По ту сторону экрана

Глава 1. Испанская посадка

Аэропорт Барселоны дышал жарой даже в закрытых переходах. Воздух был плотным, пах морем, пластиковыми сэндвичами и чужими духами. Катя вышла из самолёта последней — не спеша, как всегда. Рюкзак с ноутбуком на одном плече, лёгкая бежевая куртка небрежно перекинута через руку. Она выглядела так, словно летала в бизнесе, хотя сидела в экономе — в ней была та самая взрослость, что даётся не возрастом, а осознанием себя.

Рост около 173 сантиметров, длинные ноги, тонкая талия, слегка вывернутые бёдра, будто она всю жизнь занималась танцами, хотя на самом деле — йога и нервы. Светлая, почти прозрачная кожа с тёплым подтоном, от которого кажется, будто она немного загорела — но это просто её оттенок. Волосы — густые, пепельно-русые, слегка волнистые, собраны в небрежный пучок. Несколько прядей выбились и мягко касались скул. Она не поправляла — в этом было что-то намеренное.

Лицо у неё — интересное. Не модельное, не «девушка с рекламы», а настоящее. Высокие скулы, прямой нос, тёмно-серые глаза с лёгкой зеленью в глубине. Губы полные, но без нарочитости. Взгляд — тяжёлый, уверенный. Такие женщины могут долго молчать, и ты всё равно почувствуешь, что она тебя уже оценила. И не в твою пользу.

Катя была красивой — но ещё более она была живой. Уставшей, но живой.

На ней были чёрные прямые джинсы, белая рубашка и кроссовки. Почти ничего из украшений, кроме тонкого серебряного кольца на среднем пальце правой руки. Это кольцо было старым, немного поцарапанным. Его она не снимала даже на границе.

Она выдохнула, держа паспорт в руке, и усмехнулась краешком губ.

— Ну здравствуй, Испания… Надеюсь, ты этого не пожалеешь.

Позади кто-то чихнул, впереди — испанская семья громко переговаривалась. Катя надела очки с лёгкими затемнёнными линзами и пошла вперёд по коридору, как будто знала этот путь наизусть.

Она не знала. Но выглядела так, словно знала всё.

Лента с багажом ехала медленно, как будто издевалась. Чемоданы катились один за другим, одинаковые, невыразительные. Катя стояла, прислонившись к стойке, наблюдая за этой странной каруселью чужих жизней. На ней было полное отсутствие макияжа, только усталость и прозрачная пудра — и всё равно она выделялась. Даже здесь, даже среди десятков туристов.

— Ну давай, родной, покажись, — пробормотала она, щурясь.

Через минуту показался её чемодан — серый, поцарапанный, с белой наклейкой «FRÁGIL», которая была совсем не про его содержимое. Она схватила его, бросила на тележку и выехала к выходу, ощущая, как подступает жара. Никакая не сухая — это был влажный, плотный воздух, словно кто-то дышал тебе в лицо. И пахло здесь… сладко. Испания пахла фруктами, кожей и бензином.

На автомате она достала телефон, открыла знакомый интерфейс такси и набрала адрес, который выписала заранее: Avinguda Diagonal, 486, Barcelona.

Язык переключился на испанский, и она без труда заказала машину. Ещё со школы осталась привычка зубрить. Не идеально, но сносно — она говорила на испанском, как умная туристка.

Ждать пришлось недолго. Маленький чёрный Seat подъехал к бордюру. Водитель — лысый, в рубашке, с загорелыми руками — вышел, помог погрузить чемодан.

— ¿Primera vez en Barcelona? — спросил он добродушно, заведя двигатель.

— Sí, pero ya me gusta — ответила она почти без акцента и улыбнулась уголком рта.

Она села на заднее сиденье, прикрыла глаза, и машина поехала. Сначала мимо аэропортовой дороги, потом по трассе. Мелькали пальмы, рекламные щиты с незнакомыми названиями, здания с крошечными балконами. Барселона открывалась перед ней не как открытка, а как организм — с шумом, с жаром, с запахами. Всё это будто шептало: ты здесь чужая, но можешь остаться.

Катя смотрела в окно. Она не чувствовала ни эйфории, ни тревоги. Только странное, ровное ожидание. Как будто здесь, за каким-то углом, что-то должно случиться. Но пока — просто дорога.

В голове всплыл голос матери:

«Сама-то понимаешь, куда едешь? Уволилась, всё бросила, без мужа, без опоры…»

«Мам, я не в пустыню. В Барселону. На полгода. Не преувеличивай».

И всё же — когда самолёт коснулся земли, внутри будто что-то хрустнуло. Как будто теперь всё действительно началось. Всё, что она долго не решалась признать.

Машина свернула с широкой улицы в более узкий, тенистый переулок, и город как будто поменял облик. Барселона перестала быть «гидом» и стала настоящей. С поблекшими фасадами, бельём на балконах, прохожими с сумками из «Mercadona» и детьми, играющими у подъездов.

Катя откинулась на спинку сиденья и смотрела в окно. На светофоре стояла пожилая пара — мужчина в соломенной шляпе, женщина в цветастом платье с собачкой. На скамейке подростки курили, громко спорили по-каталонски. Один из них посмотрел в сторону такси, прищурился — и кивнул. Не ей, а просто как человеку. Как будто принял.

Машина замедлилась, свернула направо, ещё немного — и остановилась.

— Aquí estamos, señora, — сказал водитель, выходя, чтобы достать багаж.

Дом был старым, но крепким. Четырёхэтажное здание с коваными балконами и облупленной штукатуркой цвета старого персика. Над дверью — табличка: Edificio Lirio. На первом этаже — крошечная булочная, пахнущая корицей и дрожжами.

Катя стояла у входа и чувствовала, как её чемодан слегка дрожит от вибрации автобуса, проехавшего по мостовой. Она улыбнулась — не сознательно, а потому что впервые за долгое время почувствовала: это место живое. Не как гостиница. Как начало.

Поднялась по узкой лестнице — с потертым мрамором, деревянными перилами и лифтом размером с шкаф. На третьем этаже — металлическая дверь с номером 3B. Она ввела код, заранее присланный хозяйкой квартиры, и дверь щёлкнула.

Катя вошла и замерла.

Квартира была маленькой, но светлой. Белые стены, деревянный пол, скромная, но современная мебель в скандинавском стиле. Окна выходили на улицу, и ветер колыхал тонкие серые шторы. Кухня соединялась с гостиной, а из спальни виднелся крошечный балкон.