 10 "ПОМУТНЕНИЕ"

Я устроилась на полу прямо посередине зала и долго сидела, уставившись в пустоту, время от времени разглядывая свое кольцо. Мне совсем не хотелось его снимать, и я не снимала. Казалось, если сниму его, что-то разорвется и уже больше никогда не воссоединится.

Мысли летали далеко за пределами этой комнаты. Возле меня покоилась полупустая бутылка Бурбона Кентукки. Даже сидя на полу, мне едва удавалось удерживать равновесие. Алкоголь? Как же это было на меня непохоже. У нас в семье не было алкоголиков. Мой отец был примерным семьянином и никогда не пил. Мать была учительницей старших классов. Но откуда же тогда это желание вспыхнуло во мне? Обдумывая это, я сделала еще один большой глоток. Как противно! Но к вкусу я уже успела привыкнуть и, кажется, почти не морщилась.

Почему алкоголиков так тянет к этой гадости? Почему я это делаю? Ответ быстро пришел ко мне и показался очевидным. Это была всепоглощающая безысходность. В голове мелькали вспышки кадров из кино, где отчаявшиеся герои топили свое горе в бутылке алкоголя. Несмотря на то что никто и никогда не заявлял, что это хоть как-то помогает справиться с проблемами, именно этот способ я решила испробовать на себе, чтобы забыться. Легче мне, конечно же, не стало, но появилась некая раскрепощенность. Да и мысли сделались столь дерзкими и отважными, что даже не верилось, как беспрепятственно они носились в моей голове.

Я была очень пьяна. Однако было в моем состоянии что-то еще… То самое дежавю. И не только… Словно все происходящее было каким-то страшным сном – сном наяву. Словно это было давно… и не со мной… Возможно, такое состояние у меня было из-за интоксикации. Но в последнее время все было очень странно. И самым странным было ощущать терзающее безмолвие, когда я пыталась копаться в своих воспоминаниях…

Я подняла с пола нож с красивой рукояткой. Как он оказался у меня дома – я напрочь не помнила. Пугающая тишина и здесь раскинула свои сети безмолвия. Я поднесла его близко к лицу и начала зачарованно разглядывать детали на рукоятке. Фокусировать взгляд было очень тяжело. Рукоятка была бронзовая, с резными орнаментами. И вот с помощью этой вещи можно было все прекратить. Каково это – больше не иметь возможность дышать? Я задержала дыхание настолько, насколько смогла. Продержавшись какое-то время, я с жадностью сделала глубокий вдох. Не дышать было исключительно неприятно. Стало быть, умирать тоже очень неприятно. Я вздрогнула от этих мыслей. Меня одолело знакомое мне чувство. Снова это дежавю! Неужели я уже думала об этом раньше? С чего бы? Не может этого быть. Но что еще могло быть больнее предательства близких людей? Ответ показался мне очевидным – ничего. В моей груди проросло чувство беспомощности. Как же хотелось ясности. Хотелось, чтобы солнце поскорее взошло над моим помутненным сознанием.

А вдруг я не помню какие-то важные события? Может, я догадывалась о том, что Уилл женат? Ведь он как-то странно себя вел, когда увидел меня. Точнее, он никак себя не вел – ничего не сделал и не попытался объясниться. Но ведь мы помолвлены! Я посмотрела на кольцо и тяжело вздохнула. Не помню… Ничего…

Господи! Разве об этом можно было бы забыть?! Невозможно! Память не может быть настолько жестокой и играть такие злые игры! Я не верю, что может! Пока я прокручивала в голове эти мысли, нож медленно, как в каком-то зачаровывающем танце, продолжал крутиться в моей руке.

Я тряхнула головой, надеясь, что это хоть немного заглушит бестолковые мысли. Я почувствовала, что углубляться в океан своих размышлений опасно, я вполне спокойно могла бы там утонуть.

Нет. Нельзя быть такой слабой. «Не могу справиться, значит, надо звать на помощь, и желательно знающих людей», – прорывался откуда-то тихий внутренний голос. Справляться со своими эмоциями становилось очень тяжело. Я словно хваталась за хрупкую соломинку, которая удерживала меня от падения в пропасть, которая называлась – безумие. Соломинка, которая в любой момент могла сломаться… И тут я поняла. Мне нужен врач! В тот момент я как никогда, почувствовала благодарность своему доктору, который достаточно искренне и настоятельно советовал мне обратиться к психологу. Наверное, неспроста он так сильно настаивал, повторяя мне это многократно перед выпиской. А психолог – это Ник! Мой единственный верный друг. По крайней мере, был таковым, когда мы вместе учились в школе. Я ему доверяла. Он мог бы мне помочь. Ник предлагал гипноз. Таблетки особо не помогали. А вот гипноз… Он мне поможет. Я справлюсь и начну новую жизнь – жизнь без Уилла. Я должна верить! Я буду верить! От этой мысли мне стало немного легче. А когда представила Ника и вспомнила, в какого красавца превратился он, мне вновь стало неловко, поскольку не к такому Нику я привыкла в школе. И о чем я только думаю?! Все это не важно! Важно только то, что у меня есть шанс начать новую жизнь без страхов и наваждений.

В голове откуда ни возьмись, как яркая молния вспыхнула новая мысль: «Месть». И, прежде чем мысли унесли меня в блаженные размышления, я быстро встряхнулась. Напряглась в очередной раз, пытаясь перестать думать. Лучше допью виски. Я подняла бутылку и обнаружила, что та почти пустая. Перед глазами все плыло. «Так вот оно что…» – медленно начало до меня доходить. Я поймала себя на мысли, что мне было не больно, мне было все равно. Вот оно, облегчение от алкоголя. Вот почему он превращает людей в своих рабов.

Я решила воспользоваться этим состоянием и мыслить позитивно. Я дышу, и это уже хорошо. Но внезапно дышать стало труднее. Я попыталась встать и, не сумев сохранить равновесие, упала. Тело наотрез отказывалось меня слушать, и голова кружилась так сильно, как если бы меня усадили в гигантскую юлу. Было очевидно, что одна я не справлюсь. Я начала судорожно нажимать на экран телефона, набирая Элисон. Номер, как назло, был недоступен. Я в отчаянии набирала номер снова и снова, пока не сдалась. Телефон в конце концов выскользнул из руки и упал на пол.