По ту сторону двери: Книга 2

Глава 6

Глава 6

«Кто сказал, что люди не меняются? Плюньте ему в лицо. Все, кто живет, вынуждены развиваться и меняться в силу обстоятельств. Неизменны остаются, наверное, только боги»

Из дневника Йонса Канги.

***

Мирай не вышел из шалаша ни тем вечером, ни следующим утром. К Оширу лекарь никого не пускал. Сайк смог лицезреть его только следующим вечером, и эта встреча мечника не обрадовала. Никто еще не видел спокойного и холодного Мирая таким расстроенным. Конечно, лекаря тут же обступили со всех сторон с расспросами, но Мирай молча протиснулся сквозь окружение и ушел к костру.

- Как он? – Сайк, как главный в отряде, не собирался сдаваться.

Лекарь еще некоторое время невидящим взглядом смотрел на огонь, потом все же ответил:

- Плохо. Тварь вырвала мышцу до кости. Потеря крови такая, что я удивлен, как он еще жив. Боль, которую он испытывает, я даже представить не могу.

- Есть какие-то предложения?

- Не знаю! – огрызнулся Мирай и с гневом посмотрел на Сайка – Руку нужно было перетянуть выше раны, чтобы не допустить такой потери крови! Это ваша вина! Что я теперь могу для него сделать? Отрубить руку? Из-за грязных тряпок, которыми вы делали перевязки, рана загнила.

- Это моя вина. – не стал отрицать мечник – Я плохо заботился о нем.

- Ни мне, ни Оширу не легче от твоего раскаяния. – буркнул Мирай, вспышка гнева уже отпустила.

- Мирай, пожалуйста… - Сайк вздохнул, слова давались ему тяжело – Ты талантливый врач…

- И без твоих просьб сделаю все, что смогу. – круто развернувшись, Мирай ушел в хижину. Только кончик длинной косы хлестнул Сайка по руке.

Тем же вечером возле Ошира собрались Сайк, Нэйс, Хиора и Мирай, который и так от больного не отходил. Лекарь сбил Оширу жар, чтобы тот понимал, о чем ему говорят.

- Дела плохи, Ошир. – честно сказал ему Мирай – Рука твоя работать больше не будет: мышцы нет. Рана загнила. Прости, руку придется отнять.

- Что? – охотник не на шутку испугался – Дак, как я? Без руки как мне?

- Выбор прост. – грубовато вставил Нэйс – Или рука, или жизнь.

- И зачем мне жизнь калеки?! – взъерепенился Ошир – Как я себя кормить буду?!

- А ты, прям, ешь так много – не прокормить! – фыркнул Сайк – Семьи у тебя нет пока, успеешь свыкнуться. И ты правша, а рука-то левая!

- Нет, братцы! – охотник упрямо замотал головой – Нет, не согласен я!

- Смерти хочешь?! – рассердился Мирай – Кому станет лучше, если ты умрешь?! Сайку нужен следопыт! Чихать он хотел на твои руки, и сам неплохо охотится! И мне тоже не нужен мертвец! Я – врач! И буду плохим врачом, если мой больной умрет! Как, по-твоему, я буду с этим жить?!

Ошир был ошарашен. Он с детства знавал Мирая, его семья жила по соседству, но никогда не видел он, чтобы у этого мальчишки в глазах стояли слезы. Даже виноватым себя почувствовал.

- Вот что, Ошир! – решительно сказал лекарь – Плевать мне, что ты хочешь, а чего нет. Я сделаю то, что должен. Нэйс?

Нэйс сразу понял, чего от него хотят, и вышел из шалаша – точить секиру. Мираю не хватит сил, чтобы с одного удара отсечь покалеченную руку охотника.

- И вас тоже попрошу. – голос лекаря был усталым.

- Что ты хочешь сделать? – испугался Ошир, оставшись с ним наедине. Жар возвращался, в глазах уже мутило.

- Спасти тебя. Хочешь или нет.

Мирай зажег в кадильнице какую-то траву и вышел. Охотник не протянул долго – сморило крепким, словно смерть, сном.

***

- Элерн, я войду? – громко спросила Сэни, держа в руках поднос с угощением. Нашла в его запасах муку и сахар, о заквашенном молоке пришлось просить Лри. Он принес.

- Конечно, входи. – услышала она мягкий голос и, толкнув дверь, вошла.

- Я испекла булочек. – громко сказала она, ставя поднос на столик, и добавила тихо – Хочу поговорить.

Элерн плотно закрыл дверь и так же громко объявил:

- Они восхитительно пахнут! – и добавил тише – Что-то серьезное?

- У тебя большая библиотека, но я не нашла ничего интересного, чтобы почитать. – Сэни разлила по чашкам душистый травяной чай и тихо сказала – Я хочу знать о Йонсе. Как смог их разбудить? Может, есть какая-то полезная информация?

- А что бы ты хотела почитать? – Элерн встал, задрал ковер, простучал половицы и открыл тайник. На свет был извлечен резной сундучок в кованой оправе, а из сундука – старая, сильно потрепанная книга в кожаном переплете – Это все, что осталось от Йонса – его дневник. – тихо сказал ей отшельник – Но в нем ничего нет, никаких сведений. Я много раз его смотрел.